Читаем без скачивания Запах денег - Артур Кангин

Тут к трибуне вышла уродица с пустыми глазами. И эта гадина считается спортсменкой и красавицей? Взяточница, мошенница, насквозь лживая баба.

После этой каракатицы выступал отставной генерал. Герой локальных войн. Смельчак и умница. Сквозь обезьяньи очки видно другое — мерзавец. Сдал родителей в дом престарелых, по выходным до полусмерти избивает жену и детей.

— Ну? — сглатывая слюну, вопросил кандидат Платона.

— Мы их сделаем! — Платон снял очки и потер переносицу.

После изысканно умной предвыборной гонки, Платоновский кандидат взял верх с двадцати процентным отрывом.

Один из его соперников, после пиаровских разоблачений, был посажен в тюрьму. Другая выбросилась из окна пятнадцатиэтажки. Третий надолго залег в психиатричке имени Кащенко.

Блестящая победа!

Новоиспеченный президент щедро наградил Платона.

А тот провинциальное Туапсе предпочел праздничному застолью.

Через несколько дней кубанского рандеву по гальке пляже на него вышли старые знакомые. Цыганка с девчушкой Тамарой, с обезьянкой Микки.

— Погадать, добрый человек? — спросила цыганка.

— Ужа гадали, — ухмыльнулся Платон. — Вот вам еще сотня баксов за те очки. Помните?

Тамарочка замахала смуглыми ручонками:

— Не надо! У нас есть очки еще лучше. Покажи, Микки!

Шимпанзе сняла со спины солнцезащитные очки.

Платон накинул их и обалдел.

Весь народ, недавно еще столь отталкивающий даже на простой, без очков взгляд, стал удивительно мил и приятен.

Платон вспомнил о предложении войти в Кремлевскую администрацию. Он отказался, но еще все можно исправить.

С таким очками он будет жутко полезным кадром.

— Беру! — гортанно сказал Платон.

Обезьянка же Микки вдруг содрала очки с его носа и размозжила их в мелкие брызги о ближний валун.

“Не судьба! — огорчился Платон и срочно нырнул в чистейшую, холодеющую к осени, морскую воду. — А за цыганами надо бы проследить. Где они такой товар сыскивают?”

Капсула 21. БУКЕТ ПОГАНОК

С мужиками ей не везло жутко. Получат, стервецы, что им надобно, и — в кусты. Поминай, как звали.

От сердечных неудач Лилия измаялась, нос у красавицы заострился, глаза смотрели, воспалено и сухо.

Подруги надоумили обратиться к знаменитой старухе-знахарке.

Бабка Прасковья, слушала Лилину исповедь потупясь, мелко кивала головой, словно от гибельной болезни Паркинсона. За полчаса не проронила ни слова.

— Дочурочка, я тебе помогу, — старуха почесала ногу в глубине валенка, потом полезла за русскую закопченную печь. Появилась с древней зеленой бутылкой, в ней что-то плескалось.

— Подливать коварным мужикам? — усмехнулась Лилия, уж очень ей было смешно, всё как в сказке из дремучих времён царя Гороха.

— Ни-ни! — старуха подобрала губы куриным гузком. — Сама будешь, миленькая, пить. Перед встречей с кавалером. Ровно с наперсток.

— А что это?

— Называется «Букет поганок». Знатная настойка!

— Советуете потравить моих ухажеров?

— Охо-хо-хоньки! Дурашка городская! Это заветное отцовское средство! Ты и мужиков привадишь и сама подлечишься, по женской части.

Лилия заплатила оговоренную кругленькую сумму. Спрятала в сумочку поганочий эликсир. Да и отбыла в Златоглавую. Скорее из жутких непролазных сугробов, от угарного дымка из труб подслеповатых избенок, прочь от дощатых накренившихся заборов.

Пару месяцев она остерегалась опробовать чудо-покупку.

Но потом на горизонте нарисовался замечательный парень. Блондин с голубыми глазами. Теннисист. Чемпион. Богач. Эротичен, бестия, до нереальности. Что еще скромной девушке нужно?

Лилия выпила наперсток грибной настойки, горькая, зараза. Отправилась на стадион «Олимпийский». Взглянуть на игру Алеши, а затем взять автограф и, с помощью женских чар, как-нибудь заарканить парня. Вдруг, и поганки пособят. Хотя, эти грибочки, вряд ли…

Леша размашисто расписался фломастером прямо на её футболке, над молодой, призывно торчащей грудью.

— Может, прогуляемся? Поговорим о жизни? — предложила, разрумянившись, Лилия. — Я совершенно свободна.

— Девочка, — повел атласной бровью кумир миллионов, — ты хоть понимаешь, с кем говоришь? Глупенькая!

