с 17 пушками. В крепости у подполковника Огарева было 1055 солдат и казаков. Но вместо обороны он ринулся атаку, обратил кокандцев в бегство, захватил все их орудия. От форта Перовский стала строиться Сырдарьинская линия – цепь кордонов протянулась вдоль реки и дальше, до низовий Урала. А на восточном фланге, возле хребтов Тянь-Шаня, русское командование решило закрепить область казахов и киргизов, передавшихся под царскую защиту. Основало тут крепость Верную, направило переселенцев из казаков и крестьян. Вокруг Верной стали расти станицы Алматинская, Надеждинская, Лепсинская.
В общем, на всех направлениях были успехи. Но британская дипломатия и масонская «закулиса» взялись плести против России международный заговор. Обрабатывали австрийского императора Франца Иосифа и его советников. Поощряли давние аппетиты на Балканах, пугали русским влиянием. Обрабатывали и прусских министров, будоражили тревогу, что царь стал самой весомой фигурой в Германии. Сардинского короля Виктора Эммануила и его окружение соблазняли: если будут послушными, то смогут объединить под своей властью всю Италию.
Вот тут-то англичанам пригодился новый французский президент Луи Наполеон. Не зря же ему помогали. Он стал самой подходящей фигурой для Лондона. Амбициозный, заносчивый, он грезил славой своего дяди-императора. И авторитет свой укреплял ностальгией французов по былому «наполеоновскому» величию. Идея реванша над Россией оказывалась очень плодотворной, теневым советникам президента оставалось лишь подправлять его в нужное русло.
Он начал провоцировать конфликт, потребовал от Турции передать святые места в Иерусалиме и Вифлееме не православным, а католикам – под покровительством Франции. Россия возмутилась. Традиционно в храмах Гроба Господня, Рождества Христова и других святых местах дозволялось молиться всем конфессиям, но владело ими православное, греческое духовенство. Царские дипломаты предъявили Кючук-Кайнарджийский мирный договор, зафиксировавший права Православной Церкви в Святой Земле (и российское право покровительства православным). Нарушать мирный договор султан сперва не рискнул.
Но на демонстративных вызовах России Луи Наполеон сколачивал себе политический капитал! А в армии и государственном аппарате убирал республиканцев, заменяя своими людьми. 2 декабря 1851 г. он разогнал войсками парламент и назначил плебисцит – просил народ для спасения страны дать ему полную власть. Его решительность на переговорах в Турции, угрозы в адрес русских подняли ему популярность: «настоящий Наполеон»! 22 ноября 1852 г. плебисцит утвердил восстановление империи. Президент стал императором Наполеоном III (вторым посчитали малолетнего сына Наполеона I, номинально правившего 14 дней).
По Европе заговорили о противостоянии России и Франции. Но обвиняли… русских. Опять голосили, что они ищут повода захватить Турцию. А вот тайный союз Англии и Франции тщательно скрывался. Наоборот, они демонстрировали соперничество в Османской империи. Британские газеты поливали грязью Луи Наполеона. Писали, что его окружение состоит «из паразитов, сводников и проституток». Россию заманивали в ловушку…
Роль подстрекателей предоставили туркам. Они под формальным предлогом не признали очередного правителя автономной Черногории (официально находившейся под покровительством нашей страны) князя Данило Петровича. Осенью 1852 г., как раз синхронно с плебисцитом во Франции, бросили на нее войска и карателей, устроили резню мирного населения. И вот на таком фоне в декабре султан передал Франции символические ключи от храмов Гроба Господня в Иерусалиме и Рождества Христова в Вифлееме. Бросил открытый вызов России.
В Петербурге были поражены: Абдул-Междид нагло задирался, что выглядело безумием при плачевном состоянии Турции. Но государь приписывал это только влиянию французов. Англия-то вела себя лояльно, от Франции дистанцировалась, и Николай I полагал, что с ней можно договориться о взаимодействии, разделе сфер влияния. Несколько раз встречался с британским послом Сеймуром [31]. Но тот получил от премьер-министра Рассела категорический запрет на любые соглашения. Причем секретный, ссылаться на него запрещалось, и посол отделывался общими фразами. Царь был уверен и в том, что Пруссия, недавно спасенная Австрия являются его союзницами.
Хотя наша страна уже находилась в изоляции. Во многом – благодаря политике Нессельроде, так боявшегося раздражать англичан, но загадочным образом оставлявшего без внимания их происки против нашей страны. Посол России в Вюртемберге и Франкфурте-на-Майне Александр Горчаков докладывал о враждебных тенденциях в Австрии, но его донесения канцлер оставлял без внимания. Впрочем, о закулисных играх Запада Нессельроде и сам знал. 2 января 1853 г. в частном письме к послу в Лондоне Бруннову он разбирал, что Россия будет воевать «против всего мира» и без союзников, потому что Пруссии данный вопрос безразличен, Австрия будет нейтральной или «благожелательной к Турции», а Англия выступит на стороне Франции. Канцлер знал, но царю почему-то не открыл глаза.
Война была предрешена, и не в Петербурге. Изготовившаяся международная коалиция замышляла не просто поддержать турок, а напрочь сокрушить Россию. Палмерстон докладывал премьер-министру планы ее расчленения: после разгрома нашей страны предполагалось отторгнуть от нее Финляндию, Прибалтику, Польшу со всем западным краем, Крым, Кавказ, Грузию. «Аландские острова и Финляндия возвращаются Швеции, Прибалтийский край отходит к Пруссии, королевство Польское должно быть восстановлено как барьер между Россией и Германией» (и восстановлено в границах 1772 г., с включением Литвы, Белоруссии, Правобережной Украины). «Молдавия и Валахия и все устье Дуная отходит Австрии, а Ломбардия и Венеция от Австрии – к Сардинскому королевству». «Крым и Грузия отходят к Турции», а на Кавказе создавалось государство Шамиля, подчиненное султану или независимое [32].
Планы Палмерстона были доведены до Наполеона III – и ни малейших возражений не вызвали. А вдобавок британский проект позволял лакомыми приманками втягивать в альянс Австрию, Пруссию, Сардинское королевство, Швецию, подбить на восстание поляков, придать легитимную поддержку войне Шамиля! Кстати, на самом-то деле весь альянс базировался на лжи. Пруссию соблазняли Прибалтикой, Австрию – Дунайскими княжествами. Умалчивая, что при реализации плана они потеряют свои области Польши, а Австрия – еще и в Италии. Да и амбиции Наполеона III Англия использовала совсем не честно. У нее было мало сухопутных войск, основную часть предстояло выставить французам – и крови пролить гораздо больше. Но в результате войны Османская империя (еще и с Крымом, Грузией, Кавказом) попадала в полную зависимость не от французов. От «бескорыстных» англичан – вроде бы не предусмотревших для себя никаких приобретений.
Глава 8. Мифы и реальность Крымской войны
Оборона Петропавловска-Камчатского
Бойню в Черногории все же удалось остановить. К гневным нотам России присоединилась Австрия, поддержав иллюзию союза, и в феврале 1853 г. султан отвел войска. Но без всякого документального закрепления примирения – мог в любой момент возобновить войну. Тогда царь направил в Турцию морского министра Меншикова с требованиями заключить официальный договор о признании прав греческой Церкви на Святые Места в Палестине и права царя на покровительство христианам в Османской империи.
Но тут же и Наполеон III послал в Эгейское море военную эскадру.
