Не без некоторого скептицизма Сидящий Бык пригласил Пинающего Медведя остаться в Стан-динг-Рок и научить людей пляске.
В Месяце Падающих Листьев Пляска Духов распространилась почти по всем резервациям Запада, как огонь в прериях при сильном ветре. Обеспокоенные уполномоченные индейского бюро и военные от Дакоты до Аризоны, от Индейской территории до Невады старались постичь смысл происходящего. В начале осени пришел официальный приказ: прекратить пляски.
— Более пагубного культа невозможно было предложить народу, который стоит на пороге цивилизации, — говорил Белые Волосы. Хотя он был убежденным католиком, Маклафлин, как и большинство других агентов, не признавал Пляску Духов явлением христианским. А ведь если не принимать во внимание разницу в обрядах, то догматы этой религии ничем не отличались от догматов любой христианской церкви. Мессия проповедовал: «Никого не обижай, никому не причиняй вреда. Не сражайся. Всегда поступай по правде». Проповедь отказа от применения насилия и братской любви не призывала индейцев ни к чему, кроме плясок и пения.
Но из-за того, что индейцы плясали, агенты тревожились и вызвали солдат, и солдаты выступили в поход.
Через педелю после того, как Пинающий Медведь пришел в Стандинг-Рок учить людей Сидящего Быка Пляске Духов, Белые Волосы Маклафлин послал полтора десятка полицейских-индейцев удалить его с территории резервации. Испытывая священный ужас перед аурой святости Пинающего Медведя, полицейские передали приказ Сидящему Быку, но вождь отказался что-либо предпринять. 16 октября Маклафлин отправил отряд побольше, и на этот раз Пинающего Медведя под конвоем выдворили за пределы резервации.
На следующий день Маклафлин уведомил уполномоченного по делам индейцев, что реальной силой, которая стоит за «пагубным культом», является Сидящий Бык. Он рекомендовал арестовать вождя, выслать его из резервации и заключить в военную тюрьму. Уполномоченный обсудил этот вопрос с военным министром, и они оба пришли к выводу, что такой шаг скорее приведет к неприятностям, чем предупредит их.
К середине ноября Пляска Духов так распространилась по резервациям сиу, что почти всякая другая деятельность прекратилась. Ученики не появлялись в школах, магазины опустели, на небольших фермах никто не работал. Напуганный агент из Пайн-Ридж телеграфировал в Вашингтон: «Индейцы пляшут на снегу, они одичали и сошли с ума… Мы нуждаемся в немедленной защите. Вождей следует арестовать и заключить в каком-нибудь форте, пока все не успокоится. И медлить с этим нельзя».
Низкий Бык повел свою группу верующих вниз по Уайт-Ривер, в Бэдлендс, и через несколько дней число индейцев возросло до трех тысяч. Не обращая внимания на зимнюю стужу, они надевали рубахи духов и плясали от зари до зари. Низкий Бык убеждал пляшущих не бояться солдат, если те придут прекратить церемонии.
— Их лошади провалятся в землю, — сказал он. — Наездники соскочат с лошадей, но и они тоже провалятся в землю.
На реке Шайенн группа Большой Ноги увеличилась до шестисот человек, в основном это были вдовы. Когда агент попытался вмешаться, Большая Нога увел пляшущих из резервации в священное место на Дип-Крик.
20 ноября Бюро по делам индейцев в Вашингтоне приказало агентам на местах назвать имена подстрекателей, участвующих в Пляске Духов. Список был составлен в Вашингтоне и передан в расположенный в Чикаго штаб Медвежьего Мундира Майлса (так его прозвали после зимних переговоров с индейцами, когда он встречался с дакотами в медвежьей шубе). Майлс заметил имя Сидящего Быка и решил, что тот и виноват во всех беспорядках.
