и подчиняться их приказам, покуситься на сына правителя и наследника престола?!»
Акэру решил, что наконец-то понял цель молодого господина. Чтобы находиться рядом с человеком, которому угрожает опасность, нужны навыки военного. Добиться влияния при дворе по системе теневых рангов можно и сейчас, но, чтобы управлять Ямаути-сю, надо и самому овладеть боевыми искусствами. Вот почему ему приказали поступить в Кэйсоин.
Масухо-но-сусуки ждет будущее супруги молодого господина, а Акэру – ее младший брат – будет его приближенным. Тогда Западный дом возьмет власть в свои руки, и вокруг наследника все успокоится.
Однако обстоятельства сложились не так, как планировал Западный дом. Примерно через год после того, как Акэру начал готовиться к поступлению в Кэйсоин, ему сообщили, что Масухо-но-сусуки не выйдет за наследника и станет фрейлиной в Окагу. Вместо нее в супруги будущего правителя выбрали девушку из Южного дома[14], где родилась мать Нацуки.
– Похоже, Южный дом откровенно чинил препятствия остальным семьям.
– До чего же презренное семейство!
Получив известие о женитьбе наследника на дочери Южного дома, родственники Западного собрались в придворной усадьбе. Слушая их разговоры, Акэру страшно жалел сестру. Его любимая сестрица, такая добрая, так обожавшая молодого господина! Если бы девушки состязались между собой по всем правилам, наследник не мог бы выбрать женщину из Южного дома, у которой в голове одна лишь политика. Разумеется, Масухо не стала супругой будущего правителя из-за интриг Южного дома.
– Ненавижу их! Как же, наверное, разочарована сестрица! – обронил Акэру.
Услышав его, один из молодых аристократов ответил:
– Должно быть, ей было горько упустить такую возможность, но если она осталась в Окагу, то, вероятно, намерена еще побороться.
– В каком смысле?!
– Случалось, что девушки, которым не повезло занять место законной супруги, оставались служить фрейлинами в Окагу и позже становились наложницами. Я слышал, что дочерям Восточного и Северного домов приказали отправиться к родителям, однако госпожа Масухо-но-сусуки все еще в Окагу.
Значит, у дочерей Восточного и Северного домов уже нет никаких шансов, даже если бы они остались в Окагу. Стало быть, к Масухо-но-сусуки отношение совсем другое.
– К счастью, у молодого господина пока нет детей. Если госпоже Масухо-но-сусуки удастся произвести на свет мальчика до того, как понесет эта деревенщина из Южного дома, считай, с того момента дочь Западного дома признана законной супругой.
– Точно!
А значит, Акэру понадобятся силы вдобавок и на защиту сестрицы, которая оказалась в положении наложницы. Юноша с еще большим рвением взялся за тренировки, чтобы поступить в Кэйсоин с лучшими результатами.
Поприветствовав в Кэйсоин воспитанников из Западного дома, Акэру отправился в столовую знакомиться. Холодно глядя на говорящих о себе «семечек», он снова убедился, что не зря приехал. Нынешние Ямаути-сю совсем прогнили. Об этом ему рассказал учитель фехтования, бывший Ямаути-сю, которого наняли готовить Акэру к поступлению.
Похоже, Кэйсоин и Ямаути-сю разваливались из-за нынешнего правителя, родного отца молодого господина и Нацуки.
– И прошлый властитель, и все Золотые Вороны до него постоянно посещали Кэйсоин, завязывая дружбу с воспитанниками, которые потом становились их телохранителями, – объяснял ему учитель. – Они с благодарностью относились к наставникам и охотно участвовали в делах Кэйсоин, желая вырастить отличных Ямаути-сю. Разумеется, эта дружба делала Ямаути-сю безупречными телохранителями дома Сокэ. Однако нынешний правитель пренебрег своими обязанностями. По слухам, он терпеть не может военных и ни разу со времени вступления на престол не посетил ни Кэйсоин, ни казармы Ямаути-сю. Позабытые своим господином гвардейцы постепенно потеряли смысл своего существования, желающих поступить в академию было все меньше. А если кто все-таки приходил учиться, то часто либо не шли служить в Ямаути-сю, либо вскоре уходили из гвардии. Оставались только выходцы из простого люда, которые никак иначе не могли прокормиться, да злоумышленники.
Ясно, что распад Ямаути-сю начался с Кэйсоин и нужно было это как-то остановить. Видимо, отправляя в академию верных людей, наследник хотел набрать себе там сторонников. И похоже, не только Акэру приехал с этой миссией.
Он стал первым прислужником молодого господина после того, как тот вернулся из внешнего мира. Послужить долго не удалось, поскольку ему сразу приказали поступить в Кэйсоин, но и все, кто пытался занять место Акэру, долго не продержались: кто-то не справился с работой и был уволен, кто-то ушел сам. Каждый раз узнавая об этом, Акэру сердился: значит, никто из них не подошел к делу серьезно.
И лишь один не только прослужил Его Высочеству целый год, но и стал пажом. В отличие от обычных прислужников, пажа ждало будущее приближенного самого наследника. Акэру попросил выведать об этом человеке побольше, а узнав, кто это, все понял.
Им оказался сын Северного дома с довольно высоким положением. Западный и Северный дома больше других выказывали расположение к молодому господину. Наверняка им обоим уготована особая роль: Акэру – как представителю Западного дома, пажу – как представителю Северного.
Как и Акэру, юноша был высокого статуса, прислуживал наследнику, поступил в Кэйсоин. Акэру не сомневался, что как люди одинакового положения они непременно подружатся. Чувствовал он и некоторое напряжение и с нетерпением ждал возможности посмотреть, что это за человек.
«Меня зовут Юкия, я буду жить в десятой комнате второго корпуса. Приехал из Тарухи, что в северных землях».
Акэру слышал это имя, доносились до него и разные слухи, но в лицо он видел паренька впервые. Из-за стола с угощениями встал невысокий, без особых примет, совершенно заурядный юноша. Улыбнувшись, паж молодого господина сказал: «Об остальном умолчу».
Честно говоря, Юкия ни капли не соответствовал его ожиданиям. По дороге на следующую лекцию Акэру тихонько вздохнул. Парнишка выглядел непривлекательно, говорил без лишнего пыла, подлизываться не умел. Мало того, даже когда хаяли молодого господина, он предпочел делать вид, что это к нему не относится.
Несмотря на то что его мать происходила из главной ветви Северного дома, судя по всему, самого Юкию воспитывали как второго сына в провинциальном семействе – когда-то богатом, но, в отличие от четырех домов, не связанном с родом первого Золотого Ворона. Ему не хватало твердости характера, какая нужна благородному ятагарасу, поддерживающему молодого господина. К тому же в конце концов мальчишка влез в ссору с Кимитикой. Возможно, во главе единомышленников наследник хотел видеть либо Акэру, либо Юкию, но Акэру чувствовал, что постараться придется именно ему.
К этому времени стало понятно, что ни на одном занятии Юкия не показал достойных способностей. Оставалось только военное дело. Занятия по этому предмету делились на лекционные и практические. На лекциях в столовой расставляли парты и читали
