наша царевна недостаточно хороша для тебя?! — поддакивали ему из другого. Да что за нафиг вообще?! То сами отдавать не хотели, а теперь злятся, что не хочу брать?! Дурдом!
— Отец, — вклинилась в этот поток возмущения Анемона. — Ты мудр и благороден, а я твоя дочь и хочу быть такой же, — приложив ладонь к груди и слегка склонив голову, проговорила она. — Позволь мне защитить наш народ и пожертвовать собой ради благого дела, — пафосно закончила эльфа, вскинув на правителя уверенный и решительный взгляд. Эй, так говорит, будто я ее сожрать собираюсь! А я двинутыми на голову не питаюсь! По крайней мере, именно такое впечатление произвела на меня вся эта компания во главе с царем и его жертвой-дочуркой.
Антуриум посмотрел на девушку долгим взглядом. Я видел, как на его лице заиграли желваки от напряжения и внутреннего противоречия. Решение далось ему очень тяжело, но положение, видимо, обязывало.
— Хорошо, — холодно обронил он, без тени прежней доброжелательности. — Если таково твое решение — я приму его. Поступай, как велит тебе твое сердце, — мужчина все же выдавил из себя сдержанную улыбку, и вновь величественно опустился на трон. Идти куда-то уже, судя по всему, было незачем…
— Благодарю, отец, — Анемона учтиво склонила голову. — И прощай, — последний раз взглянув на родителя, эльфа развернулась и решительно зашагала ко мне. Видимо, пришло время свалить из этой проклятой рощи… О, точно! Совсем забыл! Порывшись в сумке, я достал список ведьмы, на котором уже был выделен очередной компонент.
— Эм-м-м, простите, — робко начал я, глядя на царя и стараясь не обращать внимания на его дочь. Она меня даже слегка пугала! Девица шла ко мне с таким видом, будто собиралась прямо здесь залезть ко мне в рот, чтобы якобы исполнить свое предназначение. Жуть!
— Что еще? — тяжелый взгляд Антуриума вперился в меня, подобно острому копью. И нечего на меня так пялиться! Я честно пытался отказаться от вашей прынцесски! Так что все претензии к ней!
— Мне вещица одна нужна из вашей рощи, — проговорил я под жутким прессингом его взгляда. — Называется… эм-м-м… Слеза Богини, — задумчиво почесав затылок, прочел я со свитка. У них тут действительно Боги водятся, что ли? В таком свете, название их лесочка выглядит не так уж и пафосно…
— Боюсь, получить ты ее не сможешь, — надменно усмехнулся мужчина, облокотившись на подлокотник трона и подперев кулаком голову. Заметив мой вопросительный взгляд, он снизошел до пояснения столь категоричного отказа. — В Роще Божественной Мудрости имеется Хрустальное озеро, в центре которого установлена Священная Статуя Богини. Именно она роняет нужные тебе слезы. Но проблема в том, что добыть их может только чистая и невинная дева, коей ты не являешься, и никто из наших эльфиек не станет тебе помогать, — царь хмыкнул, явно довольный тем, что хоть в этом ему удалось меня уделать. Эх, и как быть? Ведьма меня со свету сживет, если я не принесу ей хоть что-то из заявленного списка. Портить с ней отношения раньше времени мне совсем не хотелось…
— Я достану для тебя Слезу Богини, — в очередной раз, пришла мне на выручку царевна. Откуда столько доброты?! Складывалось впечатление, что это не мне предполагалось ее схомячить, а она собиралась отобедать мной и делала все, чтобы поскорее остаться наедине и схарчить мою бедную тушку без свидетелей. Кошмар!
— Анемона! — не выдержав произвола дочери, возмущенно воскликнул царь, в сердцах стукнув кулаком по подлокотнику. Интересно, она специально его провоцирует или это какой-то подлый план, который в итоге обернется против меня? — Это уже переходит всякие границы!
— Отец, я действую исключительно в интересах нашего народа, — размеренно проговорила девушка, даже не дрогнув под суровым взглядом венценосца. — Если дракону так нужна Слеза, то вряд ли он отступит и просто уйдет. Я бы не хотела, чтобы невинные эльфы из нашего поселения пострадали от его гнева и кровожадной силы, — пояснила она свою позицию. Кровожадной?! Да я ни сном, ни духом! Даже в мыслях не было! Это подлая клевета!
— Что же, если так, то ладно, — вздохнув, сдался Антуриум. Видимо, доводы дочурки показались ему вполне разумными. — Я дозволяю тебе пройти по Хрустальному озеру и добыть слезу Священной статуи, — с видом благородного мученика, разрешил царь. По озеру? Оно у них заледенело что ли?
— Благодарю отец, — эльфа учтиво склонила голову, под очередную волну недовольного ропота в остроухой толпе.
И почему меня не покидает какое-то подозрительное чувство нереальности происходящего? Может, я где-то на той дорожке поскользнулся, ударился головой, потерял сознание и все это мне просто привиделось? Эта мысль показалась мне настолько правдоподобной, что я даже незаметно себя ущипнул. Ауч! Нет, все реально, но о-о-очень странно…
В открытую больше никто возмущаться не стал. То ли ожидали очередного выкрика какого-нибудь борца за справедливость, на вроде Плюм, то ли все-таки решили не испытывать терпение и нервы Антуриума. Нахмурив тонкие брови, царь смерил меня и дочь холодным взглядом. Происходящее ему явно не нравилось, но и противится этому, видимо, в силу обстоятельств, не мог. Поднявшись с трона, мужчина жестом приказал следовать за ним.
Просторный зал мы покинули втроем. Эльфячья толпа осталась терпеливо ждать возвращения правителя. Судя по тому гомону, который поднялся, стоило нам выйти, остроухие все-таки дали волю своему возмущению и взялись активно обсуждать дерзкое поведение царевны и мою неслыханную наглость. Пф-ф-ф, подумаешь! Лично мне было глубоко наплевать на их пересуды. Я просто хотел получить свое и свалить из этой дрянной рощи. И чем быстрее, тем лучше!
Мы шли по очередному длинному коридору, в котором, к моему счастью, не было тех злополучных цветов. Можно было дышать свободно и спокойно. Шли долго и в гробовом молчанье, что невероятно напрягало. Однако и на поговорить, меня как-то не тянуло. Свернули за угол и коридор, наконец-то, закончился еще одной «кружевной» дверью.
— Ты уверена в своем решение? — нарушил тягостное молчание Антуриум, когда мы подошли к серебряным створкам. — Подумай еще раз. Назад пути не будет, — он взглянул на свою дочь, и добавил, будто меня в тот момент рядом не было. А я был и все слышал! — Сейчас еще все можно исправить, — его интонация и стальной блеск в серых глазах не оставляли сомнений, как