А потом вдруг зорко заглянул в зеленые Лилины очи и добавил:

— Впрочем, я сегодня не занят. Хочешь в «Метрополь»? Черную икру под армянский коньячок уважаешь?

«Действует! — чуть не взвизгнула Лиля. — Спасибо, бабка Прасковья! Ай, да поганки!»

— Что заткнулась, землячка? — парень вытирал распаренное лицо махровым полотенцем.

— Только без грубости! — дикой кошкой ощетинилась девушка. — У меня таких, как ты, тоже не счесть! Миллионы!

Алексей широко улыбнулся:

— Черкни адресок. Вечером заскочу. Совершим кулинарный марш-бросок. Обожаю трапезничать в легендарном «Метрополе». Это же не ресторан, песня!

И был упоительный ресторанный вечер. И густая, что дёготь, чёрная игра под армянский коньячок. И мужской стриптиз с десятиметровым удавом, обвивающим мускулистые торсы. И грянул грандиозный, просто ураганный секс.

Лилия воспряла. Наконец-таки почувствовала себя полноценной женщиной.

После нескольких vip-тусовок, где бродили премьер-министры и лидеры миллионных партий, она считала, что каждый мужчина только и думает, как бы поскорее ее уложить в постель. А там будет секс, упоительный, умопомрачительный секс. И — баста! Мужик полностью ее, до гробовой доски!

Возможно, она и не ошибалась…

По крайней мере, сам великий теннисный маэстро Алеша предложил ей руку и сердце. Но, странные дела творятся на свете, какая-то смутная сила удерживала Лилию ответить согласием.

Она ждала. Чего? Лучшую партию? Просто капризничала? Ах, кто поймет загадочную женскую душу?!

— Лилька, не дури! — изумлялся Леша, мигая своими божественными голубыми глазами. — За меня пойдет каждая. Только свистни!

— Я, милый Лёха, не каждая!

— Назови причину. Только внятно. Ты же меня измучила!

Лилька в ироничной усмешке скривила пухлые губки:

— Твоё предложение находится в стадии рассмотрения.

Алексей помрачнел, стукнул стальным кулаком по столу.

И вдруг он стал ей противен. И подбородок у него не слишком мужественный. И глаза слишком голубые. И в теннис он играет с показной лихостью. Да и пустоголов деревенщина. Глуп, как пробка!

А парень прилип не на шутку. Как с ним расстаться?

Однажды нашло озарение. В пятницу вечером, 13 числа, после лихой баньки с дубовым веничком. Нужно всего лишь добавить ему в чаек поганочного эликсира. Авось подействует наоборот. Отвадит!

Алеша выпил «Букет поганок», сыто вытер губы, отправился на финальный матч «США — Россия».

В первом гейме он как-то боком рухнул на корт. Кровь тоненькой струйкой потекла из уголка рта, потом струей хлынула из носа.

Врачи констатировали обширный инфаркт. У спортсменов, даже весьма молодых и успешных, бывает такой. От перетренировок или еще чего-нибудь.

«Это ведь не поганки его ухайдакали? — смущенно спрашивала себя Лиля, попивая бразильский кофе с армянским коньячком. И спохватывалась: — Бред! Я же сама пила. Мне хоть бы хны. Даже женские свои дела подлечила. Мир праху твоему, голубоглазый сокол! И в теннис ты поиграл, и девок полюбил! Пойми, дурашка, ты теперь в лучшем из миров».

Следующий воздыхатель на девичьем горизонте замаячил сначала застенчиво, а вслед за тем ворвался в Лилину жизнь, брызжущей искрами, шаровой молнией.

Роман Юрьевич! Управляющий в России филиалом шведской компании мобильной связи. Седовласый лев. Надушенный самыми элитными духами. В костюме от Диора. Покоритель женских сердец. Светский щеголь. Городской мудрец. Просто миллионер.

Пересеклись они vip-тусовке в галерее Никоса Сафронова. Кого там только не было! Олигархи, знаменитые продажные адвокаты, ждали даже римского Папу. Не приехал старик… Простудился в Альпах. Забрел слишком высоко, наклюкался молодого вина.

Лилия сунула мобильному королю свою визитку, но тот, как и ожидалось, и не повел черной в проседь бровью.

Тогда Лиля срочно удалилась в дамскую комнату, достала миниатюрную скляночку из-под французских духов. Хлебнула заветного эликсира. Выручай девку, бабка Прасковья! Вызволяйте, крутые поганки!

— Какой мобильник посоветуете мне купить? — вернувшись из клозета, спросила Лилия у вельможного Романа.

Роман Юрьевич покривился от настойчивости тусовочной дивы, потом глянул в ее раскосые лисьи глаза, в них играли изумрудные бесовские всполохи, и принялся обстоятельно объяснять. Вот, у этого клавиатура получше, у этого звонок полифоничней.