задержали в заливе Фолсбей, вплоть до особого распоряжения.
Головнину было очень тяжело. Он отвечал за корабль, за команду и попал в такую западню. Скоро начнется нехватка продуктов, а денег на покупку новых нет. И менять что-нибудь на провизию не разрешается. На военнопленном корабле должно быть в сохранности все, что на нем находилось в момент захвата. Что же делать?
«Диана» пробыла в плену больше года. Трудно передать тоску и отчаяние матросов и командира. Бесконечные переговоры, обманутые надежды. С «особым распоряжением» английские военные власти не спешили.
Бежать? Но как? «Диана» под строгим присмотром, с берега на корабль направлены жерла пушек. И все же это был единственный выход. Головнин поговорил с моряками. Предупредил их, что путь до Камчатки дальний, будет голодно и трудно, но все лучше, чем плен.
Команда согласилась с командиром без всяких возражений. На счастье, среди матросов не оказалось ни одного предателя. Никто не испугался предстоящих трудностей и суровой расправы в случае, если побег не удастся. Никто не пожелал выдать англичанам планы командира и тем самым купить себе безопасность.
Выбрали темную ветреную ночь, когда на английских судах все паруса были свернуты, и тут Головнин отдал приказ рубить канаты.
«Диана» стремительно вырвалась на простор. Моряки работали в полном молчании, каждый на своем месте.
Бегство было замечено. В рупор объявили, что русский корабль уходит, но «Диану» догнать не смогли.
Судно ушло в океанские просторы. Было действительно очень голодно. Без различия чинов, всем поровну распределялись протухшая вода и старые, позеленевшие сухари.
Но люди радовались освобождению и вытерпели все. На Ново-Гебридских островах им удалось отдохнуть, набрать провизии и с новыми силами продолжать путь.
Все хорошо перенесли сложное плавание, провели зиму в Петропавловске, а летом опять ушли в Тихий океан.
В следующем году обследовали Курильские острова, составляли карты, но когда остановились у острова Кунашир, где хотели взять воду и топливо, снова попали в плен, на этот раз к японцам.
Еще Крузенштерн и бывший с ним дипломат убедились, что Япония не желает входить в какие бы то ни было отношения с Россией.
Головнин и его команда были арестованы. Их вели связанными по горам и долинам в город Фукияму. Шли русские под конвоем, кормили их плохо, пленники слабели. Головнин даже терял сознание от изнурения.
На месте пленников посадили в тесные клетки и держали там больше двух лет. Один допрос сменялся другим… Удастся ли вернуться на Родину?
Но Головнина и его товарищей захватили на берегу, куда они высадились, чтобы договориться о нужных им покупках. А «Диану» японцы сначала не решились захватить, но потом, может быть, и спохватились, да было поздно. Помощник Головнина Петр Рикорд увел судно в русский порт Охотск и оттуда сообщил правительству о судьбе Головнина и бывших с ним моряков.
Только почта в те времена ходила медленно, а дела в канцеляриях вершились еще неторопливее. Много мук приняли Головнин и его товарищи, пока их освободили.
Возвращались домой по суше: «Диана» была отведена в Петропавловск. Длинное путешествие через всю Сибирь совершали и на собаках, и на оленях, и на лошадях.
Головнин вернулся в столицу прославленным путешественником и написал несколько интересных статей о своем плавании. Он оказался талантливым писателем, и его работы имели большой успех. Казалось бы, теперь, после стольких мытарств, он мог спокойно жить в Петербурге, тем более что собирался жениться, но море по-прежнему манило его, и он снова ушел в кругосветный поход на шлюпе «Камчатка». Он проплавал еще два года.
Этот бывалый моряк был зорким и умным человеком. В статьях его много горькой правды о порядках во флоте и положении дел в поселениях Русско-Американской компании.
Наверное, ты не раз читал об открытии русскими моряками неизвестного тогда материка «Антарктида»? Это славное путешествие началось летом 1819 года. Два шлюпа — «Восток» под командованием Фаддея Фаддеевича Беллинсгаузена и «Мирный», где капитаном был Михаил Петрович Лазарев, — поплыли к югу.
Смелый и опытный моряк, Беллинсгаузен прошел уже долгую службу на Черном море. Он был знающий географ и много путешествовал, участвуя еще в первом русском кругосветном плавании с Крузенштерном.
Лазарев тоже хорошо знал море. На корабле «Суворов» он побывал в Атлантике, был в Англии, в Южной Америке, Австралии и открыл острова, носящие имя Суворова. Побывал он и на островах «Русской Америки», открытых Берингом. На обратном пути заходил в Перу и привез оттуда много интересных животных. Это были черепахи и попугаи.
И вот эти два моряка стали во главе большой и трудной экспедиции. Они должны были плыть на юг, «отыскивая неизвестные земли… и для приближения к Южному полюсу» — так говорилось в полученной ими инструкции.
Что вблизи Южного полюса есть какая-то земля, ученые предполагали давно. Еще в древности были такие предположения. Но пробраться в те широты оказалось очень трудным делом.
После путешествия Магеллана считали, что Огненная Земля, которую он видел, и есть большой южный материк. Были и другие неверные предположения, но капитан Кук — знаменитый английский исследователь — плавал в Антарктике и заверил весь ученый мир, что никакого крупного материка у Южного полюса нет. Впрочем, возможно, что там и существует какая-то небольшая земля, от которой откалываются айсберги, плавающие в море.
Слова Кука были полны уверенности. Он утверждал, что после его плавания должны прекратиться все разговоры о южном материке. «Два столетия эта земля интересовала мир и давала географам повод для умствований». Это решительное высказывание очень повлияло на ученых. Экспедиции в Антарктику прекратились.
Однако русским путешественникам было поручено это мнение проверить.
Корабли вышли в Атлантику, и уже здесь обнаружилось, что «Мирный» сильно отстает от «Востока». Приходилось более быстрому кораблю сдерживать свой ход. Командиры не хотели терять друг друга из виду.
Они пристали к острову Южная Георгия и обследовали его, а невдалеке открыли еще остров с вулканом, выпускавшим густой дым, и назвали его островом лейтенанта Анненкова. Здесь тоже высаживались, изучали местность, измеряли высоту вулкана.
Скоро появились первые айсберги. Некоторые ледяные горы были сплошь покрыты черными шевелящимися точками. На айсбергах сидели пингвины.
Подошли к новому острову, названному в честь Завадовского. Здесь тоже был вулкан, из него вытекали потоки лавы. Пробивались к вулкану через скопища пингвинов. Даже выстрелы не смущали непуганых птиц.
Айсберги шли все гуще, иногда они сталкивались друг с другом, ломались с шумом и перевертывались. Плыть становилось все труднее. Постоянно возникали снежные бури, порою море заволакивалось таким туманом, что моряки ничего не видели вокруг.
Как-то ночью матросы «Мирного»
