Читаем без скачивания Все девушки — невесты - Ирина Ульянина

Таймер в нижнем правом углу монитора показывал 14.47. Почти три часа пополудни! Я оставила себя без обеда и без единого перекура. Зато удалось отрешиться от того упрямого факта, что мой супруг оказался подлым изменником. Как изрек какой-то пролетарский поэт: «Великая сила — работа. В полях, за станком, за столом. Работай до жаркого пота. Все счастье земли за трудом». Полная абракадабра, конечно… Может, для того поэта счастье и состояло в потении, а для меня в данный момент оно заключалось в возможности выкурить вкусную сигарету More из красной пачки. Я вообще подозреваю: очень важно хотя бы иногда делать не то, что должно, а то, чего хочется… Задала компьютеру команду «сохранить файл», отправила письмо с прикрепленным текстом на электронный адрес маркетолога Максима из «Контура» и направилась в курилку. В конец коридора, где возле распахнутого окна стояла жестяная банка из-под «Нескафе», доверху набитая окурками.

До чего же хорошо на улице летом! Прогретый воздух ластится, как доверчивый щенок… Кто? Щенок? Помнится, и господин В.Г.Паперный представлялся мне несмышленым и добрым щенком кокер-спаниеля. Вот уж глупости. Он оказался обыкновенным адептом капитализма — суровым, как сибирские морозы, от которых только и остается, что прятаться за стенами толщиной 77 сантиметров.

— Зарубина! Соня! Тебя к телефону.

Швырнув едва начатую сигарету за окно, в июньское марево, я опрометью помчалась в кабинет. Думала, Вадима достигли мои эманации и он решил позвонить. Реабилитироваться. Сказать нечто комплиментарное… Как бы не так!.. Звонила моя мама:

— Доченька, тут Леонид приходил с какой-то женщиной. У нее ужасные красные волосы и безобразно длинные ногти, прямо как у волка из «Красной Шапочки». Настоящая хищница!.. Командовала, чтобы он ничего не забыл, сгребала ваши вещи. И Леонид твой хорош: даже чехословацкие фужеры прихватил, сказал, что этот набор ему дарили на день рождения.

— Пусть берет, пусть подавится. Не переживай, мамочка!

— Так они еще забрали и свидетельство о браке. Зять просил передать тебе, что бракоразводный процесс состоится первого июля. Я посмотрела по календарю — это будет вторник на следующей неделе. Уже так скоро!

— Ну а чего тянуть-то?.. Правильно… Мам, извини, но мне некогда. Дел по горло. А это же не срочное… Могла бы сообщить дома, вечером!

Она обиженно помолчала. И я засовестилась: чего накинулась на бедную мамочку? Разумеется, ей скучно одной в пустой квартире, а тут такое событие…

— Вообще-то я звоню, чтобы напомнить про краску для волос. Сходи на Центральный рынок, там, в киосках, все подешевле… Рита обещала меня покрасить.

Боже правый, до чего мы дошли?! Экономим копейки на краске. Потом начнем зашивать колготки или заклеивать стрелки лаком для ногтей. Правильно моя дочь заявляла, что ненавидит нищету. Я ее тоже ненавижу. Надо работать. До жаркого пота. Все счастье земли за трудом!

Пошла к шефу, доложила о том, что покончила с «Контуром», и спросила, нет ли еще заказов.

— На ловца и зверь бежит. — Он надел очки для придания облику солидности. — Сегодня к нам с предложением о сотрудничестве обратилась медицинская страховая компания. Как, Софья Николаевна, медицина вам близка?

— Близка, еще как близка! Гораздо ближе, чем строительство и отделка! — заверила я.

— Вот и хорошо… Они хотят заказать серию публикаций про клинику иммунологии и клинику травматологии и ортопедии. Выбирай чем займешься: горбами и имплантантами суставов или прогрессивными методами лечения астмы?

Мне одинаково безразличны искусственные суставы и естественные горбы, зато к астме я приближаюсь семимильными шагами — недаром мне постоянно хочется курить. Курить и плакать навзрыд!.. Выбрала иммунологию. Договорились, что отправлюсь в клинику, расположенную на территории городской больницы, завтра к девяти ноль-ноль, а уже оттуда вернусь в агентство. От моего дома до горбольницы пилить не меньше часа при условии, что маршрутка подойдет сразу… Проснуться придется не позже семи часов утра… Терпеть не могу рано вставать!..

