великого князя Дмитрия Ивановича Донского в Москве началось ограничение влияния иерархов христианской Церкви на государственные дела. Князья стали активно принимать участие в выборах патриархов, всё чаще покушаясь на незыблемые во времена Золотой Орды права Церкви. Государственные интересы правящей аристократии, в первую очередь московских правителей, стремившихся к объединению вокруг Москвы земель некогда могущественного Улуса Джучи, оказались сильнее. Если в ордынские времена Церковь имела перференции от ханов, то политика романовской династии с идеологией
татаро-монгольского ига заставляла их пересмотреть отношение к прошлому. А во времена Петра I Церковь окончательно приняла новые политические правила, начав проповедовать идею
борьбы русского народа с татарским игом, забыв, что то самое
иго когда-то способствовало её возвышению.
Тем не менее именно вокруг Православной церкви объединялись люди, начинавшие строить Московию на землях осколков монгольской империи. Важную роль в деле построения государства предстояло сыграть казакам. Уже никто не вспомнит, что предки казаков Барабашей, Кочубеев, Кулаковых, Мелиховых, Туркиных, Татариновых и др. некогда исповедовали ислам. Как и все принимавшие православную веру, казаки автоматически назывались «русскими»; количество русского населения за одно-два столетия увеличилось в разы… и татары становились русскими.
Сложнее объяснить религиозные взаимоотношения Московии с Османской империей и Крымским ханством. Хулагуиды монгольской империи, по меньшей мере, терпимо относились к христианам, тем более что в войсках хана Хулагу[31] их было множество. У их преемников Османов, несмотря на принятие в качестве государственной религии ислама, отмечалось достаточно терпимое отношение к христианским ценностям Константинополя. А в Крымском ханстве уже после распада Золотой Орды в XV в. был основан православный Успенский монастырь.
Г. В. Носовский и А. Т. Фоменко даже предполагают, что в то время крымские ханы, как и османские султаны, «ещё были православными или, по крайней мере, христианами, очень близкими к православию». Православные церкви Успенского монастыря и в XVII веке в глазах известного турецкого путешественника Эвлии Челеби «были родными храмами, но только выполненными в старом стиле». Однако как только русские войска заняли Крым, по приказу Екатерины II крымских христиан переселили в Россию, а Успенский монастырь закрыли. Открыли его через восемьдесят лет в 1850 г., и многое из того, что с ним связано, утрачено навсегда. Даже старые фрески и надписи тщательным образом соскоблили. Уничтожены были и футляры гробниц в усыпальнице крымских ханов, удивительным образом напоминавшие таковые у русских царей в Архангельском соборе Московского Кремля{171}.
Так как до 1700 года московские государи формально признавали старшинство над собой крымских ханов, после присоединения Крыма стало неудобно говорить о роли христианского монастыря в делах Крымского ханства. Так же, впрочем, как не принято сегодня говорить о важной роли Сарайской и Подонской епархий Золотой Орды.
При всем этом и в середине XIX века мусульмане составляли значительную часть казаков Российской империи. Одно из законодательных решений последних дней царствования Николая I было специально посвящено регулированию религиозного быта казаков-мусульман (12 февраля 1855 г.). Военный совет Российской империи принял «Правила устройства духовной жизни магометан казачьего сословия». Согласно этому документу, 18 599 мусульман состояли в штате Донского, Черноморского, Кавказского линейного, Уральского, Оренбургского, Сибирского линейного казачьих войск и Тобольского казачьего полка. Их духовные нужды обслуживали 114 мечетей и 169 мусульманских духовных лиц{172}.
Часть 2
Золотая орда
В истории ряда этносов средневековой Евразии, в т. ч. народов, входивших в состав бывшей Российской империи, ее наследника – СССР, также современной Российской Федерации, есть одна эпоха, которая освещалась, особенно в советское время, весьма своеобразно, а временами до абсурдности противоречиво и лживо. Речь идёт об истории народов страны XIII–XVI вв. в целом, т. е. об эпохе Улуса Джучи – государства, ставшего известным под другим наименованием – Золотая Орда.
Миркасым Усманов {173}
Глава I
Улус Джучи
В советские времена жестоко пресекались любые попытки оценки истории Золотой Орды вне концепции извечной борьбы русского народа со степью и татаро-монгольского ига. Её историю приказано было изучать в свете «Постановления ВКП(б) от 9 августа 1944 г.», ослушаться которого не решались вплоть до распада СССР. Запреты на публикации, на профессию, лагерные сроки были обычным явлением в наказании инакомыслящих. Судьба этнографа, историка и писателя Льва Николаевича Гумилёва служит тому наглядным примером.
И наоборот, идеологически «правильные произведения» печатались миллионными тиражами, неся ксенофобскую неприязнь, полурасистскую ненависть и презрение к народам, составлявшим половину населения СССР. Так, общий тираж двух изданий учебника истории для 7-х классов Б. А. Рыбакова, А. М. Сахарова и др. составил 4 млн 898 тыс. экземпляров; учебник Л. П. Бущина для 8-х классов опубликован тиражом 4 млн 740 тыс. экземпляров. От школьных учебников не отставали и вузовские учебные пособия{174}.
Надо признать, в современных научных работах появился более спокойный, объективный взгляд на Орду. Исследователи постепенно отказываются от интерпретации Золотой Орды как враждебной Руси силы. Однако в массовом сознании, в учебных курсах пока господствует традиционная интерпретация одного из самых крупных и могущественных государств Средневековья, послужившего этнической колыбелью для многих тюркских народов{175}. А если принять идеи русских евразийцев, Золотая Орда и для Московской Руси стала колыбелью. Пострадали от прежних взглядов на историю России и казаки, которым отказали в праве называться народом!
Со смертью основателя крупнейшей в истории человечества империи Чингисхана (род. ок. 1155–1227) происходит ослабление центральной власти, и супердержава распадается на четыре части. Первую часть, или удел, Великого хана (впоследствии империя Юань) возглавил Хубилай, а три удела (улуса) были отданы другим сыновьям: Джучи, Чагатаю и Толую.
Границы Улуса Джучи, который историки назовут Золотой Ордой{176}, начинались от Саяно-Алтая и Тянь-шаня на востоке, проходя по низовьям Сырдарьи, охватывали Хорезм, северокаспийские просторы, значительную часть Кавказа, включая иранский Азербайджан, Крым и Причерноморские степи, доходили до Нижнего Дуная. Преобладающим населением степных и лесостепных зон и ряда оседлых областей Хорезма, Среднего и Нижнего Поволжья, части Северного Кавказа и Крыма, так называемых южнорусских степей были тюркоязычные народы. В большинстве они являлись носителями кыпчакских и частично огузских наречий. На окраинах этой империи было немало представителей ираноязычных, кавказо-иберийских, алано-черкесских, фино-угорских и восточно-славянских народов{177}.
Один из внуков Чингисхана хан Хулагу включил в состав империи государства, принадлежавшие тюркам-сельджукам в Иране, Афганистане и Малой Азии.
Империю называют «монгольской», но собственно монголоязычные народы (шивэй, кумоси, си, кидане) в ранние Средние века расселялись между тюрками и тунгусо-манчжурами (мохэ, бохайцы и др.){178}. В Улусе Джучи они вскоре «растворились» в тюркоязычной среде.
В XI–XII вв. жителей территории современной Монголии китайцы называли татарами. И в
