Читаем без скачивания Новые приключения Эллери Квина - Эллери Квин

Виновато улыбнувшись, Эллери склонился над очагом и оторвал испачканный коричневым веществом кусочек холста, прежде чем четвертый лорд Грэматон был кремирован полностью. Когда он поднялся, в комнате оставался только доктор Вэрроу.

— Боркка… — процедил сквозь зубы доктор.

— Ох уж эти англичане, — пробормотал Эллери. — Недаром говорят, что у них отсутствует чувство юмора. Можете проанализировать это сразу же, доктор Вэрроу?

Когда врач удалился, Эллери, оказавшись один в полной тишине, сел и задумался. При этом он не закрывал глаза. Ему казалось, что на полу студии не хватает чего-то, что находилось там вчера вечером. Он вспомнил — это был острый мастихин Грэматона.

Подойдя к северной стене, Эллери высунул голову в открытую секцию окна.

— Его нигде нет, — послышался сзади голос Джеффа.

— Все еще ищете Боркку? Весьма разумно, Джефф.

— Он просто удрал. И скатертью дорога!

— Тем не менее не покажете ли вы мне его комнату?

Толстяк заморгал проницательными глазками и почесал волосатую грудь. Потом он проводил Эллери в комнату на первом этаже того же крыла. Тишина начинала действовать на нервы.

— Нет, — промолвил Эллери спустя некоторое время, — мистер Боркка не просто удрал, Джефф. До момента своего исчезновения он явно намеревался оставаться здесь, судя по нетронутым вещам. Хотя он нервничал — взгляните на эти окурки сигарет.

Бесшумно закрыв дверь комнаты мистера Боркки, Эллери вышел из дома и бродил вокруг, пока не оказался под северным окном студии Грэматона. Там были газоны, и в глинистой почве пестрели анютины глазки.

Однако кто-то — или что-то — обошелся с цветами весьма сурово. Под окном студии они были помяты, сломаны и вдавлены в землю, словно на них свалилось нечто тяжелое. В начале разоренного участка, у стены, виднелись две глубокие и узкие борозды в земле. На каждой из них был след мужского ботинка. Пятки находились у самой стены, а носки были странным образом повернуты навстречу друг другу.

— Боркка носил похожие ботинки, — пробормотал Эллери. Он стоял неподвижно, посасывая нижнюю губу. Возле газона проходила посыпанная гравием дорожка, через которую от двух борозд вел едва заметный след шириной примерно с человеческое тело.

Внезапно Джефф взмахнул руками, как будто собираясь улететь, но всего лишь отошел, опустив плечи.

Из-за угла дома появились Перл Энджерс и Эмили Имз. Актриса была очень бледна.

— Я заглянула сюда, и Эмили рассказала мне жуткую историю…

— Как миссис Грэматон? — рассеянно спросил Эллери.

— А вы как думаете? — сердито отозвалась мисс Имз. — Марк такой же здоровенный идиот, каким был раньше! Бродит по комнате, свирепый как медведь. Учитывая его любовь к легенде о кровоточащем портрете, он мог бы оценить эту шутку.

— Но кровь, Эмили! — испуганно напомнила Перл Энджерс.

— Мими в полном изнеможении, — продолжала мисс Имз. — И все из-за какой-то дурацкой шутки.

— Боюсь, это не совсем шутка, — заметил Эллери, указывая на газон с анютиными глазками.

— Что… что это? — запинаясь, пролепетала Перл Энджерс, отшатываясь от подруги и указывая на нечеткий след.

Эллери не ответил. Повернувшись, он медленно двинулся вдоль следа, изучая его.

Мисс Имз облизнула губы и перевела взгляд с открытого окна студии Грэматона на находящийся под ним изувеченный участок газона.

Актриса, истерически хохотнув, уставилась на след:

— Это выглядит… как будто кто-то тащил тело…

Обе женщины, взявшись за руки, словно дети, побрели за Эллери.

Странный след зигзагами вился по саду — в некоторых местах на нем виднелись параллельные линии, как если бы по земле волочили ботинки. В лесу идти по следу стало еще труднее, так как землю покрывали листья, корни и сучья.

Женщины двигались за Эллери как сомнамбулы, не издавая ни звука. Где-то по пути к ним присоединился Марк Грэматон, который, казалось, с трудом передвигается на одеревеневших ногах.

В лесу было очень жарко, и лица преследователей покрылись потом. Вскоре и Мими, по-прежнему закутанная, как будто она замерзла, подошла к мужу. Он не обратил на нее внимания, и она поплелась за ним, жалобно хныча.

Когда подлесок стал более густым, след и вовсе сделался едва заметным. Эллери, возглавлявший безмолвную процессию, был вынужден огибать непроходимые места и перепрыгивать через гнилые стволы. Один раз след углубился в кусты ежевики, пробраться сквозь которые было невозможно даже на четвереньках. Эллери вновь нашел след, только обойдя кустарник.

