Императорскую особу, — спокойно произнес Адам, вернувшись за стол.
А Я на негнущихся ногах, вышла из палатки, чувствуя, как меня бъет крупная дрожь. Мне хотелось исчезнуть, забыть этот разговор. Предусмотреть, что такое может случиться!
Что мне теперь делать?
Глава восьмая. «Трудное решение»
Графа нашли через полчаса и вывезли на носилках. Я успела увидеть лишь его бледное лицо, мокрую, скорее всего, от крови рубашку и рваную рану на его груди.
После чего обзор мне закрыл лекарь, поступивший к срочному осмотру и попытке остановить кровотечение. Через пару минут он потребовал срочную карету в замок.
Сердце стучало, как сумасшедшее. Мне хотелось ринуться вслед за каретой, в которую погрузили лекаря вместе с пострадавшим. Одна только мысль о том, что граф погибнет, приводила меня в ужас. Но мне приходилось держать мягкую улыбку на лице, кушать приготовленную дичь, поддерживать разговоры, сокрушаться по поводу того, что пострадал один из гостей, а после прощаться с обеспокоенными гостями и думать о сегодняшней ночи.
Только мысль о близости с этим животным вызывала во мне рвотный рефлекс. Я дрожала, как осиновый лист, но старательно прятала руки, чтобы никто этого не заметил. И лишь София, которая осмелилась взять меня за руку, почувствовала то, как я дрожу.
— все будет хорошо, Ваше Величество, — тихо произнесла она, улыбнулась и бросила быстрый взгляд мне за плечо, туда, где стоял Роберт.
Но сейчас мне было совсем не до наблюдений. Проводив Софию до кареты, я пообещала, что буду писать ей после ее отъезда на родину. Тепло обняв меня, девушка уехала.
Когда все гости разъехались, а около меня остались лишь фрейлины да горничные, я тихо сказала Сарии в замке пройти в лазарет и взять для меня усыпляющего порошка. Сказать лекарю, что я не могу уснуть после такого потрясения. После чегопопросила у Рем наведаться на кухню и принести мне вина.
Глупый план. Отвратительный план. Но другого у меня не было. Я не знала, что мне делать. сбежать? Тогда бы пострадал граф. И просить помощи не у кого. Фрейлиныне имели такой власти, чтобы врываться в комнату Императора. Горничные тем более. А брат? Я не хотела впутывать его в такое дело. Да и на что жаловаться?!
Адам мой муж. Я обязана была отдавать супружеский долг.
Сидя в карете, я нервно сжимала платье на коленях. Это заметил Роберт иаккуратно взял меня за руку Фрейлины и горничные поехали другой каретой, и наши поведение и разговор никто не мог ни увидеть, ни услышать,.
— Просто немного испугалась за графа Девиса, — тихо ответила я, положив голову брату на плечо. — Не переживай за меня.
— И как я могу не переживать? Ты же моя младшая сестренка, — фыркнул брат,приобняв меня за плечи.
Я улыбнулась и прикрыла глаза. Было так приятно чувствовать, что я не одна. Что мои родные все еще живы и готовы подставить свое плечо. Но я готова была принять его только для того, чтобы немного отдохнуть. Мне не хотелось подвергать их всех опасности. Я еще помнила ту боль утраты, что сопровождала меня в прошлой жизни. Она была невыносима. Хотелось выцарапать себе сердце и выкинуть его, лишь бы не испытывать такой агонии.
До замка мы добрались куда быстрее, чем мне хотелось. Когда я выходила из кареты, держась за руку брата, рядом прошел Император. Взгляд его карих глаз обжег давай понять, что он не намерен отступать от своего желания.
Я скала руки в кулаки. Ничего. Я должна была справиться. Хотя бы с этим. Да, я женщина. Я слабее. И если он решит использовать силу, я проиграю. А я знала Адама больше шести лет. Он любил силу, он любил жестокость, даже в постели.
Ему нравилось причинять боль. Он получал от этого истинное удовольствие.
Я содрогнулась и постаралась выкинуть воспоминания из головы. Пара синяков небольшая плата за жизнь человека, который мне нравился.
В комнате я приняла ванну, переоделась и принялась ждать. Мне хотелось убежать в лазарет, чтобы узнать, как себя чувствует граф Девис, но я не могла себе этого сейчас позволить. Мне следовало дождаться Сарию и Рем, чтобы отправиться к Адаму в комнату. Это еще следовало как-то объяснить Роберту, который давно понял, что я ненавижу Императора.
Горничные вернулись практически одновременно. Сария несл завернутый в бумажку усыпляющий порошок, а Рем бутылку красного вина. Она самостоятельно при мне ее открыла. Я сделала небольшой глоток прямо из горлышка, чтобы от меня пахло спиртным, а затем высыпала в вино порошка. Теперь у Императора не останется сомнений, по какой причине бутылка открыта.
После этого я выпила одно из противоядий. Я не знала, действует ли оно и на усыпляющий порошок, но сделала это на всякий случай. Если план не сработает, я просто усну и все равно ничего не почувствую.
— ваше Величество. — тихо прошептала Сария, глядя на меня испуганными глазами.
— Все будет хорошо, — пробормотала я, сжимая пальцы в кулак. — Хочу попросить тебя... Останься в комнате и приготовь ванну к моему приходу, хорошо?
— Конечно, Ваше Величество, — с готовностью воскликнула девушка.
Остальные горничные смотрели на меня жалостливыми взглядами. Они понимали, куда я иду, пусть я им и не говорила. Как и о том, что это сделка ради благополучной жизни графа Девиса. И моего последующего освобождения от брака.
Я упрямо сжала губы и вышла за дверь комнаты.
К счастью, смена Роберта как раз закончилась, и он ушел умыться. Я сообщила рыцарям, что направляюсь в комнату Императора. Они сопроводили меня ровно до его спальни.
Я замерла напротив дверей из черного дерева. Они были резными, с позолоченным рисунком — само произведение искусств. Но я ощущала себя так, словно стояла у врат с монстром. Руки дрожали так, что я боялась выронить бутылку красного вина.
Колени подгибались от страха, а живот сводило болью. Но я, прикусив губу, резко постучала в дверь.— войдите, — раздался ответ практически моментально.
Слегка вздрогнув, я толкнула дверь и проскользнула внутрь. В спальне Адама я не была даже в прошлой жизни. Он всегда сам приходил ко мне, когда хотел. А свою комнату не пускал даже Арсилию. Поэтому обстановка меня несколько удивила.
Комната была очень маленькой. В ней была лишь широкая кровать, с черным постельным бельем, большой камин и небольшой стол со стулом. Вход в ванную комнату находился справа от входной двери в комнату.
