И мы пишем. Заказываем счастливую здоровую семью с мамой и лохматым драконом и кладём письмо под ёлку. А утром мне говорят, что донор нашёлся. Я не верю своему счастью. Звоню Ксюше, чтобы поделиться радостью. Она взяла выходной. Первое января. Я её понимаю.
Ксюша радостно говорит, что она знала, что не зря мы писали письмо.
- Я начинаю верить в чудеса, - улыбаюсь как дурак.
- Это правильно, - тихо говорит она. Видимо не хочет, чтобы муж наш разговор слышал. Поздравляем друг друга с праздником, а потом я иду к врачу. Он сегодня, вопреки всему на дежурстве.
- У вас бывают выходные? – интересуюсь с улыбкой. Теперь у меня появился для неё повод.
- Какие выходные? У меня пациенты. Болезни не знают выходных, - вздыхает врач.
- Кто донор? – задаю интересующий вопрос.
- Он пожелал остаться неизвестным. Главное мы спасём вашу девочку. Завтра утром назначена операция. Когда прихожу обратно, застаю в палате маму и папу.
- С новым годом! – кричат они, и мы пытаемся улыбнуться. Видим, что фальшиво выходит, но всё же.
- Вот, приехал на внучку посмотреть, - отец подходит к Варе и осторожно надавливает её на кончик носа. – Вся в папку. Красавица, - озорно подмигивает ребёнку. – Я твой деда.
Варя смотрит на пожилого мужчину огромными глазами и нерешительно улыбается.
- А у меня хорошие новости! – говорю громко. – Дедушка Мороз решил исполнить сразу два желания. Моё и Вареника.
- И что же вы загадали? – интересуется мама.
- Я, чтобы дочка выздоровела, а Варя мою улыбку просила. Видимо, эти два желания шли в комплекте.
- А маму он тоже нам подарит? - впервые за долгое время оживает малышка. Вера в чудеса коснулась и её.
- Наверное, с мамами напряжёнка. Он же нам хорошую выбирает, - шучу.
- У нас уже есть хорошая. Ты ему напиши. Пусть её нам подарит.
- Я попробую договориться, - улыбаюсь.
Мама остаётся с Варей, а я везу отца домой. Заодно собаку проведаю и помоюсь нормально. Я рад, что донор нашёлся. Это реально новогоднее чудо. Только непонятно, почему он решил остаться инкогнито. Да я за спасение жизни дочки его озолотил бы. Есть же на свете хорошие люди. Храни их господь.
Глава 14
Дмитрий
Эту ночь с Варей проводит бабушка, а я слоняюсь по дому, хотя надеялся нормально поспать. Уже не помню, когда высыпался. Акбар следует по пятам и жалобно поскуливает. Он скучает, а ещё не понимает, почему его все бросили и куда делись весёлые игры с маленькой хозяйкой.
- Скоро Вареник приедет домой, - треплю собаку по мохнатой голове. – И снова ты будешь страшным драконом, от которого принц должен спасти принцессу.
В голову лезут беспокойные мысли, которые неприятным осадком осыпаются в грудную клетку. Мне страшно. Я боюсь, что операция пройдёт с осложнениями. Снова ощущаю ноющую боль за грудиной, но привычно от неё отмахиваюсь.
А ещё думаю о Ксюше. До ломоты обнять её хочу, прижать к себе, почувствовать живительное тепло. Но она не появляется в клинике и на следующее утро. Варю увезли на операцию. Мы с мамой сидим в палате и молчим. Ожидание – хуже пытки. А Ксюша даже трубку не берёт. Звонил раза три, но безрезультатно. Это напрягает. Что могло произойти? Она всё не перезванивает.
Мысли всплывают разные. Если бы не Варина операция, я бы сорвался и понёсся её разыскивать. Не может человек просто так пропасть без каких-либо объяснений. Тем более, это не в характере Ксюши. Но Варю я оставить не могу.
Операция затягивается. Уже прошло пять часов. Волнение с каждой минутой нарастает, сжимая грудину ледяными тисками. Врач появляется спустя семь бесконечно долгих часов. Мне кажется, я за это время на несколько лет постарел.
- Операция прошла успешно, - говорит врач, а я выдыхаю, ощущая, как тело расслабляется, и подгибаются колени. Падаю обратно на стул, растирая лицо ладонями.
- Спасибо! – хриплю, понимая, что голос от переизбытка чувств отказывает.