Остаток дня я маялась дурью: заварила растворимый кофе недокипяченной водой из кулера, получила электронную почту и внимательно прочитала все послания. Лучше бы сразу отправила их в корзину. Три приглашения на семинары — по телефонным продажам, корпоративной этике и оптимизации налогообложения. Три сообщения о распродажах техники, мебели и пластмассовых изделий и еще два — о сдаче в аренду складских помещений на территории Москвы и Московской области. Не представляю, зачем москвичи шлют их в Новосибирск. Совсем нас за баранов держат, что ли? Сейчас все бросим и ринемся в столицу обучаться, арендовать и скупать неликвиды!.. Более всего меня возмутили предложения выложить свое имя на арбатской мостовой, назвать своим именем звезду и купить гель для стимуляции клитора и зоны G. Если честно, я вообще не подозревала о существовании аномальной зоны G… А текст мне показался просто издевательским: «Волшебная капля на кончике пальца. Климакс отменяется! Оргазм наступает в 7–8 раз быстрее!» Они офонарели. Будто на работе больше думать не о чем, как об ускорении оргазма всего за 20 долларов… Да я на эти деньги семью неделю кормить смогу! Хорошо, пусть не неделю, но три дня точно.

Хвала Всевышнему: таймер на мониторе отсчитал 17.52. Через восемь минут можно сматываться. С тех пор как меня навсегда оставил муж, время замедлило свой бег… Восемь минут я потратила на выкуривание сигареты. Нина Ветлугина — наша офис-менеджер, составившая мне компанию у подоконника, рассказала, какой потрясающий купальник присмотрела себе в салоне «Триумф». Новый купальник, а также остальные летние обновки лично мне не светят… увы…

…Как это кстати, что мама вернулась из Крыма! Дома ждал готовый ужин — салат и спагетти болоньезе. Это я их называю на итальянский манер, мама именует проще: макароны по-флотски. Мясо она вынула из бульона, на котором завтра сварит борщ. Решительно, с мамочкой не пропадешь!

Риточка тоже порадовала — получила «четверку» по социологии. Конечно, она могла бы учиться на «отлично», но что требовать от ребенка, которого бросил родной отец?!

— Ма! Мы с Оксанкой решили отметить начало каникул, идем в клубешник, — с вызовом сообщил брошенный ребенок и дерзко посмотрел на меня, готовясь дать отпор возражениям.

Я не оправдала ее ожиданий — не стала убеждать остаться дома. Вместо этого достала мобильник и спросила, не знает ли она, как его включить. В самом деле, глупо иметь красивый портативный телефончик, удобно умещающийся в руке, и не уметь им пользоваться. Тем более что…

— Откуда у тебя сотик?

— Один знакомый…

— Дал погонять?

— Да. Как ты догадалась?

— Скупость мужчин общеизвестна, мама. Раскрутить их на дорогие подарки нереально… А это не он тебя, случайно, встречал утром на машине?

— Случайно он. Мой заказчик. Крупный заказчик. Как только выполню работу, он отберет телефон и перестанет подвозить. — Кажется, мне удалось утолить дочкино любопытство и взамен получить исчерпывающую консультацию относительно мобильника.

Рита приступила к сборам, а я улеглась на диван, спрятав телефончик под отворотом халата. Странно, отныне я могла бы лежать в ванне и болтать сколько влезет — осуждать это невинное занятие более некому. Но ванна меня нисколько не манила. Как отрезало. И пустячные беседы с приятельницами тоже не привлекали. Мысли сосредоточились на плоской трубке, пригревшейся на груди: позвонит или нет?.. А в сущности, зачем ему мне звонить? Кто я такая? Подумаешь, три раза поцеловались… К тому же я «Контур» нечаянно обозвала…

Опять захотелось курить, но делать это при маме я не отваживаюсь с тех пор, как она закатила мне отвратительную сцену на свадьбе двоюродной сестры. Дело было в женском туалете ресторана «Садко». Мне в ту пору исполнилось двадцать четыре года, Ритке, соответственно, четыре. Я была взрослой замужней женщиной, но моя мать, вероятно, меня как-то иначе воспринимала. Кто-то добрый настучал ей про то, что я курю, она пулей ворвалась в туалет, вырвала у меня сигарету и замахнулась, собираясь шлепнуть по щеке или, может, даже по губам. Истеричка!.. Унизила при всех, испортила праздник… Я потом не разговаривала с ней целую неделю, показавшуюся вечностью. Мама первая пошла на примирение — оправдывалась, что боится, как бы у меня не развился рак легких. Прямо как Тамара Васильевна. Кстати, надо будет ей позвонить… После того досадного инцидента в туалете я еще лезла на рожон — кричала, что курю с восемнадцати лет, с первого курса института, и буду курить, сколько хочу и где хочу. Но то была пустая бравада… Я понимала, что маме и так было несладко. Отец в тот год подался на Север, устроился работать вахтенным методом на буровую. Был инженером, заделался нефтяником… Думал зашибить длинный рубль, но вдалеке от дома встретил девушку — какую-то учетчицу или нормировщицу, — увлекся до того, что предпочел ее родной жене. Вот ведь как повторяется история!.. Он сначала отмалчивался, делал вид, что ничего не происходит, а в один прекрасный день уехал на вахту и уже не вернулся. Мои родители разводились посредством официальной переписки. И сейчас где-то под Тюменью у меня растет сводный брат, которого я никогда не видела. Маргоша утверждает, что не помнит деда. Зато я хорошо помню мамины страдания: они довели ее до микроинфаркта…