Читаем без скачивания Мы можем жить среди людей - Варвара Еналь

Сидевший с краю коврика белоголовый малыш тыкал пальчиками в стоящий рядом планшет и смешно разговаривал с голографическим 3D изображением большого медведя. Медведь выдавал знакомые фразы, вроде:

— Привет, малыш. Ты ел кашу?

И при этом совершал смешные движения. Этой программой можно было управлять, она предназначалась специально для маленьких детей. Белоголового малыша звали Васей, и он умел очень ловко обращаться со своим электронным другом. Смешно лепеча что‑то на малышовом языке, он тыкал пальчиками в руки и ноги медведя, заставляя его приседать, поворачиваться, подпрыгивать. Медведь то и дело приговаривал:

— Тра — та — та, тра — та — та, вышла кошка за кота. За кота — котовича, за Иван Петровича.

Глупая детская потешка, видимо, очень нравилась Васе, и он то и дело заливался смехом. Рядом с ним возилась круглоголовая Юлька. Волос у нее за год не выросло вообще, и она казалась очень смешной с этой своей лысой, круглой головой. Юлька мяла в ладошках печеньку и глухо ныла на одной ноте.

— Привет, карапузы, — весело бросила им Эмма, и подхватила ноющую Юльку на руки. Тут же поморщилась — из подгузника малышки неприятно попахивало.

Ребенка — в ванную, к роботам — помощникам класса Лон, они помоют и переоденут. А дальше видно будет.

Главная задача Эммы и ее одноклассников Ильи и Кати — это разговаривать с малышами. Роботы тоже много говорят, но дети должны видеть человеческие лица каждый день, должны получать человеческое тепло, уметь различать эмоции. То есть малыши должны много общаться с людьми, чтобы самим приобрести людские навыки и привычки. Так учили в классах. Принцип повторения — делаешь ты, делает твой подопечный.

За общественную работу ставились оценки, и если ты приходишь и просто слоняешься, а не играешь и не говоришь с детьми, то бонусов тебе не видать. У Эммы с этим проблем не было, ей нравились теплые и славные малыши. Особенно светлоголовый Василий. С ним она возилась больше всего. Играла, таскала на руках, пела песенки. Кормила Ваську Эмма тоже сама, хотя эту обязанность выполняли Лоны. Мартин только распоряжался всем и наблюдал за малышами. Вдруг кто заболеет, или еще что. Дети совсем маленькие, за ними глаз да глаз.

Сдав зареванную Юльку, Эмма вернулась и села на коврик. Запела простенькую песенку, погладила по голове кудрявую Катю (еще одна Катя, смешное совпадение, Илюха называл эту малышку Котенком). Вытащила из шкафа деревянные разноцветные кубики и принялась строить башню. Развлекать этих малявок совсем не сложно. Вот уже все четверо — Юлька все еще была в ванной — собрались у ног Эммы, даже Василек оставил свой планшет с танцующим медведем. Вот уже тянутся руки к башне, кубики валятся на ковер.

— Упала башня! — громко говорит Эмма, — Башня — бух — и упала!

Малышам надо все объяснять, так говорил Мартин. Это для того, чтобы они сами быстрее научились разговаривать.

— Бух! — тут же повторяет Вася и протягивает Эмме упавший кубик. Значит, надо строить еще.

— Давайте, еще построю. Большую башню построим, да?

Рыжеголовый Сашуля, надув губы, толкает ногой кубики, падает на колени и тянет один кубик в рот. Сейчас все будет в слюнях… Где там его соска? Пусть уж лучше сосет соску, чем облизывает кубики.

И вот как из таких смешных, неуклюжих карапузов получаются взрослые люди? Удивительно это. Вон, робот класса Лон принес чистенькую Юльку в желтеньких вельветовых брючках и белой футболочке с цветочками. Этой малышке еще столько предстоит — и научиться делать все свои грязные делишки в горшок, и научиться говорить, и научиться есть самой. После — читать, считать, соблюдать закон. Научиться жить в обществе людей, научиться приносить пользу людям. Огромная дорога впереди.

И им очень повезло, этим пятерым, что родились на Моаге. Здесь их ждет хорошее будущее. Престижная, хорошо оплачиваемая работа, возможность накопить деньги и после купить себе… Да хоть дом на Земле, хоть площадь на многочисленных элитных жилых лайнерах. Даже собственный крейсер купить можно.

Экономику Эмма проходила в классах, потому знала, что не все профессии так престижны. Не все приносят хороший доход. Есть те, кто обслуживает крейсеры, есть те, кто работает оператором на автопогрузках, есть те, кто вообще живет на Земле в резерввации и не имеет никакой работы. Безработные и бездомные. Хорошо хоть, что большую часть таких людей принудительно стерилизуют, чтобы не оставляли после себя потомства.

