меня. Так я узнал, что бравосийцы начали строить свои «лебединые корабли» ради торговли с Летними островами, частично позаимствовав конструкцию у китобоев с Иба — так и появился местный тип галеонов. Успех, признание и последующее распространение этого дизайна вытекают из условий, диктуемых самим Летним морем, которое пересечь не так уж и просто. Это море опасно. Не только и не столько пиратами, сколь частыми штормами и скрывающимися в нём левиафанами и кракенами. Левиафаны — местные морские чудовища, размерами превосходящие китов, и погубившие бессчётное количество кораблей, а кракены — монструозные кальмары, конкурирующие с левиафанами за первое место в номинации «Тварь из глубин». Небольшим судам все эти факторы могут представлять большую опасность, а каким-нибудь низким галерам, которые так активно используются в Узком море, в Летнем делать нечего от слова «совсем». А даже если и удастся пересечь Летнее море и добраться до Летних островов, то всегда есть местные. И нет никаких гарантий, что первым делом они не попытаются убить тебя и твою уставшую от тяжелого перехода команду и присвоить ценный груз. Но уравнение выглядит куда более приятно, если добавить в него галеон — корабль, который даже при относительно небольшом (по меркам своих собратьев) размере имеет весьма приличный экипаж, которого будет гораздо больше, чем на любом когге или галере (раза в два, а то и больше). К тому же, из них получаются отличные корабли-инкассаторы, что крайне актуально для Браавоса и его дальней торговли.
И всё-таки, с какой стороны ни посмотри, а для коммерческой деятельности на Летних островах требуется хорошая такая подпитка…
Но пока ещё не время утопать в размышлениях — поход не закончен. Одна лавка сменяла другую, и в процессе я не жалел средств на покупку всякого-разного. В частности, пряностей, ибо «спайс маст фло». И кто бы знал, как сильно я буду скучать по такому «обычному» чёрному перцу? К сожалению, специи, что в земном средневековье, что здесь, вещь жутко дорогая. А быт человека живущего в век массового производства, не подготовил меня к дефициту таких «банальных» чёрного перца и лаврового листа. Безусловно, Вестерос это огромный континент, богатый на различные климатические режимы, но вот, к сожалению, обделенный экзотическими растениями, которые были бы пригодны в пищу. Даже Дорн, вроде бы подходящий по климату, может похвастаться разве что цитрусами да арахисом. Вот только в рецепте так любимых в книге Сансой лимонных пирожных, помимо лимона притаились ваниль и сахар. Просвещу — в Вестеросе не растёт ни ваниль, ни сахарный тростник, ни корица, ни гвоздика, ни шафран, ни перцы и так далее. А, вспомнил, в Вестеросе, зато, есть чеснок и лук!
Итак, потратив годовой бюджет семьи успешного купца, проживающего в Королевской Гавани, я оказался обладателем широкой номенклатуры пряностей. И не только! Шёлк (отрезы двух видов, из Лиса и из И-ти), подзорная труба, кружева и небольшой сервиз из цветного стекла из Мира, небольшая бутылочка «мииринского огня», пара бутылок грушевого бренди из Тироша, несколько видов красок, жемчуга, утилитарно выглядящий аракх, на вид — помесь ятагана и карикатурной арабской сабли.
В общем, затарился я конкретно так. Думаю, если бы не угрюмые рожи моих бойцов-молодцов, недобро наблюдавших за окружающими, кто-нибудь мог бы всё-таки и рискнуть меня грабануть. Но ничего «такого» не произошло, у меня закончились выделенные на данное мероприятие деньги, и пришлось закругляться да заворачивать на обратный путь.
— Милорд, — Давос, выждав удобный момент, когда я отойду от потребительской эйфории, напомнил о самом главном, — не против отобедать?
— Да, было бы совсем неплохо, — незаметно для меня мы бродили по торговым лавкам часа четыре, отчего мой живот неустанно стал посылать сигналы о его неприличной уважаемому человеку пустоте.
— Неподалеку есть отличное заведение, которое держит моя знакомая. И говорю Вам ответственно, готовит она великолепно.
— Что же, ведите, сир Давос! Голод не тётка, ждать не будет!
— Ха, отлично сказано, милорд.
* * *
Побродив немного по улочкам, Давос вывел нашу большую компанию на приличного размера перекресток, в центре которого разбиты прилавки с фруктами и овощами. Тут же, немного в стороне, притаилась таверна, на чьей вывеске красовалась искусно нарисованная русалка.
— Таверна «Русалка», милорд, — никогда б не догадался, — держит её подруга моего детства. Сирена.
— Сирена? — задал я очевидный вопрос, пока мы пересекали перекресток.
— Отец её был моряком, любителем сказок, особенно сказок морских. Его сказка, впрочем, была недолгой, по крайней мере, известная нам часть — сгинул в очередном своём странствии где-то по пути в Кварт.
Таверна внутри выглядела весьма пристойно. Чисто и, что даже чуть важнее, светло. Последнее достигалось за счёт обилия свечей и больших окон на фасаде, пропускающих дневной свет. Два ряда по пять столов, что-то вроде стойки бара… ничего лишнего. Людей было немного, человек десять, но после нашего появления тут явно стало тесновато. Контингент вполне приличный, всё купцы да мещане средней руки, явно дела свои простолюдинские перетирающие.
Наши с сиром Давосом люди, словно и не с нами прибывшие, рассредоточились по таверне. Я только и успел шепнуть начальнику своей охраны, сиру Уилафу, что я проставляюсь — уже давно не молодой рыцарь с висячими, как у казака, усами, улыбнулся да тихо донёс весть до остатка прибывшего с нами контингента. Мы же с луковым рыцарем заняли для себя целый стол, выбрав крайний, что был поближе к барной стойке. Уже спустя несколько минут из кухни вышла хозяйка, высокая и красивая женщина, чей возраст начал приближаться к сорока. Насыщенные рыжие волосы, красивая фигура и очаровательное лицо с редкими морщинками — яркая, но не бросающаяся в глаза красота. В руках она несла большой поднос с жареной рыбой и луком, а следом появилась, видимо, дочурка, лет семнадцать-тире-восемнадцати. Ну точь-в-точь мать, и в манере, и в количестве жадных взглядов, которые она собирает. Девчуля несла две большие деревянные кружки пива.
Выйдя в зал, Сирена явно удивилась такому наплыву людей. В момент показалось, что я увидел, как в её глазах пробежал страх. Пронаблюдать дальше не получилось, ведь стоило ей только выцепить взглядом Сиворта, как её лицо разгладилось, а зал был озарён чудесной улыбкой. Отработав заказ, мать с дочерью поспешили к нашему столу.
— Здравствуй-здравствуй, милый друг, — Сирена, никого не стесняясь, крепко обняла Давоса, — какими ветрами?
— Долг, Сирена, — и уже обратившись к девушке, — здравствуй, Беатриса! Я-то думал, ты уже замужем.
— Здравствуйте, дядя Давос — кокетливо ответила на приветствие дочь Сирены, постреливая в меня взглядом, — не говорите глупостей, я не оставлю маму одну на хозяйстве! Не
