Читаем без скачивания Князь государственной безопасности (СИ) - Поповкин Кирилл

— Несмотря на мои успехи, вы готовы отказаться от моей помощи?

— Не поймите меня неправильно — я хотела бы, чтобы вы и дальше помогали, но учитывая произошедшее вчера, я не могу вас об этом просить. Мы не знали, что у адзума-гуми есть маги вашего уровня, неизвестно нам было и об угрозе, которую представлял Кентаро Муракай. И в конечном итоге пострадали из-за этого вы, а не я.

Голос девушки был предельно серьёзен, а в глазах горела решимость, которую я не мог не уважать. Она прекрасно понимала, какие возможности даёт ей такой инструмент как я, хотя бы оценивая достигнутые за одну ночь результаты моей работы, но готова была отказаться от моих услуг просто потому, что считала себя виноватой в плохом исполнении своего долга?

«Она ведь и правда себя винит в произошедшем, тут Арлетт была абсолютно права,» — понял я вдруг, — «При этом чудовищно принижает свой вклад в операцию. Без её информации и поддержки, хрен бы всё прошло так гладко — одного хорошего стрелка с ружьём на крыше могло бы хватить за глаза чтобы если не убить меня, то как минимум усложнить мне задачу».

Именно это осознание и подтолкнуло меня к тому, что я делать не привык — а именно, раскрыть карты. Откинувшись на спинку стула, отчего тот скрипнул, я погладил лоб кончиками пальцев и произнёс:

— Алиса, вам не стоит себя винить. Я знал риск, на который иду, более того — предполагал, с чем могу столкнуться. Во главе группировки должен был стоять сильный маг. Просто потому, что иначе не было бы самой группировки. И по аналогии, это верно для более крупных образований, таких как города и государства в целом. Именно поэтому я и представился Муракаю как князь Вронский на службе российской императрицы — потому что наличие этой скрытой императрицы полностью укладывалось в его картину мира.

Девушка нахмурилась.

— Кем бы не был оябун Муракай, но он не был идиотом. Поверить в тайных российских дворян, управляющих всем из-за кулис… Нет, это даже не теории заговора, это полная глупость и легковерие, а Муракай ничем таким не отличался.

— Согласен. Он бы мог поверить в такие идеи только если бы имел опыт общения с другими затаившимися аристократами, — кивнул я.

— Вы имеете в виду…

— Именно. Я не успел толком разобраться в местной геополитике, но только Япония или как её там, Ниппонская Империя, Объединённые Сёгунаты — неважно, по сути страна сохранила феодальный строй с императором во главе. Со своим колоритом, конечно, но это детали. Европейские же государства развалились де-юре или де-факто на более мелкие части. Франция вроде как остаётся цельным государством, но при этом Прованс, по сути, живёт в состоянии открытого восстания, Нормандия под управлением ультранационалистической партии. Италия де-факто развалилась на отдельные города под номинальным правлением Ватикана. Вместо Великобритании теперь Нортумбрия, Уэссекс, Уэльс, Шотландия и Ирландия. Все грызутся между собой, но при этом при своей подавляющей мощи СССР остановил свой поход на Германии. Почему так?

Алиса сложила руки на груди и подняла бровь.

— Ваша теория состоит в том, что ими правят из-за кулис аристократы?

— Именно так.

Блондинка покачала головой. На её лице застыла маска недоверия. Арлетт, во время нашего разговора хлопотавшая у плиты, вернулась к столу с чайником и тарелкой печенья.

— Не фыркай, Эли, лучше позавтракай. Ты всегда злая с утра.

— Я не злая! — заявила капитан и тут же покраснела, — ладно, хорошо. Поем.

Француженка победно улыбнулась и поставила перед ней дымящуюся чашку.

— Три ложки сахара и ложка мёда, как ты любишь.

Блондинка покраснела ещё сильнее и отвела взгляд. Она что, стесняется своей любви к сладкому?

— Это просто силы восстановить. Быстрые углеводы, вам бы тоже стоило пару печений съесть.

— Спасибо, я уже позавтракал, — улыбнулся я, — Но от чая не откажусь. Без сахара.

