Поначалу капли отстукивали четкий ритм, попадая на капот, но вскоре слились в сплошной гул: образовалась непроницаемая водная завеса.
Николь, напрягая зрение, смотрела на узкую дорогу. В окрестностях Блэк-Ривер проезжая часть была исправно заасфальтирована, но вот остался позади населенный пункт, на перекрестке пикап повернул направо и поехал вдоль берега океана; здесь щебенчатое шоссе размякло и превратилось в бурую жижу, появились рытвины: кое-где — неглубокие, а местами напоминавшие каньоны.
— Замедли ход, — посоветовал Генри, когда Николь, огибая одну выбоину, приблизилась на опасное расстояние к другой. — Кем ты себя возомнила — победителем «авторалли — семьдесят»?
Она чуть-чуть притормозила — устраивать гонки по вязким лужам на этакой колымаге действительно рискованно — и посмотрела на океан. С тех пор как Николь оказалась на острове, она привыкла к безмятежному бирюзово-синему бескрайнему пространству, а сегодня мутные грязно-серые волны вздымались над волнорезами и с грохотом обрушивались на берег, почти достигая набережной. Ураганный ветер подхватывал и поднимал в воздух мелкие предметы, клонил к земле кокосовые пальмы.
Очередной порыв ветра налетел на пикап, и Николь испуганно вцепилась в руль.
— Я же велел тебе ехать тише! — рявкнул Генри.
Николь на мгновение лишилась дара речи, потом набросилась на него, словно разъяренная кошка.
— Я не обязана вам подчиняться, господин Всезнайка! Интересно, почему мужчины-водители воображают себя непревзойденными асами?
Он ухмыльнулся с видом явного превосходства.
— Потому что так оно и есть.
Прежде чем она сочинила уничижительный ответ, оборвались два самых уязвимых крепления, и брезент взметнулся кверху. Дождь хлестнул в салон, забрызгал их лица и одежду.
Генри выругался. Он потянулся, поймал край развевавшегося брезента и резко рванул на себя. Последовав его примеру, Николь, изловчившись, вцепилась в брезент со своей стороны.
— Уфф, — выдохнула она с облегчением.
Генри неодобрительно хмыкнул.
— Держать руль одной рукой неразумно. Еще раз дунет ветер, ты не справишься с управлением, и нас может занести в кустарник. Или, чего доброго, скатимся по склону прямо в океан.
Николь задиристо вздернула подбородок.
— Спасибо за инструкции, но мы в полной безопасности, я сумею предотвратить любую неполадку, — надменно заявила она. — Между прочим, за десять лет водительского стажа мне ни разу не пришлось платить штраф за превышение скорости, а уж за столкновение и подавно, в то время как ты… О нет!
Машину отшвырнуло к хлипкой перегородке, за которой начинался обрыв. Николь неистово крутила руль, пытаясь совладать с управлением, но в следующий момент передние колеса провалились в яму, наполненную водой, мотор заглох, и пикап застыл без движения.
Генри насмешливо вскинул брови.
— В безопасности, говоришь?
Она пропустила мимо ушей его саркастическое замечание, включила зажигание, нажала на акселератор, но, хотя колеса бешено вращались, злополучный драндулет буксовал и не двигался с места. Николь предприняла еще две попытки — безрезультатно.
— Не думаешь ли ты взлететь на этом гидроплане? — осведомился Генри после третьей неудачи.
Николь стиснула зубы от бессильного гнева. Пару дней назад она отчаивалась, что не может возненавидеть его, но сейчас ее распирало от злости: этот надутый индюк так невозмутим и кичится своей правотой, только, увы, в его кодекс чести не входит забота о собственном ребенке.
— Что ты предлагаешь? — едва сдерживаясь, процедила Николь.
— Вытащить машину из дыры и ехать дальше.
— Но снаружи льет как из ведра!
— И с каждой секундой мы увязаем все глубже — тем сложнее будет выкарабкиваться отсюда, — хладнокровно предсказал Генри. Он отбивал пальцами чечетку по коленке. — У тебя имеется более рациональный план?
— Нет, — через силу выдавила Николь.
— В таком случае постой около машины, а я подтолкну сзади. — Он извлек с заднего сиденья складной зонтик и протянул его Николь. — Некоторые спицы сломаны, но все же это укрытие лучше, чем ничего. Отключи двигатель и поставь машину на ручной тормоз.
— Уже готово, — сказала Николь, — ты что, за идиотку меня принимаешь?
— Нет, разумеется, ты ведь классически продемонстрировала свое шоферское искусство.
Открыв дверцу, она распахнула зонт — процедура не из легких при сильном ветре и ливне. Когда она наконец выбралась наружу, то увидела, что Генри уперся обеими руками в багажник и испытующе осматривает положение пикапа.
— Думаю, особых проблем не возникнет. — Он откинул со лба мокрые пряди волос. — Я досчитаю до трех и толкну.
Прицепив закругленную ручку зонтика немного повыше локтя и накрыв голову, она по наивности приготовилась подпихнуть машину вперед по команде Генри… Несмотря на его строптивость и высокомерие, надо отдать должное: он не растерялся, нашел правильный выход и, как истинный джентльмен, принял на себя все хлопоты. От Николь требовалась лишь незначительная помощь.
— Один, два, три! — прокричал он и всем телом налег на багажник.
Толчок получился настолько мощным, что передние колеса, преодолев тяжесть бампера, выскользнули на поверхность шоссе, а задние по инерции угодили в ту же рытвину, но мгновенно перемахнули ее, окатив Николь потоком воды вперемешку с грязью.
Вода была очень холодная, и Николь взвизгнула от неожиданности. Ее волосы и светлый наряд промокли до нитки, превратившись в жалкие отрепья. До чего обидно, ведь она стояла под зонтом!
А Генри невредим, успел отступить назад. Сквозь струйки воды, стекавшие по ее лицу, Николь разглядела, что его губы кривятся в усмешке, и запальчиво крикнула:
— Чему ты радуешься?
— Извини. — Он силился придать своему лицу сочувственное выражение, но про себя надрывался от смеха.
И было от чего: коричневые ручейки струились по щекам Николь, по обнаженным плечам, заливались в ложбинку на груди. Юбка-мини прилипла к ногам, а сандалии жалобно захлюпали при первом же движении.
— Ты похожа на заблудшую русалку, — не преминул он сделать комплимент.
— Твои остроты неуместны! — Николь отжала юбку, отерла воду с подбородка.
— Я искренне раскаиваюсь, мэм, — утешил Генри. — Залезай в машину, я попрочнее пристегну крышу.
Николь послушно подчинилась, а он обошел вокруг автомобиля и плотно натянул брезент. Когда он уселся рядом с Николь, насмешливые искорки в его глазах померкли.
— Почему ты разгуливаешь нагишом?
— Ты о чем?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