- Через несколько дней мы переведём Варю из реанимации обратно в палату. Пару дней она будет под присмотром персонала. Отдохните пока. Вы измотаны. Попейте вот это, - врач пишет на листке название препарата. – Это что-то типа витамин. Общеукрепляющий препарат. Вам сейчас не повредит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Киваю и прячу лист в карман.
- Когда я могу проведать дочь?
- Завтра утром. Я вас позову.
С этими словами врач уходит. Мама подходит и прижимает мою голову к животу, гладя по волосам.
- Слава Богу, - шепчет.
Снова пытаюсь позвонить Ксюше, но на этот раз электронный голос сообщает, что телефон абонента выключен. Меня простреливает нехорошее предчувствие. Раскалённой спицей грудину насквозь пронзает.
- Мам, ты езжай домой. Я такси вызову.
Она как раз закончила разговор с отцом.
- Я пока здесь побуду. Не могу Варю оставить одну.
- Ты поспи обязательно, родной. На тебя смотреть больно.
- Угу, - не собираюсь спорить с мамой, хотя сам намереваюсь броситься на поиски Ксюши. Мама попыталась узнать, где она, но я быстро свернул разговор. Нечего ещё ей нервничать.
Как только остаюсь один, обзваниваю все скорые на предмет поступления к ним Ксении. Благо знаю её полное имя. Радует то, что похожих женщин в списках не находится. Тогда звоню знакомому из органов и прошу пробить номер квартиры. Облегчает задачу то, что номер дома и улицу я знаю.
После того как получаю нужные данные несусь к Ксении домой. Не представляю, что буду говорить, если откроет её супружник. Но мне жизненно необходимо удостовериться, что с Ксю всё в порядке.
Благо от клиники до её дома не очень далеко. Меня ведёт так, будто я алкоголя прилично накатил. Недосып и нервное перенапряжение сказывается на реакции. В голове гул и туман. То и дело промаргиваюсь, чтобы пелена с глаз ушла.
Народ празднует. Второе января, дороги ещё не заполнились машинами под завязку. И это тоже радует. Парковаться приходится почти за квартал до Ксюшиного дома. Иду по заснеженной улице, вдыхая морозный воздух. Вокруг невероятная красота и тишина. Оценил бы, если бы не находился в таком состоянии.
Поднимаюсь на этаж и долго звоню в квартиру, но никто не открывает. Нехорошее предчувствие всё отчётливее сжимает рёбра. Пытаюсь успокоить себя тем, что Ксюша с мужем могли куда-то уехать на выходные. Но неужели бы она не позвонила и не предупредила меня?
Простояв под дверью не меньше десяти минут, наконец, решаю уйти и тут сталкиваюсь с молодым и крайне нетрезвым мужчиной.
- Что вам здесь нужно? – интересуется он заплетающимся языком.
- Я ищу Морозову Ксению Михайловну.
Мужик неприятно окидывает меня злым взглядом с ног до головы.
- А вы кто?
- Дмитрий Васильев. Ксения работает няней у моей дочери.
- Это ты, - выплёвывает. – Из-за тебя моя жена потеряла ребёнка!
И с этими словами мужик бросается на меня. Спасает практически полная его невменяемость, так как с реакцией у меня сейчас проблемы. Уворачиваюсь, хватаю его за грудки и хорошенько встряхиваю. На моём фоне Костик выглядит мелко и жалко. Он упирается, трепыхается, но все его попытки съёздить мне по морде, заканчиваются неудачей. Похоже на барахтанье большого жука.
- Где Ксюша?! – встряхиваю его как можно сильнее.
- А ты что, не знаешь? – выдавливает с пьяным истеричным хохотом. – Выродка твоего спасает!
После этих слов в грудине лопается натянутая до предела пружина. От души впечатываю ему в лицо кулак, бросаю Костика на пол, разворачиваюсь и ухожу, не обращая внимания на его ругань вслед. Спускаюсь на ватных ногах к машине и буквально валюсь на сидение.
Ксюша…
Но почему? Почему она мне ничего не сказала?! /Запрещено цензурой/! Задыхаюсь, ощущая, как вся грудина огнём горит. В глазах пляшут тёмные пятна.
Буквально на автопилоте доезжаю до клиники и сразу несусь к лечащему врачу Вари.
- Донором для моей дочери стала Морозова Ксения Михайловна? – спрашиваю с порога. Не до приветствий сейчас.
