— Прости, но ведь ты сам говорил о конфликте интересов...
Сэм кивнул и повернулся к ней лицом.
— Может быть, я поторопился. — Его ладонь легла на ее колено.
Внезапно Фиона ощутила, что рука Сэма отделена от ее тела лишь слоем ткани. Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.
— Продолжай.
— Если мы не будем говорить в постели о работе, а на работе о постели, почему бы нам не выяснить, чем это может кончиться?
Похоже, кто-то из них уступает другому. Он? Или она? Если Сэм уберет руку с ее колена, возможно, она и сумеет мыслить здраво...
Фиона все же сумела взять себя в руки.
— Я бы с удовольствием, — честно ответила она. — Но теперь считаю, что ты был прав. Если я буду вести дознание и одновременно продолжать роман с тобой, это будет, по меньшей мере, неэтично.
Ладонь Сэма погладила ее колено и двинулась выше. Он придвинулся к ней так близко, что она увидела его голубые радужки, обведенные темным ободком. В его глазах горела решимость.
— Очень жаль, если так, — негромко и хрипло сказал Сэм. Тем временем его рука продвинулась еще, на несколько миллиметров. — Тогда ничего не будет.
О Боже, это действительно нечестная игра. Что-то внутри напряглось, по венам заструилась волна тепла. Тело затрепетало от ожидания.
Сэм придвинулся еще ближе и прихватил зубами ее нижнюю губу.
— Ни поцелуев... — прошептал он и жадно прильнул к ее губам.
Чары Сэма сделали свое дело: Фиона охотно ответила ему. Ее кожу покалывало, между ног стало горячо и мокро. Бороться с желанием не было никакой возможности. Интересно, как он относится к фланелевым простыням?
Язык Сэма сталкивался с языком Фионы, дразнил его, отступал, а затем возвращался, с каждым разом становясь все более дерзким и требовательным. Она провела рукой по его спине и запустила пальцы в пышные шелковистые волосы, черные как смоль.
Прикосновение Сэма заставило ее забыть о фланелевых простынях. На диване тоже хорошо...
Он прервал поцелуй слишком быстро, но, когда губы Сэма проделали дорожку от подбородка до чувствительного места под ухом, Фиона забыла обо всем на свете. Она почувствовала прикосновение прохладного воздуха к обнаженной коже только тогда, когда Сэм распахнул на ней халат. Одна рука Сэма обхватила ее затылок, вторая легла на грудь, словно проверяя ее вес.
— Ни прикосновений... — донеслось до Фионы сквозь чувственный туман, заволокший ее сознание. Когда чужой палец ласкает твой сосок, а губы целуют в шею, собраться с мыслями невозможно.
— Сэм... — простонала Фиона и закрыла глаза. Пусть он считает ее жадной и бесстыжей, наплевать. Она хочет его. Особенно теперь, когда знает, что такое настоящее наслаждение. Выдержать подобную пытку невозможно. Если он не облегчит эту тяжесть, она за себя не отвечает.
— Ни оргазмов. — Рука Сэма медленно переместилась на ее живот. Скользнула ниже, еще ниже и, наконец, коснулась пушистого треугольника.
Фиона раздвинула ноги, ожидая более интимных ласк.
Палец Сэма вошел во влажную глубину и начал совершать возвратно-поступательные движения.
О да, она действительно могла бы к этому привыкнуть.
— Ты, в самом деле, хочешь расстаться? Теперь, когда знаешь, как нам хорошо вместе?
Фиона закусила губу, чтобы не расхныкаться, как щенок, требующий, чтобы его погладили. Напряжение росло с каждым движением его руки, пока тело не сотрясла дрожь. Одной рукой Фиона обхватила плечо Сэма, а второй вцепилась в подлокотник дивана, причем с такой силой, что заболели пальцы.
— Ты готова, Фиона?
Очередное прикосновение заставило ее выгнуться дугой.
— Тогда иди ко мне, — хрипло сказал Сэм, крепко прижимаясь к ее губам.
После этого Фиона целиком отдалась своим ощущениям. Язык Сэма повторял движения его пальцев и вскоре довел Фиону до того, что у нее захватило дух. Оргазм был таким сильным, словно окружающий ее мир взорвался. Фиона инстинктивно подняла бедра и испустила яростный крик, приглушенный губами Сэма. Все внутри наполнилось жидким пламенем.
Фиона не имела представления, сколько времени прошло перед тем, как ее бережно вернули на землю. Реальность напомнила о себе запахом мускуса и каким-то странным писком. Она открыла глаза и услышала тяжелый вздох Сэма.
— Наверное, ты права. — Сэм медленно встал. — Работать вместе и одновременно заниматься чем-то другим неэтично.
Фиона с ужасом следила за тем, как он вынул из кармана ключи. Неужели он хочет уйти? Конечно, он удовлетворил ее, но... но она хотела большего. Хотела всего.
— Куда ты?
Он сексуально улыбнулся уголком рта.
— На работу.
Она смерила его взглядом. В глазах Сэма горела страсть, и все же он... собирается уйти? Нет, это невозможно!
Фиона встала и крепко завязала пояс халата.
— Почему? — сердито спросила она. — Твоя смена кончилась. — Как он может уйти и оставить ее изнывающей от желания? Сам разжег костер, а потом удирает...
Он пожал плечами.
— Я нужен.
За эту реплику его следовало бы расстрелять. Разве Сэм не понимает, что ей он нужнее? Его улыбка стала шире.
— Кроме того, ты ведь не хочешь отказываться от дознания, верно?
Фионе хотелось схватить ближайший тяжелый предмет и швырнуть его Сэму в голову, но она сдержалась.
Он подошел к двери и открыл ее.
— Думай о том, чего ты лишаешься, пока дело не будет закрыто. — Он ушел, не дав Фионе бросить уничтожающую реплику.
Черт бы его побрал! Она и так знает, чего лишается. Изощренного жаркого секса, продолжающегося всю ночь. С мужчиной, играющим в самую старую игру на свете и в конце концов, добивающимся желаемого.
Она пошла в душ, пробормотав по дороге несколько ругательств, от которых у Сэма должно было звенеть в ушах. Она утешала себя лишь тем, что Сэм испытывает такие же мучения, но душ принять не может. Острая досада не помешала ей хихикнуть и почти пожалеть беднягу.
Фиона негромко постучала в дверь кабинета начальницы.
— Можно?
Делия Уорнер оторвалась от толстой папки, улыбнулась и помахала Фионе рукой.
— Хорошо, что зашла. Я сама собиралась поговорить с тобой. — Она подняла трубку и набрала номер. — Подожди минутку, ладно?
Фиона кивнула, пытаясь справиться с приступом раздражения. Неужели Делия уже слышала о ней и Сэме?
Она опустилась в кресло для посетителей и посмотрела в окно. Хотя Фиона доказывала Сэму, что ни при каких обстоятельствах не передаст Дело другому, но сегодня утром пришла к выводу, что придется сообщить Делии о конфликте интересов. Другого выхода нет.
Решение оказалось нелегким: Фиона боялась признаться, что личные отношения могут повлиять на ее объективность. Но после бессонной ночи стало ясно, что эта объективность вызывает большие сомнения. Если Сэм без труда перевернул ее мир вверх тормашками, едва ли ей удастся отделить чувство от дела.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
