что видел, о фотографиях, которые сделал, или о договорённости, к которой мы пришли, — сказала я. — Также будет юридически обязательное дополнение, которое запретит тебе фотографировать, записывать или иным образом извлекать выгоду из любых изображений любых клиентов «Миража» когда-либо снова.
— Ты не можешь этого сделать, — пробормотал он. — Я имею право фотографировать того, кого хочу.
— Имеешь, а я сообщу публично, что ты шантажировал «Мираж» не только ради денег, но и ради секса.
— Это не будет никого волновать, — ответил он.
— Будет, если я упомяну, что ты хотел, чтобы я привела с собой самых юных клиенток «Миража», чтобы они присоединились к веселью.
— Я этого не говорил! Я не извращенец.
Полагаю, это спорно, но я оставила своё наблюдение при себе.
— Как только подпишешь соглашение, которое я составлю, получишь полмиллиона долларов. — Слова горчили у меня во рту. — И меня.
Глава 12
Крисси
К тому времени, как наступила среда, я была совершенно разбита. Бледная, под глазами тёмные круги. Я ничего не ела, потому что тошнота вернулась с новой силой. Трейси все время спрашивала, не заболела ли я чем-нибудь, но Девон этого не замечал или, по крайней мере, ничего не говорил, если и замечал. Я была более чем когда-либо убеждена, что он пытался придумать, как разорвать наши личные отношения, не затронув профессиональные. Он бы не хотел, чтобы я уходила из «Миража». Я стала слишком важной частью того, чем стало агентство. Я привела собственных клиентов, которые ушли бы со мной, если бы я покинула компанию. Не говоря уже о таких людях, как Лена Данн и Кэми Мэттьюс, моих первых клиентах, которые теперь стали постоянными приглашёнными звёздами в двух известных телешоу.
Все это в дополнение к тому, что я согласилась сделать с Мэйфлауэром, убивало меня. Не помогало делу и то, что я знала, что, как только Девон узнает о том, что я сделала, это, скорее всего, укрепит его решение о наших отношениях. Если бы я не была настолько не уверена насчёт наших отношений, то, возможно, убедилась бы в том, что он увидит необходимость того, что я собираюсь сделать, но теперь я не была убеждена.
Вчера я провела весь день, совершенствуя контракт, который собиралась заставить подписать Мэйфлауэра. Контракт был надёжным и составлен так, что, если бы он хотя бы дыхнул в сторону одного из наших клиентов или намекнул на что-либо, что произошло за последнюю неделю, ему будет предъявлено обвинение в клевете не только с денежной компенсацией потерпевшей стороне, но и с уголовными обвинениями, поскольку детали договорённости станут достоянием общественности. Я также скрыла там пару моментов, касающихся угроз в адрес любой знаменитости, даже тех, кого не представлял «Мираж». С сегодняшнего дня я буду очень пристально следить за ним, как ястреб, и как только он нарушит хоть одно слово в этом контракте, я прижму его задницу к стене. Он мог бы сколько угодно вопить о Первой поправке, но судье придётся придерживаться контракта. Мэйфлауэр сам виноват, если не прочтёт это, и, учитывая, что он подпишет это прежде, чем трахнет меня, у меня было чувство, что он не станет утруждать себя чтением, поскольку я сказала ему, что собираюсь заставить его подписать контракт, который напишу. В мои обязанности не входило раскрывать ему все детали этого документа.
Мысль о том, что я смогу перехитрить этого засранца, была единственной, что поддерживало меня, когда я направлялась в ту часть ЛА, где располагались «массажные» салоны и отели, сдававшие комнаты на почасовой основе. Мэйфлауэр организовал встречу в этом месте, и у меня было чувство, что я не первая женщина, которую заставили трахаться с ним в одной из этих комнат.
Когда я подошла, он повернулся ко мне, и мне так сильно захотелось стереть эту самодовольную ухмылку с его лица. Вместо этого я протянула конверт с контрактом.
— Что это? — спросил он.
— Соглашение о неразглашении, которое ты подпишешь, прежде чем получишь то, что находится в этой сумке. — Я похлопала по сумке, которую несла. — И прежде, чем ты подойдёшь ко мне ближе.
Он хмуро посмотрел на меня, достав бумаги.
— Есть ручка?
Я протянула ему ручку и подождала, чтобы увидеть, будет ли он торопиться или действительно прочтёт бумаги, которые подписывал. Однако, прежде, чем он успел сделать что-либо из этого, я услышала, как кто-то позвал меня по имени.
— Крисси! Не смей!
Я обернулась и увидела Лэндона, быстро идущего по парковке, с более злым выражением лица, чем я когда-либо видела у него.
— Лэндон, тебе не следует здесь находиться. — Мои руки сжали ремень сумки.
— Нет, блять. — Он выхватил бумаги из рук Мэйфлауэра и сунул их обратно мне. — Какую бы сделку вы ни заключили, она расторгнута.
— Не лезь не в свое дело, ты, чертов пе…
Лэндон схватил Мэйфлауэра за рубашку и поднял так, что этот невысокий человек встал на цыпочки. У меня отвисла челюсть, когда Лэндон ударил репортёра о стену отеля.
— Послушай меня, ты, жалкое подобие человека. — Его голубые глаза сверкнули. — Мне надоело, что ты и тебе подобные думаете, что Первая поправка была написана для того, чтобы вы могли зарабатывать деньги, суя нос в личную жизнь людей и делая вид, что это новость. Ты будешь держаться от меня подальше, и, если я увижу хотя бы намёк на эти фотографии, то позабочусь о том, чтобы единственная работа, которую ты сможешь получить — это сосать член в гей-порно. — Он оттолкнул Мэйфлауэра. — А теперь убирайся отсюда.
На мгновение я подумала, что Мэйфлауэр попытается отомстить, и что мне придётся вызвать полицию из-за драки, которую я на самом деле не хотела бы видеть в газетах, но что-то в том, как держался Лэндон, говорило мне о том, что он не шутил.
После того, как Мэйфлауэр ушёл, Лэндон повернулся ко мне.
— О чем, чёрт возьми, ты думаешь, Крисси?!
Я пялилась на него, не в силах поверить в то, что только что произошло.
— Когда я получил твоё сообщение, то провёл небольшое расследование и услышал от пары разных людей о том, какие «сделки» заключал Мэйфлауэр. Нетрудно было догадаться, куда он тебя отвёз. Я просто рад, что приехал сюда вовремя.
— И ты, и я, — сказала я. Я обняла себя, внезапно почувствовав холод, несмотря на удушающую жару. — Ты и правда думаешь, что он ничего не сделает с этими фотографиями?
Лэндон пожал плечами.
— Возможно недолго, но я собираюсь опередить его.
Мои брови поползли вверх, и я задумалась,