Дети должны жить в хороших условиях, должны хорошо одеваться, хорошо питаться и хорошо учиться. Это гарантированно Земной Международной Всеобщей Конституцией. Дети — это достояние всех наций, а не собственность родителей. Потому их права особо защищены. Так учили в классах.

— Ну что, малыши, пойдем на прогулку? — Эмма поднялась с коврика и выглянула в окно.

Прогулочная площадка находилась тут же, за дверью. Резиновое покрытие, низенькие горочки, лошадки — качалки. Песочница с тщательно просеянным и стерилизованным песком. Маленькие елочки и лимоны в кадках, встроенные в невысокое ограждение. Тут для малышей есть все необходимое. И Лоны, чтобы присмотреть за каждым. Эмме остается только руководить прогулкой да строить башни из песка.

После сорокаминутной прогулки второй завтрак и пара часов сна. Укладывать таких малышей не просто, тут не обойдешься сказочкой и стишками, как в более старших группах. Приходится укачивать некоторых. Особенно Юльку — капризулю. А она ужасно тяжелая, попробуй, потаскай.

Обычно ее носил Илья и при этом приговаривал глупую детскую считалку:

Вышел месяц из тумана

Вынул ножик из кармана.

Буду резать, буду бить.

Выходи, тебе водить.

Юлька почему‑то сразу притихала от этого речитатива и начинала сопеть, ровно и громко.

Катя носила Сашулю, тот тоже засыпал долго и с трудом. Много хныкал, возился и все порывался куда‑то бежать.

Сегодня Эмме приходилось возиться одной, Илья и Катя так и не появились. Застряли, наверное, в изоляции. Вдруг их действительно отправят на Землю? И даже не попрощаться с ними…

Плачущую Юльку пришлось укачивать Эмме, остальных качали в кроватках — люльках роботы. Пришел Мартин и взял на руки Сашулю, сунул ему в рот чистую соску и тихо сообщил Эмме:

— Новеньких привозят через час. Потому надо уложить детей и быть готовыми.

— А… Этих же не перевели. Куда новеньких?

— Для них новые комнаты уже приготовлены. Надо две отдельные, чтобы они первое время не будили друг друга, сама знаешь. А этих малышей переведем после сна, еще не пришло распределение — кого куда.

— Понятно.

Эмма устроилась в кресле — каталке и оттолкнулась ногой. Хорошо бы эта малышня поскорее улеглась, и можно было бы пообедать. Проголодалась ужасно, пара кусочков хлеба, что удалось схватить во время второго завтрака детей, не в счет.

3.

Новеньких оказалось четверо. Их доставили на лифте, в больших прозрачных кювезах. Спящих, одетых в крошечные ползунки и смешные футболочки. Два мальчика — близнеца и две девочки.

Девочки оказались абсолютно лысыми, красные личики их хмурились, губки надувались. Ничего симпатичного. Зато мальчишки походили на смешных ежиков, их короткие черные волосики стояли дыбом, а круглые глаза смешно таращились, точно все они видели в первый раз.

И тут Эмма улыбнулась, разглядывая детей. Конечно, в первый раз! У них сейчас все в первый раз — и Второй Уровень, и заботливый серьезный Мартин. И Эмму они тоже видят в первый раз. В первый и, наверное, в последний. Кто его знает, что будет через пятнадцать лет? Может, Эмме удастся заработать денег на собственный крейсер — быть владельцем корабля очень выгодно.

Стало почему‑то грустно от того, что больше не будет игр с Юлькой, Васей, Сашулей, Катей и Стасом. Этих пятерых после сна сразу переведут — и все. Что с ними будет дальше, как они будут расти, развиваться, учиться — всего этого Эмма не узнает. Это навсегда остается в прошлом. В счастливом и добром детстве, куда уже не будет возврата.

Почему‑то глаза стали горячими, и в уголках застыли слезы.

Эмма торопливо смахнула непрошенную влагу. Этого еще не хватало! Нечего реветь, это жизнь, и она так устроена, что все в ней не стоит на месте. Все меняется, и все меняется к лучшему.

Подросшим годовичками теперь придется знакомиться с новыми старшими, их ждут новые игры, новые знания. И это здорово. Гораздо лучше, чем топтаться на одном месте, общаясь с одними и теми же людьми.

Вот интересно, будет ли так же скучать за Эммой ее робот Лонька? Не будет. Это не заложено у него в программах, а он делает только то, что есть в его чипах. Вот оно, главное отличие людей. Они не делают то, что диктуют им инстинкты или программы, они сами строят свое будущее.

Будущее людей зависит только от них самих.