Читаем без скачивания Изумрудный дождь - Юрий Кузнецов

Всё это время он понемногу по инерции двигался вперёд. Вдруг перед ним мелькнул чей-то силуэт. Костя едва не столкнулся с каким-то мальчишкой, падающим в колодец. Тот испуганно таращил глаза, волосы были взъерошены ветром.

«Чем-то он похож на меня, — подумал Костя, в голове мелькнуло смутное подозрение. — Да ведь это и есть я сам!» — чуть не закричал он. И закричал бы, да язык не послушался его, сердечко ёкнуло, а волосы зашевелились сами собой. Вы можете себе такое представить?

Костя в панике шарахнулся назад, чтобы избежать столкновения. Двойник исчез. Всё стало происходить как в немом кино, когда ленту прокручивают от конца к началу. Время потекло вспять.

Деревья становились маленькими кустиками, времена года менялись, как в калейдоскопе: лето — весна — зима — осень, лето — весна — зима — осень.

Наконец кино прекратилось. Теперь перед ним расстилался дремучий лес, подступивший почти вплотную к реке. Это уже не та речушка, которую курица вброд перейдёт. Эта — гораздо шире, бурливей. Такой не увидишь Смородинку даже в половодье после снегообильной зимы. Погода хмурая, осенняя. Или свинцовые тучи заволокли всё небо, не оставив просвета, или не пробиться лучам сквозь лесную чащу, чтобы поиграть солнечными зайчиками с водяными брызгами. Чу! Из лесной чащобы по едва заметной звериной тропе на берег, крадучись, выскользнул всадник. Малорослая лошадка испуганно прядёт ушами, прислушивается к плеску волн. Таких лошадей, ростом с жеребёнка, Костя здесь и не видел. Куда ей до статных красавиц из дедушкиной конюшни! На всаднике — войлочный халат, островерхая шапка. За спиной — лук, колчан со стрелами, у бедра — кривая сабля в потёртых ножнах. Огляделся, узкие глаза зрачками-иголками уставились на мальчика. Тот невольно съёжился. Нет — не заметил! Дал знак, тронул коленками лошадь, подъехал к реке. Следом — ещё десяток всадников, и ещё, и ещё! Все настороже. Неспокойно! Чужой лес, чужая земля. Далеко ушли от своих степей!

Вдруг позади них крест-накрест перегородили единственную тропинку рухнувшие деревья. Миг — и лесную чащу уже пронзили десятки татарских стрел. Но где же враг? Впереди — река и обрыв, позади — лес стеной. А из леса — уже толпа валит. Не воинов — простых мужиков-смердов! Длинные домотканые рубахи, лапти. В руках — рогатины, топоры. В глазах — ненависть. Короткая схватка! Опрокинули, сбили в реку. Никто не ушёл! Поплыли по реке Смородинке островерхие шапки в Волгу-матушку, понесли привет татарскому хану от Северной Руси.

«Значит, прав был дед, когда говорил о битве наших с татарами на берегу реки, — изумлённо прошептал мальчик. — Но почему я всё это вижу. Это же когда было!» — Косте стало немного не по себе.

Продвинуться вперёд? Честно говоря, ему не хотелось бы встретиться с каким-нибудь уцелевшим татарином!

Мальчуган развернулся и осторожно двинулся в противоположную сторону.

Свет стал постепенно меркнуть. Скоро совсем стемнело. Медленно, чтобы не столкнуться с кем-нибудь или чем-нибудь, он пробирался всё дальше и дальше. И с каждым шагом двигаться становилось всё легче и легче!

В то же время с мальчиком стало происходить что-то странное. Он как бы начал раздваиваться. Один человек пробирался вдоль коридора, другой как бы смотрел на себя со стороны. Это сначала позабавило своей удивительностью, потом насторожило, а затем, чего уж таить, сильно обеспокоило и даже напугало его. Согласитесь, одно дело, когда говорят: «Посмотрел бы ты на себя со стороны». При этом предполагается, что всякий нормальный человек или посмотрится в зеркало, или просто мысленно представит, каким он выглядит для постороннего взгляда. Но мало кому придёт в голову, что можно раздвоиться и в самом деле посмотреть на себя, оставаясь при этом самим собой. А Косте пришлось испытать это уже дважды. Сначала, как вы помните, он увидел своего двойника, а теперь ещё хуже! И оба они отдалялись друг от друга. Невидимая связь, которая соединяла их, постепенно ослабевала, превращалась в тоненькую ниточку-резинку. Она всё растягивалась, растягивалась, растягивалась, растягивалась. Костя не видел, кто его покидает, а только чувствовал, что постепенно теряется какая-то очень нужная и важная часть его. И неизвестно ещё, что хуже — встретить или потерять самого себя.

«Как сказала бы бабушка, — подумал Костя, — хрен редьки не слаще!»

