И глаза эти молили Пола "Возьми меня к себе. Возьми..." Не раздумывая, он поднял с земли ребенка - кожа да кости - и отнес домой, к Мюлай Туи. Мальчик никогда не сможет нормально ходить: родители, заботясь о его карьере нищего, предусмотрительно сломали ему ноги в нескольких местах, предоставив костям срастаться как придется.
Пол назвал мальчика Немо, потому что тот почти всегда молчал. Много позже Пол обнаружил, что Немо - телепат.
Вслед за Зу Шаном и Немо появился Баи Лут - однорукий юноша; вторую руку ему отрубили за воровство. А потом еще Тсонг Тсонг, которого полуживым выудили из Зеркала - Орури. Он не помнил своего прошлого, хотя в одиннадцать (судя по внешности) лет, ему и вспоминать-то, наверно, было особенно нечего.
Вот, собственно, и все слушатели Внеземной Академии для Юных Джентльменов Пола Мэрлоу.
Чадила маленькая ночная лампа. Пол ходил взад-вперед по комнате. Он думал о своей школе - об успехах, или, точнее, об их отсутствии. Он вспоминал, как долгие часы объяснял своим ученикам, что земля не плоская, а круглая. О бесчисленных сушеных листьях каппы, покрытых черными каракулями (он писал древесным углем) - Пол показывал, как знаками обозначать слова. Он воспользовался латинским алфавитом, изменив лишь произношение некоторых букв в соответствии с языком байки, а запись вел фонетическим письмом.
Но за исключением маленького Немо, который, хоть и с трудом, но научился писать свое имя и имена других ребят, никто так и не понял, зачем нужны какие-то закорючки на сухом листе каппы. К тому же его ученики не видели в этом занятии никакого прока, ну разве, чтобы доставить удовольствие Полу Мер Ло.
В дисциплинах, которые были ближе к жизни, дела продвигались куда лучше. У Зу Шана открылся настоящий талант к постройке игрушечных планеров. Баи Лут делал отличных воздушных змеев, а Тсонг Тсонг, правда, не без посторонней помощи, соорудил действующую модель ветряка. Как это ни смешно, но создал он ее, чтобы приводить в движение веер.
Идея использования энергии ветра привела ребят в восторг. Это было для них понятно. "Возможно, - думал Пол, - в конце концов я войду в историю Байа Нор, как изобретатель колеса и человек, заставивший ветер служить людям".
Но что еще он может сделать? На что он еще способен?
Ответа на эти вопросы Пол не знал. Не знал он также и того, действительно ли новый бог-император забыл о Поуле Мер Ло. Возможно, тот просто выжидает, когда чужеземец, пользовавшийся такой благосклонностью Энка Нэ 609-го, совершит какой-нибудь проступок, за который его можно будет казнить.
Впрочем, эта неопределенность не слишком-то беспокоила Поула Мер Ло. Что его действительно беспокоило, так это ощущение бесцельности, тщетности всех его усилий. А еще он страдал от одиночества. Все чаще и чаще он вспоминал Землю. Он видел Землю во сне, грезил о ней наяву. Он мечтал вернуться домой. Все больше и больше он начинал жить прошлым.
Он понимал, что если в ближайшее же время не сумеет упрятать мысли о Земле в какой-нибудь темный угол своего сознания, то просто сойдет с ума. А это будет довольно грустная шутка в и без того не слишком веселой жизни: последний оставшийся в живых член экспедиции к Альтаиру Пять - сумасшедший психолог.
Тяжело вздохнула во сне Мюлай Туи. Глядя в полумраке на нойю, Пол понял, что за последнее время она заметно потолстела. Затем он лег в постель и закрыл глаза.
И все равно никак не мог уснуть. Мысли о Земле не давали ему покоя. Пол попытался переключиться не школу, начал вычислять, сколько понадобится времени, чтобы достроить ее с помощью четырех мальчиков, двое из которых калеки.
Похоже, достаточно долго, - Энка Нэ 610-й успеет с улыбкой принести себя в жертву. Впрочем, времени, похоже, хватит и для того, чтобы Поул Мер Ло окончательно впал в депрессию, из которой уже нет возврата.
Пол повернулся на бок, положил руку на теплую мерно колышущуюся в такт дыханию грудь нойи. Легче от этого не стало. Когда рассвело, он все так же глядел невидящими глазами в скрепленный глиной тростниковый потолок...
20
Два лесоруба доставили грубо отесанные бревна, заказанные Поулом Мер Ло для строительства его маленькой школы. Поул с удовлетворением отметил, что бревна они привезли на четырехколесной повозке с упряжью для двух человек. Еще больше его порадовало, что байани воспринимают свою повозку как должное, словно используют подобные устройства уже много-много лет, а не какие-то несколько месяцев. Этот день был одним из тех, когда Полу казалось, что быть Поулом Мер Ло, учителем - совсем не плохо. Он задумался: сколько лет пройдет, прежде чем какой-нибудь местный гений догадается, что передняя пара колес будет работать лучше, если, соединив их ось с рулевым устройством, сделать всю эту конструкцию вращающейся вокруг вертикальной оси.
Впрочем, вполне возможно, что рулевое управление - идея слишком смелая: как мысль о переключении скоростей для каретника восемнадцатого века. Наверное, должно пройти несколько поколений, прежде чем байани начнут модернизировать устройство, - придуманное для них чужестранцем. Но Поул Мер Ло решил не рассказывать им, что и как делать. Он не станет лишать байани возможности самим сделать некоторые открытия и изобретения.
Стояло теплое солнечное утро. Разгрузив бревна, лесорубы присели отдохнуть. Вытирая пот, они с усмешкой рассматривали странное сооружение, возводимое четырьмя детьми, из которых двое - калеки. Поул Мер Ло вручил им обещанное за работу медное кольцо - лесорубы рассыпались в благодарностях.
Затем один из них почтительно спросил:
- Господин, что за дом строят эти убогие? Может, это будет храм богам вашей страны?
- Нет, - начал объяснять Поул Мер Ло. - Мы строим не храм. Мы строим школу.
В языке байани не существовало подобного слова, и Поул воспользовался английским - школа.
- Ске-лу?
- Совершенно верно, - кивнул Поул Мер Ло. - Школу.
- И зачем вы, господин, возводите эту самую ске-лу?
- В ней дети будут учиться новым ремеслам.
Байани зачесали в затылках и глубоко задумались.
- Но, господин, - сказал, наконец, один из них. - Разве сын охотника не учится у отца охоте, а сын каменотеса - умению тесать камень?
- Это так, - согласился Поул Мер Ло.
- Тогда, господин, получается, что ваша ске-ла не нужна, торжествующе заключил лесоруб. - Юность учится у старости - такова жизнь.
- И это так, - снова согласился Поул Мер Ло. - Но подумайте: вот перед вами дети, у которых нет отцов. Кроме того, ремесла, которые они постигнут, пока еще неизвестны людям Байа Нор.
- Но все знают, что убогие любимы Орури. От него они получат все, что им суждено... - удивился байани. - Господин, а вдруг новые ремесла окажутся опасными?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
