что же именно я хочу скрыть. А у меня и так времени отнюдь не дофига, да и устал я уже прилично…
—…Небо?
— Потолок.
— Победа?
— Будет за нами!
— Оружие?
— Меч.
Психолог сбился с ритма быстрых вопросов-ассоциаций, у него дернулась щека.
— Что, все так ответили? — понял я.
Ну да, психологические приемы, если они правильно исполнены, работают на человеке даже если он про них знает. Именно потому один психолог может обследовать другого, например. Но, бывает, коса находит на камень.
— “Хатуль мадан”, — подсказал ему я.
— Что “хатуль мадан”? — посмотрел он на меня с подозрением.
— Ну, та интернет-байка про русского призывника в израильском военкомате*, — мне почему-то казалось, что армейский-то психолог точно должен был знать эту историю. И он её действительно вспомнил, когда я начал пересказывать начало.
— Александр, если бы я проводил ваш опрос удаленно, не видя лица, сказал бы, что вам лет сорок, а не двадцать пять, — покачал головой он. — Нам этот рассказ на втором курсе на лекции приводили в пример, как… а, не важно.
— Мне — сорок, — признался ему я. — Это правда.
— Верю, — по тону собеседника четко было слышно, насколько он мне “поверил”. — Благодарю за желание помочь, но мы отвлеклись…
— Жаров тут? — Синицин бесцеремонно распахнул дверь, заставив лейта вскочить.
— Тащ генерал-майор!
— Вольно, — отмахнулся старший офицер и всучил мне в руки Куро. — Держи свою железку. Пришлось лично у научников отнимать, чуть не запаковали вместе с той, второй. Лично пришлось отнимать! Храни при себе, я не хочу, чтобы мы, если что, остались с голым задом против тварей.
— Мне сказали, к медикам с оружием нельзя…
— Говори всем, я разрешил, — раздраженно махнул рукой он. — Щас приказ сляпаю.
И не прощаясь, вышел за дверь. Только тут я заметил, с каким странным выражением лица мозгокрут неотрывно пялится на катану в моих руках.
— Александр, полагаю, на сегодня все. Я вас больше не задерживаю, — с голосом у психолога тоже что-то случилось, словно он внезапно охрип. Уже через закрывающуюся дверь я услышал, как лейтенант сам себе вслух повторяет: — Хатуль мадан. Хатуль мадан…
[*Первоистичник байки-рассказа: https://neivid.livejournal.com/287773.html?style=mine]
Глава 13 без правок
Под землей быстро теряется ощущение дня и ночи. Как я слышал от спелеологов-любителей, если пореже пользоваться часами, организм сам собой переходит на двухсуточный ритм: день сна, день бодрствования. После прохождения медкомиссии и ударной работы над подготовкой документов в штаб у меня были все шансы это проверить — бывший ранее комнатой отдыха для сотрудников метрополитена закуток мне выдали в полное распоряжение. С раскладушкой, матрасом к ней, собственной раковиной и дверью, отлично отсекающей звуки из коридора! Спи да спи, казалось бы. Но… То ли я на самом деле не так уж и устал, то ли опять модификация генома сработала, но десяти часов мне хватило.
Редкий случай, но делать мне было абсолютно нечего. Разве что в волю позлорадствовать, воображая, что сейчас происходит в научной спецгруппе, собранной при штабе. Маститые академики, именитые профессора — эти люди, имея массу достоинств, обычно с большим трудом воспринимают информацию, идущую вразрез с их пониманием мира. И уж точно на самые верхние ступени в карьерной лестнице ученого они смогли взобраться не за счет своего мягкого характера. Иными словами, информационный пакет с записью и интерпретацией итогов эксперимента произвел эффект… эээ, разорвавшейся бомбы. Той самой, от которой подгорают стулья прямо под задницами, ага.
Больше всего баттхёрта у избранной части российского научного сообщества, конечно, вызвала доказательная база в виде эксперимента как такового — ведь не считая аппаратуры записи я проделал все считай голыми руками и куском металла в форме клинка. Ни дорогостоящего оборудования, ни тебе компьютеров: то, что я заранее вывел значительную часть теории Пространства — это ведь уже другой вопрос, снаружи мои усилия по контролю собственного разума никак заметны не были.
Именно потому я и предпочел пройти сквозь пространственный пробой, а не сделать, например, дыру в полу подземного коридора — хотя по её глубине можно было бы прикинуть энергетические ресурсы как отдельного окта, оторванного от системы внешнего питания, так и группы юнитов. Но нужна была именно четкая демонстрация как понимания мною физики процесса, так и собственно самой этой физики в виде непосредственно наблюдаемого феномена.
Как там? Отрицание, гнев, торг, депрессия — и только после всего этого принятие. Наверняка часть моих коллег застрянет между первым и вторым шагом, вовсю клеймя записи подделкой. А вот те, кто прочтут документы целиком, придавив эмоции и примут, пусть скрипя зубами, объективную реальность — вот у тех должен случится прорыв. Потому что именно в Национальный центр управления обороной стекаются все данные ото все воинских частей и соединений, кто смогли остаться на связи. То есть информации для изучения должно накопиться достаточно много. Весь вопрос был в интерпретации — и вот, я дал им ключ. По сути, сделал тот максимум, что может выполнить один человек.
Это только в комиксах и снятых по ним голливудских блокбастерах у супер-злодея только один ученый, который придумывает все злобные технологии и сам же собирает злонесущие девайсы. В реальности чтобы из добытой так или иначе формулы получить реальные результаты, нужен труд десятков тысяч людей. И как минимум сотня из них должна иметь высокие ученые степени — чтобы превратить знание закономерности в понимание, как она, закономерность, будет работать в приложении к конкретному событию, конкретному процессу, именно этим материалам и так далее. После чего уже прикладные инженеры, химики, технологи и прочие энергетики смогут рассчитать и придумать, что надо сделать, чтобы извлечь из полученной информации непосредственную пользу.
Вот в том мире, куда я так хочу вернуться, у меня была магия и “сила крови” — потому выступить одновременно исследователем и инженером получалось. Но даже с такими “читами” из-под моих рук выходила лютая кустарщина, где один экземпляр не походил на другой, пока не получилось задействовать квалифицированных помощников. Собственно, я и в этом мире смог бы собрать машину для пробоя Пространства, будь у меня материалы и энергия — нужно было б, чтобы она всего один раз сработала. Но даже нормальную многоразовую лабораторную установку по своим эскизам я бы вряд ли осилил. Во всяком случае, за какой-то вменяемый срок.
Что ж. Тут не скажешь, что “к счастью”, но тем не менее: за меня нужное устройство построили и притащили в наш мир хозяева октов. Теперь до неё нужно было как-то добраться. Не забыв спасти по дороге родной мир.
* * *
“Поскучать”, если
