и каждая комната в этом безразмерном замке. Холодный пол под голыми ногами и тусклые, едва горящие факелы добавляли ужаса в мрачную атмосферу. Впрочем всё можно изменить, если немного обжить. Добавить света, цветов, постелить ковры и повесить вместо оружия картины.
Небо! Она уже думает, как хозяйка этого дома и размышляет над тем, что и где надо менять. Но Влад ведь сказал, что этот дом он выбрал для них. Для их детей…
Бледные щеки девушки покрылись розовой краской, однако сама мысль не казалась ей такой уж плохой. Детский смех прекрасно отдавался бы эхом в каменных стенах, а топот маленьких ножек по полу… Полы кстати тоже надо будет обязательно утеплить, а то здесь они холодные. Дети же заболеют.
Так, стоп. Какие ещё дети? Рано говорить о них.
В противовес мыслям, в голове так и вырисовывался образ маленького мальчика трёх лет. Почти полная копия вампира и от этого на душе становилось теплей, а желание увидеть Влада сильней. Особенно необузданная тяга обострилась, когда Илария с друзьями проходили мимо одинокой двери. Вся сущность девушки тянулась тудас, будто указывала, что ей сюда и надо. Здесь находится средство, которое поможет ей успокоить обострившееся притяжение.
И тут до Иларии дошло. Кажется они всё-таки умудрились свернуть не туда и оказались рядом с комнатой вампира. Волф злобно оскалился в сторону деревянной преграды, а медведь толкал нимфу дальше, что означало лишь одно. Влад находился сейчас там.
Интересно, а чем он сейчас занят?
Сердце вновь ускоренно забилось, а дыхание стало сбиваться. Всего одна дверь разделяла её от Влада и руки сами начали тянуться пересечь эту преграду немедленно. Открыть двери и вновь обнять его. Илария хотела этого больше всего на свете и надеялась, что тот, кто сейчас находился по ту сторону желает того же самого настолько же сильно, насколько она. Или хотя бы наполовину. Чем бы Влад не питался и какие бы поступки не совершал, девушка верила, что в нём тоже есть что-то хорошее.
Они истинные, а значит самой судьбой выбраны быть парой и вряд-ли Небеса позволили бы им встретиться, если бы Дракула был настолько ужасен. Да, его характер и поступки далеки от благородства, но в каждом живом существе есть и добрая сторона. Нужно только её отыскать. Это не означало, что Илария могла до конца принять его образ жизнь. Что ни говори, но их взгляды на ценности сильно отличались друг от друга. Однако была готова выслушать и понять. Но это потом пока она просто хочет его увидеть. До боли. До дрожи в сердце.
— Ну, я всего разок на него взгляну. Пожалуйста… — жалобно взмолилась она, когда потянулась вперёд, а Кай с Касаном преградили ей путь. — У вас нет сердца.
Сделав вид, что сдалась, Илария чуть отошла назад. Звери последовали за ней, а через минуту оказались впереди, чем и воспользовалась нимфа.
Как можно тише она отошла назад и также тихо, будто мышка скрылась в комнате Влада. Только внутри выяснилось, что это не просто комната, а отдельные покои.
Помещение в котором она оказалась больше напоминало гостиную. По середине стояли два кресла, деревянный стол, с шахматной доской и стеклянным футляром с красной жидкостью. Сначала Илария приняла её за вино, но вспомнив родительские рассказы о пристрастиях вампира, уже не была уверена в своих догадках. У стенки заполненный книжный шкаф, а на стенах мечи, щиты и пара зажжённых факелов. Слева и впереди стояли ещё пара дверей, а вот самого хозяина всего этого богатства в комнате не было.
" Странно… Он точно должен быть здесь, — подумала Илария, ровно в тот момент, как слева начали доноситься странные звуки. — Может там?"
Поднявшись на носочки, она неспешно направилась за шумом и уже не была уверена в правильности своего поступка. Необычное тревожное чувство царапало изнутри и усилилось, когда среди звуков она распознала женский голос. Робкая улыбка больше не играла на пухлых губах, а зелёные глаза не светились предвкушая новую встречу. Даже притяжение поутихло и словно раздражённая кошка царапала изнутри. Настороженно Илария приоткрыла двери, готовясь ко всему, но она не была готова к тому, что ждало её внутри на самом деле.
Найденная комната оказалась спальней. Это девушка поняла, когда её взор сразу столкнулся с кроватью по центру комнаты. Широкая постель занимала значительное место в помещении, но не размеры мебели так зацепили девушку, а неразборчивые звуки заполняющие отдающиеся эхом. А после это всё сами собой ушло на задний план. Просто забылось, как нечто ненужное и только два силуэта отражались в изумрудных глазах.
Влад прижимал постороннюю женщину к стене, впиваясь голодным поцелуем в её шею, не замечая вокруг себя ничего, кроме дикой жажды.
Руки задрожали, а в груди стало пусто, словно выжжено всё. Не осталось ничего, кроме пустой оболочки. Ноги подкосились, с трудом удерживая девушку на весу.
Как он мог? Он ведь… ещё вчера он говорил, что они пара, а сейчас сам же…
Попятившись назад, Илария споткнулась о круглый столик, стоящий на одной ножке и уронила его на пол со всеми лежащими на нём предметами.
Внешний шум тут же отвлёк парочку от их занятия и Дракула резко остановился.
— Влад… — женщина недовольно вздохнула, но тот ничего не слышал.
Ничего, кроме знакомого запаха цветов, который он ни с чем не перепутает, и который проник в его покои так не вовремя. Почему именно сейчас?
Мужчина обернулся, недовольно обнажил окровавленные клыки ещё больше искажая лицо и пугая еле сдерживающую слёзы Иларию. Стоит ли говорить, что её тяга после увиденного сразу испарилась. Обнимать больше не хотелось. Наоборот, укрыться и больше его не видеть.
— Лари? Что ты здесь делаешь? — забыв о подруге, которая ещё стояла у стены и тыльной стороной руки стирая с губ чужую кровь, Влад надвигался на девушку. — Почему не в своей комнате?
Теперь хотя бы понятно, почему он так торопился проводить её. Спешил к подруге.
— Влад, кто это? — слабо простонала женщина, поправляя облегающее платье и с любопытством разглядывая Иларию, будто она какой-то редкостный зверёк.
Никак не ответив ей, Дракула потянулся к нимфе, но та не позволила к себе прикоснуться. Секунду назад на её глазах эти руки обнимали другую женщину. Лари стала противна мысль, что сейчас они будут касаться и её.
— Почему? — только и спросила она дрожащими губами.
Столько боли и разочарования прозвучало в безжизненном голосе, что даже Влад зажмурил глаза. Но слабый голос и наполовину не передавал всю силу обуреваемых ею
