прошло, как он с воплем кинулся на меня.
Выхватив меч, я одним ударом рассек его на две равные половины, с гадкими хлюпаньем упавшие на камень.
— В следующий раз бей первым, — мрачно заметил проходящий мимо Ричард.
— Что с ним произошло? Это был настоящий человек? — я взмахнул мечом; всё ещё не могу использовать его одной рукой, даже с кольцом.
— Когда-то да. Это происходит, когда душа покидает тело, но тело не разрушается. Один из эффектов "Лихорадки анимуса". До конца мы правда всё ещё не выяснили, в чем причина. В общем относись к ним как к мясу.
— Тебя послушать, так и «Красные» тоже мясо. Разве можно так уверенно рассуждать на тему, которая ещё до конца не изучена? Может, им можно помочь, — прежде чем пойти за Ричардом, я ещё раз посмотрел на половину искривленного лица, лежащую на земле.
— Нужно заботиться о живых. Твоя вездесущая жалость доведет тебя до гроба, — донеслось из пещеры.
— К чему такой радикализм? Разве правила…
— Твои правила могут идти в задницу, — внезапно вырвавшийся из темноты Ричард, прижал меня локтем к стене. Едва теплящийся свет начал колыхаться, отбрасывая множество бегающих теней на лицо Ричарда, искривленное яростью.
— Я долго терпел, и больше не собираюсь. Запомни, Лихт: правила с нашей планеты в этом мире не работают. Может показаться, что у нас мирная цивилизация, и раз тут есть магия, значит все могут быть счастливы, но в реальности всё работает наоборот, — он усилил давление, — Люди, опьяненные возможностями, и тем что это «похоже на всего-лишь игру» делают всё, что захотят. Никакая тюрьма не способна исправить их, кроме разве что, пожизненного рабства, но такая жизнь даже хуже смерти. Всё остальное — не работает. Это пройденный этап, и неизменно, эти люди отнимают чужие жизни, грабят и насилуют. Тут работает только одно правило: будь сильным, и защити то что тебе дорого, даже если для этого тебе придется убить миллион человек, — в этот момент на лице Ричарда отразилась чистая боль.
Честно говоря, я был с ним полностью согласен. Игра в гуманизм и исполнение законов хорошо там, где их чтят. Если никто не исполняет правила, то на их место приходят новые, куда более естественные законы силы и группы. Всё это время, я возможно, слишком боялся своего прошлого.
— Слушай, Ричард, — с трудом произнес я, так как из за локтя не мог даже нормально дышать.
— Да? — он отдернул руку, и сделал пару шагов в сторону, видимо пытаясь успокоиться.
— Если бы я сказал тебе, что убивал людей в первой жизни, как бы ты отнесся ко мне? Даже будь у меня на то веская причина.
— Это действительно было?
— Да.
— Зависит от ситуации. Наверняка, назвал бы тебя ублюдком, — он отвернулся.
— Вот и я называл себя так же. И теперь я тут, в новой жизни, постепенно возвращаюсь к тому, с чего начал. Разве для этого мне дали столько шансов?
— Знаешь… — Ричард затих на несколько секунд, о чем то размышляя.
— Воспринимай это как навык. Мне тоже не нравилось убивать, никогда. Но разные поступки выглядят и ощущаются по разному в разных ситуациях. Там, на земле, в век информационных технологий и договоренностей, убийство совершенно неуместно.
— Ага, людей вроде меня там никто не любил, — я сжал кулак. Впервые в жизни я рассказываю кому то о том, чем занимался раньше.
— Только вот мы не там. В Бездне убивать — самое важное. Ты можешь быть сколько угодно крутым ремесленником, строителем, математиком или магом, но если ты не можешь убить — однажды убьют тебя. Понимаешь? Иной порядок, иные правила, и это я говорю только о людях. Что до других, там даже думать не о чем, — Ричард большим пальцем ткнул себя в грудь, указывая на татуировку в виде груды черепов:
— Это за 1000 убитых красных. Причина, по которой я еще жив, это моя собственная сила. Эти люди сами решили распорядиться так своей жизнью. Почему я или кто-то ещё должен терпеть их глупость и безумие, рискуя собой? Я никогда, ни разу в жизни, не убил человека просто так. Моя совесть совершенно чиста, и ты должен прийти к тому же.
— Спасибо за эти мысли. Надеюсь, мне станет легче жить. Ммм… Кстати, почему ты помогаешь мне? — я задал этот вопрос, потому что он никак не давал мне покоя.
— Считай, что я увидел в тебе потенциал. В бездне каждый адекватный человек, — на вес золото. По этому я и не люблю красных, — они сокращают эту цифру, — последние слова Ричард процедил сквозь зубы.
Мне нечего было больше добавить. Возможно, в скором времени мне придется нарушить договор с богом, а вместе с тем, нарушить свой внутренний баланс.
* * *
Высокий прыжок под самый свод пещеры. Боком перекрутившись в воздухе, я приземляюсь прямо на узорчатую спину огромной мохнатой твари. Трехметровый паук бьется изо всех сил, но уже поздно, — тяжелый меч рассекает плоть, и полоска HP медленно утекает, иссушая монстра.
— Весьма кровожадное зрелище, прямо как тогда, — Ричард стоял на выходе из пещеры, хлопая в ладоши. Этот рыжий дьявол кажется специально водил меня по самым опасным местам, зная, что я хочу стать сильнее.
[Получено: Шёлк низкого качества Х4]
Проверив инвентарь, я убедился, что шёлка у меня уже на целую роту солдат. Ещё немного, и я буду похож на ходячий ремесленный склад. Нужно использовать всё это в кратчайшие сроки.
— Ты так и не сказал, что нам делать в подземном городе; Если нам вообще нужно туда идти.
— Нужно. У меня там встреча с одним человеком, весьма неплохо разбирающимся в секретных островах. Я подумал, что было бы нам с тобой неплохо посетить парочку таких. Даже я могу найти там что-то интересное, тем более что опыта в таких местах дают немерено. Кстати об опыте, какой у тебя уровень? Нужно было раньше спросить.
— Второй.
— Чего? — Ричард опешил, — ты хочешь сказать, что на втором уровне, будучи сломанным клинком убил Высшего Лорда?
— Получается так. Наверное дело в мече — у него повышен урон против нежити, и отсутствуют требования по характеристикам и уровню. Он даже будучи сломанным, почти не изменился.
— О… Это кое-что объясняет, хоть и не всё, — Ричард кивнул, — береги это оружие. Другое такое ты не найдешь.
— Ты что-то знаешь? — я прищурился от все нарастающего света впереди.
— Конкретно о твоем мече, — не знаю, — но в бездне есть такой класс предметов: артефакты. Обычно их трудно получить, и они имеют очень специфические свойства, подходящие далеко
