Приведем еще несколько различных шкал с расположенными на них парами антонимов, у которых контрасты значения поддерживаются контрастами звучания. Числа, как и раньше, относятся лишь к фоносемантике; противопоставленность значений очевидна и не требует числовой аргументации.
Хочется приводить примеры еще и еще — так удивительно обнаруженное явление. Но объем книжки ограничен, да и задача ее другая. Не для того работал компьютер, чтобы снабдить доказательствами сторонников идеи о наличии содержательной связи между звучанием и значением слова, хотя это само по себе тоже важно и интересно. Нам нужен практический выход, нужно, чтобы способность компьютера выявлять отношения между оре-ольными аспектами семантики слова помогла ему освоить человеческий язык.
Не только соответствия
Наверное, вам уже пришла в голову лежащая на поверхности идея: компьютер легко оперирует с содержательностью звуковой формы слова, а раз эта содержательность соответствует качественно-признаковому ореолу и даже в какой-то мере понятийному ядру, то нельзя ли по форме слова судить о его содержании? И тогда, вычисляя только фоносемантику, компьютер получал бы сведения и о других аспектах значения слова. Да, что и говорить, заманчивая идея. Но осуществить ее можно лишь в том случае, если фоносемантический ореол любого слова обязательно соответствует качественно-признаковому.
Но язык не так-то прост. И отношения между содержанием и формой в нем не столь прямолинейны, а, как и во всех других явлениях, диалектичны. Язык развивается, изменяется, в нем все подвержено изменениям, в том числе и содержание и форма. Причем содержание и форма отнюдь не обязаны развиваться синхронно. Напротив, содержание, как правило, более подвижно, изменчиво, а форма консервативна. Вот и получается так, что содержание, изменившись, «уходит» от формы, она перестает ему соответствовать, хотя тенденция к соответствию сохраняется.
Со временем могут измениться и форма и содержание, что, возможно, вновь приведет к их взаимосоответствию, Но на каждом этапе развития языка с необходимостью должны существовать слова с самыми разными отношениями между звучанием и значением — от четкого и явного их соответствия до резкого противоречия.
Так оно и есть. Компьютер обнаружил множество слов с неопределенными отношениями между семантическими ореолами, когда трудно сказать, считать ли эти отношения соответствием или нет, а также выявил слова с противоречиями между звучанием и значением. Правда, «противоречивых» слов немного (язык все же старается такие противоречия преодолевать), но все же они есть.
Понятийное значение слова лихо — «зло, беда, несчастье». Ясно, что его качественно-признаковый ореол характеризуется отрицательными признаками: «нечто плохое, темное, отталкивающее, тяжелое, грустное, страшное, печальное, злое». Но расчет фоносемантического ореола таких признаков не дает. Напротив, ориентируясь на звучание, компьютер считает, что это «нечто хорошее, светлое, безопасное, радостное, доброе».
Налицо противоречие ореолов. И действительно, первые звуки слова — «хорошие, нежные, красивые, безопасные» ль и и — явно не соответствуют значению.
Конечно, язык стремится привести ореолы в соответствие. Как можно заметить, слово в данном значении уже почти не употребляется, а вместо «старого» значения развиваются новые, соответствующие звуковой форме. Когда-то лихой человек означало «злой человек, разбойник», а теперь в песне поется орел степной, казак лихой, что значит «смелый, храбрый, удалой». У наречия лихо тоже устаревает отрицательное значение «плохо, тяжело», вытесняемое положительным «смело, ловко, стремительно».
Но все же у существительного противоречия ореолов остаются, и этого нельзя не учитывать. Тем более, что в производных словах сохраняется отрицательный признаковый ореол: лихорадка, лихоимец, лихолетье. Как именно учитывать — об этом речь ниже. А пока продолжим рассмотрение ореольных несоответствий.
Описание качественно-признакового ореола слов кит и гигант, несомненно, включает признаки «большое, сильное, могучее», но среди признаков их фоносемантики обнаруживаются как раз противоположные: звучат эти слова как нечто «маленькое, слабое, хилое».
Понятийное значение слова корифей — «выдающийся деятель». Значит, его качественно-признаковый ореол положителен и может быть описан признаками «хорошее, большое, сильное, величественное». А по звучанию это слово «плохое, маленькое, слабое и низменное».
