На этом мы закончим рассказ о Хрольве, сыне Стурлауга, и о его подвигах. Спасибо тем, кто слушал эту сагу и получил удовольствие, а тот, кому она не понравилась и не доставила радости, пусть остается в мрачном настроении.
Примечания«Сага О Хрольве Пешеходе» сохранилась в ЗЗ списках, наиболее ранний из которых датируется второй половиной ХIV в. На основании разночтений рукописи принято
делить на 4 группы.
Насыщенная фантастическими существами и чудесами, «Сага О Хрольве Пешеходе» — один из наиболее типичных примеров «саги о древних временах». События саги разворачиваются в трех географических зонах: Дании, Швеции и Северной Руси. Норвегия упоминается лишь в связи с норвежским происхождением главного героя саги. Основные события распределяются между Данией и Северной Русью, тесно связывая эти два региона. Перенесения действия к востоку от Скандинавии, в места, география и бытовой колорит которых в XIII в. Были плохо известны скандинавам, особенно исландцам, давало возможность для безудержной фантазии.
Найти какую-либо историческую основу в «Саге о Хрольве» затруднительно. Правда, главный герой ее носит имя предводителя викингов конца IX — начала X в., основателя Нормандского герцогства на севере Франции (западные хроники называют его Роллоном). История Хрольва/Роллона такова. Объявленный вне закона в Норвегии, он должен был покинуть страну и стал викингом. Он воевал в Шотландии (об этом упоминается в «Истории Норвегии», написанной около 1200 г.) и, возможно, в Ирландии. В этот период он женился на женщине, которая была христианкой, и у них родились дочь Катлин и сын Вильгельм, получивший позднее прозвище Длинный Меч. Между 905 и 911 г. Хрольв переправляется на континент и 20 июля 911 г. сражается в битве под Шартром. Осенью того же года он принимает участие в переговорах между Карлом Простым и викингами, захватившими земли по берегам Сены в ее низовьях, и получает от французского короля ленные владения в Нормандии по р. Див в качестве откупа от будущих нападений норманнов. На этот счет имеется грамота Карла Простого. Тогда же, вероятно, Роллон и его сподвижники приняли христианство. В 924 г. владения норманнов были расширены до р. Вир. По приказу Роллона на р. Эр возводится крепость. Последние известия о Роллоне содержатся в Анналах Флодоарда в связи с осадой крепости Эр, и в 927 г. уже сын Роллона Вильгельм становится вассалом Карла Простого. Однако герой саги, похоже, не имеет ничего общего с историческим Хрольвом, кроме имени. Впрочем, исследователи допускают, что существовала более ранняя редакция саги, которая в XIV в. подверглась значительной переработке, была расширена и обрела теперешний вид. В этом случае к позднейшим наслоениям следует отнести упоминание государства Таттарарики — т. е. Золотой Орды, возникшей в 40-е гг. XIII в. Описание Дании в главе 37, как считают ученые, заимствовано из «Саги о Кнютлингах», созданной в конце XIII в.; оттуда же взяты английские топонимы. Описание Древней Руси в главе 38 также относится к сравнительно позднему времени — эпохе феодальной раздробленности.
Что касается бытовых реалий, то многие из них анахроничны по отношению к эпохе викингов — как, например, рыцарские турниры. Характерно, однако, что составителя саги это ничуть не смущает.
Вместе с тем в XIX в. было высказано предположение, что «Сага о Хрольве Пешеходе» содержит «скандинавскую» версию легенды о «призвании варягов». Конь, предвещающий гибель своему хозяину — в саге конунгу Хреггвиду — при том, что действие разворачивается в Альдейгьюборге (Старой Ладоге) напоминает предание «Повести временных лет» о смерти Олега Вещего под 912 г. (В Новгородской I Летописи младшего извода рассказ о смерти Олега помещен под 922 г. и в ином варианте).
Ряд мотивов саги восходит к древнескандинавской мифоэпической традиции. Например, описание погребального обряда, совершенного над конунтом Хреггвидом («по обеим сторонам от него должны быть его павшие воины»), связано с преставлениями о Вальгалле — загробном мире, где на высоком престоле восседает Один, а вместе с ним пируют его избранники — павшие герои. Упоминающиеся в саге «шип сна» и «напиток памяти» фигурируют в «Старшей Эдде», в «Речах Сигрдривы».
В «Саге о Хрольве Пешеходе» ощущается сильное влияние рыцарского романа. Многие исследователи указывали на сходство ряда мотивов романа о Тристане и Изольде, известного в Скандинавии как «Сага о Тристраме и Исёнд» и истории об Ингигерд, девушке с золотыми волосами, которая попадает в плен к злодею и с ласточкой посылает мольбу о помощи к иноземному правителю. Кульминацией сюжета в «Саге о Хрольве» является описание конного ристалища — рыцарского турнира, в котором наградой победителю должна служить рука Ингигерд. «Сага о Хрольве» пестрит лексикой, характерной для куртуазной рыцарской литературы, которая не встречается в традиционных сагах (например, такие выражения, как «умелый в поединке», «муж турнира», или описания доспехов и оружия героев).
Однако сам Хрольв мало похож на рыцаря: неоднократно упоминается, что женщины совсем его не интересуют, он ленив и т. д. В образе Хрольва много фольклорных черт. Помимо образа главного героя многое в «Саге о Хрольве Пешеходе» роднит ее со сказкой. Это и отмечаемый некоторыми исследователями характерный (особенно для Восточной Европы) мотив смерти героя через коня, и зверь-помощник (волк, конь, птица), и три испытания, и неверный слуга.
И наконец, нужно указать на присутствие в «Саге о Хрольве Пешеходе» античной традиции, которая нашла выражение прежде всего в имени коня Дульцифала (искаженная форма имени коня Александра Македонского) и имени правителя Таттарарики — Менелай. В главе 25 автор саги упоминает и самого «скальда Гомера».
Имя автора саги неизвестно, но его личность нашла выражение в многочисленных авторских отступлениях, крайне редко встречающихся в сагах. Некоторые исследователи также отмечают неожиданное для саги, написанной в христианское время, восхваление язычников и нарочитое избегание каких бы то ни было христианских аллюзий.
Перевод: М. Панкратова, В. Казанский, И. Губанов, Ю. Полуэктов.