Вскоре он остановился. Остальные последовали его примеру. В самом центре полосы лежала золотая запонка. Обследовав ее, Эллери обнаружил инициал «Б» и сунул ее в карман.

Остров Грэматона сужался ближе к середине. Узкий участок представлял собой скалистый, покрытый валунами перешеек, к которому с обеих сторон подступало озеро.

Здесь Эллери вновь потерял след. Некоторое время он рыскал среди валунов, но с этой задачей могла справиться только ищейка. Поэтому он задумчиво двинулся дальше, не проявляя особого энтузиазма.

— Смотрите! — испуганно вскрикнула Перл Энджерс.

Мисс Имз обняла Мими за плечи, поддерживая ее. Грэматон стоял поодаль, тупо глядя перед собой. Эллери направился к актрисе, которая, рискованно присев на каменный выступ, с ужасом указывала на озеро.

Здесь было мелко. На песчаном дне, на расстоянии вытянутой руки, поблескивал мастихин Грэматона, явно брошенный в озеро.

Эллери опустился на валун и зажег сигарету. Он не делал попыток достать нож — вода давно смыла любые следы, которые могли быть на нем прошлой ночью.

Перл Энджерс испуганно и в то же время жадно обшаривала глазами озеро, ища нечто большее, чем нож.

— Квин! — послышался голос издалека.

— Я здесь! — откликнулся Эллери громким, но усталым голосом и снова занялся сигаретой.

Вскоре они услышали, как кто-то пробирается через лес, и увидели запыхавшегося доктора Вэрроу.

— Квин, — тяжело дыша, заговорил он, — это кровь… Человеческая кровь! — При виде Грэматона врач резко умолк, словно сбитый с толку.

Эллери кивнул.

— Кровь! — с ужасом повторила Перл Энджерс. — А Боркка исчез… И вы нашли его запонку на этом жутком следе… — Она поежилась.

— Кто-то зарезал его прошлой ночью в студии, — прошептала мисс Имз, — и во время борьбы кровь попала на портрет.

— А потом его труп выбросили из окна, — еле слышно пролепетала актриса, — или он сам свалился оттуда во время схватки. После этого убийца спустился вниз, протащил тело через лес к этому ужасному месту и…

— Возможно, мы могли бы сами отыскать труп в озере, — предположил доктор Вэрроу.

— Мы должны вызвать полицию, — медленно произнес Грэматон.

Все испуганно посмотрели на Эллери, но он продолжал молча курить.

— Вы едва ли можете надеяться скрыть… убийство, — запинаясь, вымолвила мисс Имз.

Грэматон двинулся в сторону дома.

— Одну минуту, — заговорил Эллери, выбросив сигарету в озеро.

Грэматон остановился, не оборачиваясь.

— Вы дурак, Грэматон.

— Что вы имеете в виду? — буркнул художник, все еще стоя спиной к остальным.

— Вы действительно славный парень, каким кажетесь, — осведомился Эллери, — или же вы маньяк-убийца, каким вроде бы вас считают ваши жена, бывшая жена и друзья?

Грэматон резко повернулся — его некрасивое лицо побагровело.

— Хорошо! — рявкнул он. — Я убил его!

— Нет! — крикнула Мими, приподнявшись с камня. — Нет, Марк!

— Незачем так горячиться, Грэматон, — заметил Эллери. — Ребенку ясно, что вы защищаете вашу жену — или думаете, что защищаете.

Грэматон опустился на валун.

— Это говорит в вашу пользу, — спокойно продолжал Эллери. — Вы сами не знаете, что натворила ваша жена, но, тем не менее, признаетесь в убийстве, которое, по-вашему, она совершила.

— Говорю вам, я убил его! — сердито повторил Грэматон.

— Убили кого, Грэматон?

Все снова посмотрели на него.

— Нет, мистер Квин! — воскликнула Мими.

— Это бесполезно, миссис Грэматон, — сказал Эллери. — Всего этого можно было бы избежать, если бы вам хватило благоразумия с самого начала довериться мужу. Бедняги мужья для того и существуют.

— Но Боркка… — начал доктор Вэрроу.

— Ах да, Боркка. Нам следует обсудить его. Но сначала мы должны обсудить очаровательную спину нашей хозяйки.

— Мою спину? — пролепетала Мими.

— При чем тут спина моей жены? — зарычал Грэматон.

— При всем — по крайней мере, почти при всем, — улыбнулся Эллери, зажигая очередную сигарету. — Закурите? Вы в этом здорово нуждаетесь… Понимаете, Грэматон, спина вашей супруги не просто красива — она красноречива. Пробыв в Натчитоке более недели, я имел удовольствие наблюдать ее несколько раз, и она всегда была обнажена — каковым и следует быть всему прекрасному. Фактически миссис Грэматон сама сказала мне, что вы настолько гордились ее спиной, что сами подбирали ей одежду, позволяющую выставлять спину на всеобщее обозрение.