— Привет, Сандра, — сказал я, любуясь ее потрясающей фигурой. Здесь было все, что только мог пожелать мужчина: высокая грудь, узкая талия, великолепные бедра и, конечно, длинные ноги. — Вы хотели меня видеть?
— С вами желает побеседовать мистер Валински. Должна дать совет: будьте с ним предупредительны, мистер Уоллес, — она задумчиво посмотрела на меня. — Это всесильный человек, — и, повернувшись, направилась впереди меня к лифту.
Поднявшись на шестой этаж, мы вышли в длинный коридор, где Сандра, помедлив около одной двери, вставила в замок ключ.
— Будьте очень предупредительны, — прошептала она и, открыв дверь, отступила в сторону, пропуская меня в большую комнату с балконом.
— Мистер Валински, пришел мистер Уоллес, — громко сказала секретарша и, обратившись в мою сторону, шепнула: — Он на балконе.
Мы пересекли роскошно обставленную комнату, в которой я заметил еще боковые двери, и вышли на балкон, откуда открывался вид на золотой пляж.
Джо Валински стоял, облокотившись на перила. При моем появлении он обернулся и сделал шаг навстречу. Его вид удивил меня: я рассчитывал встретить высокого мужчину с грозным лицом гангстера-вымогателя, но мои ожидания не оправдались. Передо мной, улыбаясь, стоял невысокий толстячок, который ничем не выделялся бы среди финансовых акул Парадиз-сити: излишняя полнота, лысина, хороший загар. Правда, костюм у него был замечательный: сшитый отличным портным, он по возможности скрывал недостатки этой фигуры, а шелковая кремовая рубашка и клубный галстук делали его неприятную физиономию не слишком отталкивающей. Хотя небольшой нос, широкий, почти безгубый, рот и широко расставленные серовато-зеленые глаза могли бы производить достаточно отталкивающее впечатление. Еще я успел рассмотреть на его ногах сандалии от Гуччи, подобранные в тон костюму.
— Очень рад, что вы согласились прийти, Мистер Уоллес, — просто сказал гангстер, протягивая мне руку. Пожатие было крепким, но не слишком сердечным. — Давайте присядем. Похоже, снова будет дождь.
Он подошел к столу, сел в стоящее рядом кресло и указал мне на другое, напротив. Все это время он непрерывно следил за мной, и я видел, что его взгляд фиксирует малейшие детали.
— Кофе? — предложил он. — Для крепких напитков еще рановато.
— Спасибо, я не хочу.
— Может быть, чай?
— Спасибо, не стоит.
Он поднял свои тучные плечи:
— Как хотите. Тогда давайте поговорим. У меня мало времени, думаю, вы тоже заняты. Не будем отвлекать друг друга от дел.
Я молча ждал. Валински закинул ногу на ногу.
— Я хочу выразить вам искреннее сочувствие по поводу гибели мисс Сюзи Лонг. Поверьте, эта дьявольская работа была проделана без моего ведома и, тем более, без моей санкции. Человек, совершивший эту подлость, иногда используется мной на побегушках. Но это безмозглое существо за деньги готово на все. Когда я вызвал его и стал расспрашивать, он признался, что сделал это за пять тысяч долларов. Он сказал, что поделил эти деньги с Хэнком Сэнди, который выполнял чье-то поручение, и он даже не знает — чье. Я нажал на него, и он сообщил, что это была вендетта.
Я внимательно слушал. Мой мозг быстро высветил сцену в банке, когда Анжела Торенс прошипела мне:
— Ты еще пожалеешь об этом. Клянусь богом — пожалеешь!
Неужели это она дала Хэнку пять тысяч, чтобы изуродовать Сюзи?
— Мистер Уоллес, вы свели счеты с Хэнком Сэнди. Я свел счеты с непосредственным исполнителем. Этого человека уже нет среди живых. Я руковожу организацией, члены которой умеют выполнять такую работу очень аккуратно и без шума. Что касается Сэнди, он на меня больше не работает. Если хотите, он тоже исчезнет. Это доставит вам удовольствие?
— Вы хотите сказать, что, стоит вам только шевельнуть пальцем; и Хэнка Сэнди не будет?
— Вы облекли, мистер Уоллес, мои слова в очень грубую форму, но в общем это так. Короче, вы хотите этого?
— Не важно, пусть живет.
— У вас доброе сердце, мистер Уоллес. Если бы кто-нибудь проделал такое с близкой мне женщиной, я бы не простил.
— Пусть живет, — повторил я, — но его жизнь теперь будет состоять только из несчастий, он не будет ей рад, уверяю вас.
— Не сомневаюсь, — кивнул он.
Вошла Сандра с кофейником и чашками на подносе, поставила все на стол, разлила кофе по чашкам и удалилась. Ее присутствие действовало на меня возбуждающе, и мне стоило большого труда не повернуться в кресле, чтобы проследить за тем, как она, покачивая бедрами, выходит из комнаты. Черт возьми, я никогда не верил в гипноз!
