просто ставят в ту же ситуацию, что и все предыдущие поколения, — в ситуацию борьбы за ограниченные ресурсы. И тут-то оказывается, что они не особо отличаются от всех остальных. А значит, им интересны истории предыдущих поколений — и, наверное, они находят что-то интересное в нулевых.
КАК НУЛЕВЫЕ ТЕРЯЮТСЯ СРЕДИ ДРУГИХ ДЕСЯТИЛЕТИЙ
Александра Колесник, историк
Конечно, восприятие нулевых зумерами отличается от восприятия миллениалами, потому что для зумеров нулевые — период не взросления, а раннего детства. И это детство пришлось на период появления демократичного доступа к Интернету. И ностальгия связана с тем, что в нулевые появлялся доступ к гигантским пополняемым архивам — от YouTube и фанатских форумов до реальных архивов, создаваемых библиотеками. Это огромное количество информации, которое может изучить каждый пользователь.
Появление Интернета делает потребление огромных объемов информации нормой. Вместе с этим обращение к прошлому и его узнавание становится хаотичным: нет последовательных хронологических связей между тем, что было в прошлом, что происходит сейчас и что будет в будущем. Это хорошо видно на примере фильма Квентина Тарантино «Однажды в Голливуде»: в одной киновселенной соединяется множество отсылок к разному культурному прошлому, получается пестрый коллаж. Такое коллажное нелинейное представление становится нормой для современного потребителя. Или, например, когда события исторического фильма разворачиваются в современных декорациях — критики сразу начинают говорить о неисторичности. Например, в «Кролике Джоджо» события Второй мировой войны сопровождались музыкальными треками из шестидесятых, семидесятых и из нашего времени. Несмотря на сложность проблемы, связанной с детским восприятием войны, весь материал фильма был подан в манере комикса. Зумеры, современные потребители, не видят в этом проблемы. Насколько это нормально для миллениалов — вопрос.
Мне кажется, что для зумеров нулевые — это такой же интересный период, как шестидесятые, семидесятые и восьмидесятые. Может быть, нулевые им ближе, потому что многие из них тогда родились. То есть интерес зумера связан с периодом собственного рождения, детства — и неважно, насколько хорошо он его помнит. Но повторюсь, что это еще один интересный период среди множества других. Ностальгируют ли зумеры по нулевым больше, чем по другим десятилетиям? Не знаю, можно ли здесь выстроить корреляцию. В целом такую гипотезу можно иметь в виду, но нужно учитывать региональную специфику и культурный бэкграунд. Даже если мы говорим только о России, потому что регионы России развиваются очень по-разному.
Глава 5. А это вообще ностальгия?
5.1. Что такое ностальгия?
Александра Колесник, историк
В разные времена человеческой истории ностальгия воспринималась по-разному. Впервые понятие ностальгии, как медицинский диагноз, появилось в диссертации Йоханнеса Хофера в 1688 году, когда он диагностировал эмоциональные расстройства у швейцарских солдат. Очень скоро похожие расстройства стали диагностировать и у других наемных солдат и военных, которые ведут боевые действия за пределами своей страны. Весь XVIII век ностальгия считалась болезнью солдат и студентов, которые уехали из родного дома. Со второй половины XIX века понятие ностальгии начинает меняться. Теперь оно стало связано с эмоциональными расстройствами — с отъездом из родного дома, с тоской по детству, по семейному и персональному прошлому. Такие эмоциональные расстройства начинают выявлять у горожан, которые не покидали свой дом, но при этом испытывают ностальгию из-за меняющейся действительности: индустриализации, урбанизации, повышения мобильности населения.
Что такое ностальгия в XXI веке? Прежде всего, это эмоция. Не медицинский термин, не заболевание. Это эмоция, которую испытывают люди разных поколений, принадлежащие к разным социальным, этническим, гендерным, возрастным и другим группам. Эмоция, связанная с эмоциональным переживанием потери чего-либо. То есть тоска по тому, что нельзя обрести. Туда нельзя вернуться, потому что это нереальное место. При этом у человека нет желания вернуться в определенное время — ему главным образом хочется прикоснуться к тому пространству.
В большей или меньшей степени к ностальгии склонны все. Если мы обратимся к исследованиям, посвященным изучению ностальгии, ее проблематизации и теоретизации, то заметим, что сейчас это фундаментальная эмоция, которая объединяет людей разных наций, поколений, культурных и языковых групп. Ностальгия — это всеобъемлющая эмоция, которая не видит границ пола, возраста и расы. Она трансформируется вместе со способами ее репрезентации в медиапространстве: проявляется в кино, в музыке, в социальных сетях.
Интересно, как устроена ностальгия в Японии. Помимо ностальгии по своему национальному прошлому, там есть мощная ностальгия по голливудском кинематографу, по «Новому Голливуду». Это ностальгия по прошлому, увиденному на киноэкранах, услышанному в музыке, прочитанному в тоннах литературы. И это тоже ностальгия по воображаемому — по тому, что огромное количество человек увидело и услышало через разные культурные формы.
ㅤ
Фрагмент из статьи «Тоска по всему, или как ностальгия стала одной из фундаментальных эмоций современности», автор — Александра Колесник
XIX век стал эпохой радикальных перемен для Европы. С одной стороны, это было связано с интенсивными процессами модернизации — промышленной революцией, урбанизацией, возросшей мобильностью и грамотностью населения. С другой стороны, национальные революции, охватившие Европу, значительно влияли на идентичность и самоопределение жителей старых и новых европейских государств. В этой связи ностальгия служила эмоциональной анестезией в ситуации неопределенности, порожденной процессами модернизации. Социолог Фред Дэвис отмечает, что ностальгия становилась важным инструментом формирования и/или восстановления идентичности, подорванной революциями и войнами современности (Davis F. Yearning for yesterday: A sociology of Nostalgia. New York: Free Press, 1979. P. 421).
С новой силой дискуссии о ностальгии возобновились в 2000-е годы в связи с резким увеличением количества Интернет-пользователей. Исследователи задались вопросом о том, как трансформировалась современная культура с появлением Интернета и какое место в ней занимает ностальгия. Дебаты, развернувшиеся вокруг этих вопросов, можно условно разделить на две группы.
Первая группа включает работы, предлагающие скептические и пессимистичные наблюдения. Резонансной стала книга британского музыкального критика Саймона Рейнольдса «Ретромания. Поп-культура в плену собственного прошлого» (2015 [2011]). Рейнольдс утверждает, что с появлением открытых и доступных веб-ресурсов (YouTube, Википедии, Tumblr и др.) создание и пополнение медиа-архивов с редкими, неизвестными или сделанными только что записями стало новой реальностью. В результате молодые музыканты с большим интересом воспроизводят музыкальное прошлое, чем предлагают новые идеи. Ретро-стилизация, каверы, римейки и ремиксы стали основным содержанием современной музыкальной индустрии. Бунтарская рок-н-ролльная стилистика группы «Arctic Monkeys», реггетон-ремиксы на песни Мадонны у «Black Eyed Peas» (2020), возвращение в поп-девяностые в альбоме Леди Гаги «Chromatica» (2020), диско-ревайвл в песне «Flowers» Майли Сайрус (2023), реконструкция гламурных 2000-х рок-группой «The 1975»
