Майкл, укутавшись в одеяло, сидел на крыльце, пил виски и любовался ночным небом.
Сияние луны преобразило вырубку: снег серебрился, деревья по краям отбрасывали длинные замысловатые тени. Казалось, этот уголок потерял всякую связь с реальным миром. Природа словно утратила материальность, и Майклу чудилось, будто вокруг него снуют духи, порождения первобытных стихий. Это ему нравилось. С помощью Кулли он постигал суть мироздания.
На темном небосклоне сверкнула падающая звезда, и Майкл задумался о том, где эта глыба льда и камня летала до того, как сгореть в земной атмосфере, долго ли путешествовала по пространствам Вселенной.
Над вырубкой стремительной тенью мелькнула преследовавшая жертву сова. Ее крылья не производили шума, потому что оперение сов, как было известно Майклу, лишено защитной жировой смазки. Застигнутые ливнем, они намокают и теряют способность летать. За все приходится платить, подумал Майкл. Он глотнул виски и вспомнил, как к нему в магазин приходила Сюзан. В воображении всплыло ее лицо, глаза цвета моря.
У крыльца выросла чья-то фигура, беззвучно выступившая из темноты. Это был Джеми. Сердце у Майкла гулко забилось.
— Ты откуда?
Джеми положил что-то на крыльцо. Майкл увидел книгу, которую оставил для него на дереве.
— Прочел?
Ответа он не ожидал, но Джеми кивнул.
— Понравилась?
Джеми опять кивнул и стал всматриваться в темноту в глубине крыльца.
— Кулли ищешь? Она в сарае. Спит. Она у меня рано ложится, не любит полуночничать.
Майкл широко улыбнулся и в следующую секунду заметил, что по лицу Джеми тоже скользнула улыбка.
Из леса донесся шум. Кто-то шел к вырубке. Майкл решил, что это, наверно, мать Джеми ищет сына. Потом раздался голос Купа.
— Джеми? Мама волнуется, сынок. — Куп устремил взгляд на Майкла. — Уже поздно. Ему давно пора быть дома.
Он шагнул в круг света. Майкл обратил внимание, что Куп, должно быть, недавно принял душ и был одет как на свидание. Майкл подумал, что между ним и Сюзан, возможно, что-то есть. В тоне Купа слышались обвиняющие нотки. Майкл жестом показал на книгу и поднял ее с крыльца.
— Он просто зашел вернуть мне вот это.
Последовало долгое молчание. Ладонь Купа покоилась на плече Джеми, но между ними, казалось, лежала пропасть. Мальчик смотрел в землю.
— Пойдем, сынок, — наконец произнес Куп.
Джеми повиновался, но, отойдя от крыльца, обернулся.
— Приходи утром, — сказал Майкл.
Куп посмотрел на него, затем молча пошел прочь.
Майкл поднялся затемно и забрал из сарая Кулли. К тому времени, когда взошло солнце, он уже взвесил соколиху, надел ей на голову колпачок и перенес в «ниссан». Пора было приступать к следующему этапу обучения, а для этого требовалось вывезти Кулли в горы.
Майкл вырулил на шоссе и покатил в направлении города, но потом свернул в лес и подъехал к дому Сюзан. Он поднялся на крыльцо и постучал. Из дома донесся лай собаки, и спустя несколько минут заспанная Сюзан открыла дверь.
— Прошу прощения. Я не хотел вас будить, — извинился Майкл.
— Ничего страшного. Который час?
— Еще рано.
За спиной Сюзан появился Джеми в теплой куртке. Он уже готов был бежать на вырубку, чтобы со своего излюбленного места наблюдать за обучением Кулли.
— Я везу Кулли в горы, к перевалу Фолс, — начал объяснять Майкл, — и подумал, может быть, Джеми захочет составить мне компанию.
Сюзан устремила взгляд мимо него на «ниссан», в окне которого виднелась Кулли. С колпачком на голове, она спокойно сидела на жердочке. Сюзан обернулась, ожидая, что Джеми уже исчез в глубине дома, но он по-прежнему стоял за ней.
— Ты хочешь поехать с мистером Сомерсом?
К ее удивлению, Джеми кивнул. Он шагнул на крыльцо, сбежал по ступенькам и забрался на пассажирское сиденье.
— Вы только не волнуйтесь. Через несколько часов я привезу его домой.
Сюзан в ответ лишь кивнула. Когда он направился к фургону, она крикнула ему вслед:
— Послушайте, мне хочется как-то отблагодарить вас за заботу о Джеми. Не возражаете, если я как-нибудь приглашу вас к нам на ужин?
— Не стоит ради меня хлопотать.
— Знаю, но мне это только в радость. Приходите завтра. — Она почувствовала, что он колеблется, и добавила: — Готовлю я вполне прилично.
— Хорошо, спасибо.
Сюзан улыбнулась:
— Вот и отлично. Жду вас в семь.
— До встречи.
Она дождалась, пока фургон скроется из виду, и, взволнованная, вернулась в дом.
Они выехали из леса и оказались на перевале. Между дорогой и высившимися в паре километров скалами простирались пологие заснеженные склоны. За скалами уходили в небо белые и голубовато-серые горные пики. Майкл затормозил.
— Приехали, — объявил он.
Это место он вспомнил сразу, когда Фрэнк сказал ему, что натаскивать Кулли на приманку следует на открытом пространстве, вдали от деревьев.
Майкл вытащил соколиху из «ниссана», и они сошли на прилегающий к дороге каменистый участок. За ним начинался снег, но он был схвачен морозом, и потому их ноги почти не проваливались. Метрах в восьмистах от дороги они остановились. Майкл снял с Кулли колпачок. Соколиха оглядела незнакомый пейзаж.
В другой руке Майкл нес деревянный насест для Кулли, который он сейчас вонзил в снег. Соколиха должна была сидеть на нем, пока он готовит приманку, но у него вдруг возникла другая идея. Майкл посадил птицу на насест, снял перчатку и протянул ее Джеми.
— Тебе придется подержать Кулли.
Джеми с опаской отступил. Майкл присел перед ним на корточки.
— Не бойся, не клюнет, — сказал он. — Смотри, она же абсолютно спокойна. Кулли тебя знает.
Джеми нерешительно кивнул. Майкл помог ему надеть перчатку, затем приложил его руку к перекладине насеста.
— Просто поднеси руку, и она перейдет к тебе на запястье, ясно? Только руку держи ровно. Потом пропусти путы и привязь между пальцев. Вот так. — Объясняя, Майкл направлял движения Джеми. — Отлично. Теперь поднимайся.
Они оба выпрямились. Выражение лица Джеми постепенно менялось. Майкл улыбнулся про себя, заметив, как засияли глаза мальчика.
— Так, а теперь приступим, — сказал Майкл. — Ты держи Кулли, а я отойду подальше и позову ее. Справишься?
Джеми посмотрел ему в лицо и кивнул. Майкл снял с Кулли путы и привязь.
— Стой здесь.
Он знал, что Джеми скоро устанет держать тяжелую птицу, и потому шел быстро, на ходу доставая из сумки приманку. Вслед ему несся перезвон колокольчика Кулли, беспокойно топтавшейся на руке Джеми.