Валински почувствовал мое настроение — Очень полезная девушка, — заметил он с добродушной улыбкой. — Когда-то со мной работал ее отец. Он погиб, и я взял ее к себе секретаршей и ни разу не пожалел об этом: девочка просто незаменима.
Я промолчал. Валински потягивал кофе, я же к своему не притрагивался.
— Теперь, мистер Уоллес, давайте подведем итог. Я надеюсь, что вы удовлетворены. Во всяком случае мне бы хотелось на это надеяться. Судьбу Сэнди я передаю в ваши руки. Я понимаю, что, разрушив клуб Хэнка, вы отдались охватившему вас чувству мести. Однако, если в таком тихом городе бомбы станут взрываться слишком часто, это станет отпугивать богатых туристов и бизнесменов, приезжающих сюда на отдых, а это может плохо отразиться на моих делах и делах моей организации. Лично я имею дело только с богатыми клиентами. Надеюсь, вы понимаете, о чем я говорю. Итак, убедительная просьба: больше никаких бомб. Я хочу предостеречь вас от возможных соблазнов, которые навлекли бы на вашу голову множество неприятностей. Прошу в дальнейшем обходиться без таких шумных дел, — и он улыбнулся добрейшей улыбкой.
Я вдруг почувствовал отвращение, как если бы передо мной сидела и улыбалась гремучая змея.
— Вы, по-видимому, знаете, что я представляю организацию, действующую во всем мире, и поэтому советую внимательно подумать о моих словах: других предупреждений не будет. Вы поняли?
Я поднялся.
— Я понял вас, мистер Валински, — повернулся через левое плечо и, не сказав больше ни слова, почти строевым шагом вышел с балкона в гостиную.
Сандра поджидала меня там. Она направилась к двери и немного помедлила, положив свои длинные пальцы на дверную ручку. Мы посмотрели друг на друга. Ни одну женщину мира нельзя было сравнить с ней, но я никогда не смог бы полюбить ее так, как любил Сюзи. В зеленых глазах Сандры горел вызов: опасный, вербующий взгляд, он манил и обещал, он уносил в невероятные дали, ему трудно было противиться. Тело этой девушки, ее невероятная чувственность, ее уверенность в своей неповторимости — все это было доведено до предела, за которым была пропасть. Такая женщина была способна на страшные поступки.
Она открыла дверь, и, когда я проходил мимо, вдруг раздался ее шепот:
— Сегодня вечером в одиннадцать, в ресторане «Три краба». Я решил, что ослышался, и повернулся, чтобы взглянуть ей в глаза, но уперся лбом в неслышно закрывшуюся дверь.
Домой я вернулся после восьми. Билл сидел за письменным столом, читая досье Торенсов. Он неохотно оторвался и пересел в кресло-качалку в то время, как я готовил виски. Вручив ему стакан, я очень подробно рассказал о нашем разговоре с Валински.
— Похоже на то, Билл, что Хэнк и Мински совершили акт кровавой мести, не санкционированный мафией. Просто они хотели заработать гонорар — пять тысяч долларов. Мински зарылся так, что его теперь не найти, поэтому нужно заняться Хэнком.
— Именно Хэнком, — согласился Билл.
— Навестим его и постараемся узнать, кто поручил ему эту адскую работу с кислотой. Думаю, что это могла сделать Анжела Торенс, но я хочу знать это наверняка. Если он расколется и я окажусь прав, — займемся ею.
— Ты думаешь, мы можем заставить эту обезьяну, Хэнка, щебетать?
— А ты как думаешь, — в свою очередь поинтересовался я, — для чего на свете существует паяльная лампа? Билл усмехнулся:
— Прекрасная мысль. Возможно, придется его немного подпалить. А как тебе понравился Валински, Дирк?
— Это очень опасный тип. С такими не шутят. И я рассказал своему другу о Сандре. Он слушал, широко распахнув глаза.
— И ты решил с ней встретиться?
— Почему нет? Кстати, ты что-нибудь знаешь об этом ресторане?
Билл знал все о всех ресторанах и клубах города.
— «Три краба»? На побережье, роскошный, дорогой… главным образом — для туристов и бизнесменов… большой выбор морских блюд.
— Превосходно, Билл, постарайся раздобыть паяльную лампу, а я позвоню Хэнку. Номер наверняка есть в справочнике.
Билл ушел, а я достал пару наручников, взял свой тридцать восьмой, проверил обойму и положил все это в карманы. Спустившись к телефонной будке, я нашел в справочнике телефон Хэнка. Пришлось очень долго ждать, прежде чем он подошел и рявкнул в трубку:
— Кого надо?
— Мистер Сэнди? — я постарался говорить как можно жестче. — Это из полицейского управления.