Очень не повезло на русской почве многим церковным терминам. Такие слова как храм, архангел, архиерей, архимандрит, херувим, акафист призваны вызывать впечатление чего-то хорошего, светлого, красивого и возвышенного, но по звучанию они, как на грех, «плохие, темные, отталкивающие и низменные».
Вот три названия цветов: кирказон, ольгея, кандык. Один из них красивый, фиолетового цвета. Вы, пожалуй, подумали: «Наверное, олъгея». Ничего подобного. Кандык. Звучит название, как видите (или как слышите?), плохо, грубо, тяжело, темно, устрашающе. Другой цветок желтый, с нежными округлыми листьями. «Вот уж теперь точно — олъгея», — решите вы. И снова ошибетесь. Это кирказон — по звучанию нечто «шершавое, тусклое, угловатое». А «светлым» по звучанию словом ольгея почему-то названо мрачноватое колючее растение, похожее на татарник.
Или вот, например: что такое василиск? Звучит как нечто «хорошее», «светлое». Наверное, что-то красивое, светлое, похожее на василек. Отнюдь нет. Чудовище, взгляд которого убивает все живое. Ну мыслимо ли — жуткое создание мрачной фантазии, и вдруг с таким красивым именем. Это нас сразу как-то коробит: вот до чего наше подсознание привыкло, что между звучанием и значением слова должно устанавливаться соответствие. Мы его прямо-таки требуем от языка.
Видимо, вы уже заметили, что в предыдущем разделе о словах с гармонией ореолов все слова были привычными, хорошо известными и наверняка входящими в ваш активный «словарный фонд». А здесь, в разделе о дисгармонии ореолов, приводятся слова редкие, в речи функционирующие вяло, а то и вовсе незнакомые. Это не случайно.
Гармония всех аспектов значения слова делает его более жизнеспособным, создает условия для активного функционирования, для приобретения словом эмоциональной окраски, добавляет ему выразительности, помогает лучше, полнее и ярче описать обозначаемый предмет, явление, действие или состояние.
И напротив, дисгармония аспектов значения затрудняет функционирование, делает слово менее стабильным, заставляет его менять звучание или значение, а если этого не происходит, то оттесняет слово в специальные узкие сферы функционирования, либо в пассивный запас, либо вообще выводит из употребления.
Значит, компьютеру при обнаружении у слова ореольной дисгармонии нужно оперировать с ним осторожно, и лучше поискать ему более подходящую замену. Допустим, например, что при построении какого-то текста компьютеру попалось слово аллигатор. Если текст специальный и слово употреблено как термин, тут уж никуда не денешься — придется это слово употреблять. А если это обычная речь, то можно проверить его ореолы. Оказывается, это дисгармоничное слово: жутковатый хищник назван «хорошим, красивым, округлым» по звучанию именем. Проверив соответствующую понятийную группу, компьютер обнаружит в ней синоним крокодил с гораздо более подходящим звучанием. Так, по шкале «безопасное — страшное» оценка звучания слова аллигатор — 2,7, а слова крокодил — 3,1, из чего компьютер «заключит», что крокодил «страшнее» аллигатора и, следовательно, первое слово более подходяще для создания нужного смыслового эффекта.
Дисгармония звучания и значения снижает вырази- t тельность слова, его общую воздействующую силу. Учитывая это обстоятельство, компьютер может подобрать слова с разной степенью выразительности в каждом кон- кретном случае. Скажем, компьютер вознамерился сообщить нам о каком-либо недочете, браке. В соответствующей понятийной группе он обнаруживает два синонима: изъян и дефект. Качественный ореол обоих слов отрицателен, но если у слова дефект фоносемантический ореол соответствует качественному (по звучанию это нечто «плохое, слабое, шершавое»), то звучание слова изъян противоречит его значению (звучание «хорошее, нежное, красивое, безопасное, радостное»). Ясно, что слово дефект более полно и насыщенно выражает нужное значение. Поэтому, если нужно указать на небольшой недочет, компьютер может использовать слово изъян, а если речь идет о серьезном недостатке, о браке, более уместным будет слово дефект.
Согласитесь, что такого рода действия компьютера имитируют очень тонкие аспекты интеллектуального поведения человека.