Парижанка поставила передо мной пустую чашку, а потом водрузила на стол чайник и сахарницу.

— Сделайте сами как вам нравится.

Некоторое время капитан пила чай с печеньем. Я же налил себе заварки и лениво прихлёбывал, задаваясь вопросом о том, какие всё-таки отношения связывают капитана русской разведки и французскую полицейскую, что вторая не только знает, какой чай первая любит пить по утрам, но и явно довольна своей ролью «любящей жены».

Чайник, впрочем, опустел довольно быстро, как и тарелка со сладостями. Алиса вытерла губы салфеткой и произнесла:

— Хорошо, давайте попробуем предположить, что вы правы и аристократические рода действительно существуют и правят из теней. Почему же они тогда не объединятся в одно государство и не дадут отпор «Советской экспансии на запад»?

— А оно им надо? — вопросом ответил я.

— Ну, история учит нас, что крупные государства, концентрирующие больше ресурсов в руках многократно успешнее мелких.

— Да, но я говорю не про государства — я говорю про аристократов. Зачем им нужно объединение? У себя они маленькие корольки, а в условной Французской империи стали бы просто аристократами, подчинёнными общему центру.

— Но ведь до этого они были подчинены этому центру! Почему же перестали?

— Тут я отвечу вопросом — мой исток вы видели, — я поднял столовый нож, которым резал омлет и мысленной командой удлинил его до меча, отменил увеличение и положил железку на стол, — Правильно?

— Ну да.

— Тогда что это такое? — послал я девушкам псио-вопрос.

Те переглянулись и удивлённо вскинули брови.

— Не знаю, — сказала Алиса, — Но похоже на нашу спецсвязь.

— Это — Малый Исток Императорского Дома Романовых. Присягнув на верность короне Российской Империи, я получил малую часть силы императора и с этим вместе начал понимать идеи, которые ими движут. Поэтому ни я, ни любой другой дворянин не пытались восставать против императорской власти. Только таким образом и можно объединить магов-аристократов. Они не слушаются равных, они слушаются тех, кто сильнее их. Императоры Империи, короли Европы и прочие отличались от всех остальных магов тем, что изначально имели два истока — большой и малый. И давая дворянам доступ к малому, привлекали их на свою сторону как дополнительной силой, так и объединяющей идеей.

Алиса задумалась, но внезапно заговорила Арлетт. Отставив чашку, брюнетка спросила:

— Вы говорили, что исток — это способ мышления, правильно?

— Да.

— А что будет, если способ мышления дворянина противоречит тому, как думает сюзерен?

— Тогда он либо уйдёт к другому сюзерену, либо его уничтожат, — пожал я плечами, — Ну то есть произойдёт обычный феодальный конфликт, как в старые-добрые времена.

Арлетт замолчала, задумавшись, и вновь заговорила Алиса.

— Хорошо, допустим вы правы насчёт причин распада. Но почему вы решили что сейчас дворянские семьи остались в строю?

— Потому что политическая карта уж слишком характерна, — хмыкнул я, — Мне хватило новостей чтобы понять, что отдельные прочные образования на европейской карте уж слишком… монолитны. А потом я услышал про Розенкройцев, посмотрел на символику и нашёл слишком много сходств с теми ребятами, которых оставил в прежнем мире. А дальше уже потребовалось совсем немного времени, чтобы дойти до остального. По какой-то причине дворяне не могут выйти в открытую — возможно из-за этих игр в народовластие, не знаю. В конце концов, власть мага подобна власти человека с пушкой Гатлинга на вершине башни острова туземцев. Да, он может в любой момент времени расстрелять всё население, но вот править им, решать проблемы людей, которые сильно отстают в развитии — оно ему надо? Особенно если ваша страна предлагает такую отличную альтернативу откровенно застоявшемуся строю.

Алиса вскинула брови в неприкрытом удивлении:

— Не ожидала услышать таких слов от дворянина, князь Вронский.

— Мой титул не делает меня слепым, капитан, — пожал я в ответ плечами, — Я прекрасно вижу, что то, что вы здесь делаете пошло на пользу как минимум парижанам. В моём мире Париж — это… нет, не деревня конечно, но весьма захолустное место по сравнению со столицами Империи.