Но вот эта резинка-связь вытянулась до невозможности, напряглась, как струна, и… не оборвалась! Она осталась, как лучик света от далёкой звезды, когда почти не видишь, а просто понимаешь, что где-то там, вдали, что-то мерцает.

Страна элмов

Костя испытывал странное ощущение: он совсем не чувствовал себя, не мог шевельнуть ни рукой, ни ногой, ничего не видел и не слышал.

Согласитесь, это довольно неприятно! Такое иногда бывает во сне, когда чётко видишь всё, что происходит вокруг, и даже сам как будто участвуешь в этом, но в трудную минуту ничего не можешь сделать, чтобы избежать опасности. Хочешь защититься — руки не поднимаются, убежать — ноги не слушаются! А что-то страшное неумолимо надвигается, надвигается, надвиг…

Вдруг ты просыпаешься от собственного голоса, или тебя будит мама, ласково, но встревоженно:

«Что с тобой? Ты кричал во сне! Наверно, приснилось страшное?»

«Да, мама!» — бормочешь ты спросонок.

«Спи спокойно. Я — с тобой!»

На твою голову опускается нежная ладонь. Она легонько поглаживает по волосам, родной голос тихонько напевает:

«Баю-баюшки-баю…»

Постепенно он отдаляется, замирает и совсем исчезает.

Ты снова растворяешься во сне.

В то же время Костя отчётливо ощущал, что он не один. Вокруг и даже в нём самом что-то было! Это что-то непрерывно шевелилось, увеличивалось, уменьшалось, пульсировало, приятно щекотало. Как будто в его теле, сначала таком ватном от придавившей тяжести, постепенно восстанавливается кровообращение и покалывает, как иголочками.

Костя прислушался к этим покалываниям. Ему показалось, что в них есть какой-то порядок, даже смысл.

Они словно спрашивали:

«Кто там? Кто там?»

Так и подмывало ответить:

«Это я, почтальон Печкин! Принёс заметку про вашего мальчика».

Они с ребятами часто так шутили после того, как посмотрели мультик «Каникулы в Простоквашино».

Но сейчас ему было не до шуток.

«Самое время, чтобы кто-нибудь принёс заметку про меня самого, очень хочется узнать, наконец, где это я», — подумал Костя уныло.

Но иголочки, молоточки, звоночки продолжали настойчиво покалывать, постукивать, позванивать.

«Ну что они пристали, я ведь не могу даже пошевелить языком, чтобы ответить: „Это я, Костя Талкин!“» — возмутился было про себя мальчик.

— Здравствуй, Костя! — вдруг ответили ему иголочки, молоточки, звоночки.

«Да они, оказывается, меня понимают! Значит, не всегда нужно шевелить языком, чтобы тебя поняли», — обрадовался Костя.

«Что со мной происходит? Где я?»

— Ты — в Стране элмов! — ответили ему. «Что это за страна, и где она находится?» — спросил, вернее, опять подумал мальчик.

— Страна элмов — это удивительная страна! У неё нет ни начала, ни конца. В ней нет ни сегодня, ни завтра. Вот, например, ты в одно и то же время можешь присутствовать во всех местах страны. Тебе не надо тратить время на путешествие из одного места в другое. Всё, что мы делаем, происходит в одно и то же время! Это очень удобно! Представь себе, что было бы, если бы пришлось жить в одном и том же месте, но в разное время или в одно и то же время, но в разных местах? Так ведь можно никогда не встретиться друг с другом!

«А если ходить в гости?» — полуспросил, полувозразил Костя.

— Это хорошо, если живёшь в одно время. Да и то можно пойти к приятелю и не застать его. Оказывается, он в это время пошёл к тебе!

«Это похоже на то, как Винни-Пух с Пятачком ходили в гости к Кролику, — подумал мальчик с улыбкой. — Хитрец Кролик написал записку, что ушёл в гости, а сам остался дома».

— Вот видишь! А что же делать, если ты живёшь сегодня, а твой приятель — завтра? Или, например, он живёт в этом году, а ты — двести лет тому назад?

«Да, так, пожалуй, можно никогда не встретиться, — задумался Костя. — А как же удаётся всегда находиться и дома, и в гостях?»

— Очень просто! Ты когда-нибудь катался на санках с ледяной горки?

— Конечно, сколько раз!

— Тогда представь, что ты катаешься в овраге, оба склона которого — ледяные горки. Только санки не простые, а волшебные! Прокатишься с левой горки, попадёшь из вчера в сегодня. Съедешь с правой, окажешься из завтра в сегодня. А на дне оврага — всегда сегодня! Если же горки крутые да скользкие, наверх не вскарабкаться, останешься навсегда в сегодня, на дне оврага. Это и есть Страна элмов!

— А если я пойду по дну оврага?