Медвежий Мундир понимал, что арест Сидящего Быка наделает много шуму, и хотел убрать его из резервации тихо и незаметно. Тем временем в Пайн-Ридж уже были введены войска, отношения между индейцами и военными стали напряженными. Для того чтобы разобраться в этой трудной ситуации, был прислан бывший агент, доктор Валентайн Мак-джилликадди, которого позднее сменил Джеймс Мак-лафлин.
— Я бы позволил им плясать, — сказал агент, разобравшись в обстановке. — Когда адвентисты седьмого дня готовят себе одежды для вознесения, ожидая второго пришествия Спасителя, войска Соединенных Штатов не пытаются им помешать. Почему же индейцам нельзя предоставить такой же возможности? Если войска не уйдут, непременно случится беда.
Ему не поверили.
* * *
12 декабря 1890 года подполковник Уильям Драм, командовавший войсками в форте Йейтс, получил приказ от генерала Майлса арестовать самого знаменитого из оставшихся в живых «непримиримых» вождей.
На рассвете 15 декабря 1890 года сорок три пн-дейца-полицейских окружили сруб, в котором жил Сидящий Бык. В трех милях от Стадинг-Рок стоял в засаде эскадрон кавалерии, который был готов по первому сигналу прийти на помощь полицейским. Бычья Голова, возглавлявший отряд индейской полиции, застал Сидящего Быка спящим на полу. Когда его разбудили, вождь насмешливо уставился на Бычью Голову.
— Зачем ты пришел сюда? — спросил он.
— Ты мой пленник, — сказал Бычья Голова, — ты должен идти в агентство.
Сидящий Бык зевнул и сел.
— Ну ладно, — сказал он, — дай мне одеться, и я пойду с тобой.
Он попросил полицейского оседлать для него лошадь.
Когда Бычья Голова с Сидящим Быком вышли из дома, то увидели снаружи толпу участников Пляски Духов. Их было во много раз больше, чем полицейских. Поймай Медведя, один из плясавших, подошел к Бычьей Голове.
— Ты не думай, что возьмешь его! — закричал он. — Ты не сделаешь этого!
— Ну, пошел, — тихо сказал Бычья Голова пленнику, — не слушай их.
Но Сидящий Бык уперся, так что Бычьей Голове и сержанту Красному Томагавку пришлось силой вести его к лошади. В этот момент Поймай Медведя отбросил свое одеяло и выхватил винтовку. Он выстрелил в Бычью Голову, ранив его в бок. Падая, Бычья Голова пытался застрелить его, по пуля попала в Сидящего Быка.
Почти одновременно Красный Томагавк выстрелил Сидящему Быку в голову и убил его наповал.
Во время перестрелки старая цирковая лошадь, подаренная Сидящему Быку за выступления в балагане Буффало Билла, стала демонстрировать свое искусство. Она под выстрелы садилась и поднимала одно копыто, как ее научили в цирке, и присутствующим казалось, что она исполняет Пляску Духов. Но как только лошадь перестала плясать и ускакала прочь, ожесточенная схватка возобновилась, и только прибывшее подразделение кавалеристов спасло индейцев-полицейских от уничтожения.
* * *
Если бы не укрепляющая сила Пляски Духов, индейцы, полные скорби и гнева из-за убийства Сидящего Быка, могли бы восстать, несмотря на ружья солдат. Но вера в скорое исчезновение белых людей и возвращение своих умерших родных и друзей, когда вновь зазеленеет трава, так широко распространилась среди них, что они отказались от возмездия. Однако лишенные вождя хункпапы сотнями бежали из Стандинг-Рок, ища убежища на какой-нибудь стоянке пляшущих или у последних великих вождей вроде Красного Облака в Пайн-Ридж. В Месяце, Когда Олень Сбрасывает Рога (17 декабря), около ста беглых хункпапов достигли лагеря индейцев миннеконьоу Большой Ноги, расположенного возле Черри-Крик. В тот же самый день из военного министерства пришел приказ об аресте и заключении в тюрьму Большой Ноги. Его имя значилось в списке «подстрекателей беспорядков».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
