Читаем без скачивания Отряд Аз - Михаил Кельмович

На второй или третий день я затеял первый разговор о Дикой охоте и ритуале. Вирджи меня неотрывно слушала. Это было здорово. Потом мы возвращались к этой теме еще несколько раз. Она все хотела понять, откуда берется сила для разрушения воронки. А я не мог этого объяснить. И еще я очень не хотел, чтобы она в этом всем участвовала. Знаю, чем все кончается. После дальней прогулки на яхте мы вернулись к тем же вопросам. И Вирга почти сразу начала рассказывать мне о сновиденьи.

О сновиденьи я знаю не много. От сна оно отличается в первую очередь тем, что ты знаешь, что спишь. То есть это не просто сон, а осознанная жизнь во сне. И при некотором умении и наличии силы появляется возможность управлять своим поведением, событиями и самим пространством сна.

Даже обычные сны сильно отличаются своим качеством, фактурой. Есть просто ночные мультяшки, которые прокручиваются в голове от избытка впечатлений и перегрузки головы. Они существуют только в нашем уме и никакого значения не имеют. Разве что сигнал о том, что пара отдыхать и нечего перед сном читать, смотреть сериалы и пить кофе. Эти сны «плоские», очень подвижные, без ярких чувств и ощущений. Просто тарахтенье ума, не больше.

Но бывают сны очень сочные, иногда ярче реальной жизни, живые, с чувствами и ощущениями. Это на самом деле не сны, а путешествия в энергетическом теле. То, что происходит в таких снах, реально. Энергетическое тело перемещается в пространстве других реальностей, общается с такими же сущностями, ввязывается в приключения, приятные и не очень. Погибнуть в таком сне – значит умереть в действительности. Любить в таком сне – значит любить по-настоящему.

Есть люди, которые способны ходить по снам. То есть буквально приходить в гости в сон к другому человеку. На самом деле, в гости во сне ходят многие и часто. Но мало кто может сделать это осознанно.

Законы сновиденья причудливы. Не всегда воспоминания о встрече во сне у двух людей совпадают. События могут отличаться. Или один из двоих вообще ничего не помнит. Или они не совпадают во времени не на часы, а даже на дни.

Само пространство сна тоже может быть разным. В одних случаях сновидящий попадает в астральную проекцию реальности и путешествует в ней, наблюдая события физического и астрального мира одновременно. В других он сам выстраивает своей фантазией и визуализацией придуманное пространство сна и живет в нем. Еще существует множество смешанных вариантов. Например, силой своей фантазии можно внести изменения в астральную реальность.

Я, правда, в сновиденьи не специалист. Войти в него могу, если очень надо. Выскочить могу из сна в случае неприятного поворота событий. А вот сознательные путешествия не мой профиль, в гости попадаю только по случаю, специально не получается. Впрочем, я особо не старался этому учиться.

Сначала Вирджи рассказывала о приемах хождения по снам. Потом подробно, не в первый раз уже описала, как я могуч во сне. К сожалению, даже во время ее рассказа – ничего не вспомнил. Забавно, что я метаю молнии из глаз! Прямо Х-мен какой-то. Значит, мое тонкое тело самостоятельно порезвилось, а мне забыло сказать. Такое бывает. Жалко, конечно, интересные были приключения.

Вирджи впечатлена силой моего взгляда в сновиденье. Она описывает мощь, прямо скажем, не человеческого масштаба. И с ощущением, которое она во время рассказа транслировала, это совпадает. Получается, чего-то такого я в себе не знаю. Толпы отвратительных врагов в том сне я воспринял как проявление силы, которая ведет Дикую охоту. И то, что вражья рать во сне бесчисленна, указание тревожное и практически важное.

Пока я размышлял над этим, Вирга предложила поискать следы Дикой охоты в сновиденьи.

Эпизод 4. Хождение по снам

В поисках порталов

1.07.2011 года.

– Давай теперь я попробую, – предложила Вирга после того, как Тин в очередной раз запутался в своих рассуждениях. Он молча кивнул.

– В каждой охоте ты справляешься с ситуацией, но на пределе. И ни на один из своих вопросов не получил ответа. И теперь новый вопрос или проблема: во время последней охоты в реальный мир открылись порталы сновиденья.

– Да, продолжай.

– Ты говоришь: очень важно, просто необходимо найти если не ответ, то хотя бы какой-то новый ход, поворот в развитии событий, чтобы сдвинуться с нулевой точки.

– У меня есть идея.

– Давай.

– Катастрофу создает магическая воронка. Ее можно назвать еще назвать астральной, так как связь тонкого и физического мира строится через астрал. Ритуал построен по тому же принципу. Так?

– Так.

– Мы можем попробовать исследовать и воронку, и ритуал в сновиденьи. Сновиденье это в значительной степени астральное путешествие. Попробуем в нем наблюдать за воронкой и ритуалом на другом уровне восприятия и, может быть, что-то найдем.

– Ты думаешь, я не могу просмотреть астрал и другие психические реальности? Там ничего нет. Никаких следов и связей.

– В сновиденьи другой уровень восприятия, и это возможность. И еще, мы не знаем, откуда в последней охоте взялись порталы сновиденья и сущности. Если не хочешь исследовать воронку и ритуал, давай попробуем найти следы порталов, может быть, мы получим какую-то ниточку. Как тебе?

– Да, с порталами, пожалуй интересно. Можно попробовать. Только объясни, пожалуйста, куда мы отправимся, и что будем наблюдать? Порталы открылись и закрылись несколько недель назад. И что? Там же следов не осталось.

– Я думаю, надо отправиться туда, где они открывались. Перемещаясь в сновиденье, мы попадем не только в это место, но и в его астральную проекцию. В сновиденьи физический и астральный миры будут как бы накладываться друг на друга, друг сквозь друга «просвечивать». Как раз на этом уровне от портала мог остаться след. Мы его отыщем и попробуем пойти по нему.

– Что ж, давай «полетаем», по крайней мере, что-то новое. Это шанс, хоть какой-то. Только ведь я не сновидящий. Ты предлагаешь технически очень сложные вещи, которые я сделать не способен. Не хотелось, чтобы ты это делала одна.

– Я думала над этим. Говорила же тебе: потенциально ты мощный сновидящий, но твои возможности не осознанны, и нет управления. Можно сделать так: я тебя возьму с собой в мир сновиденья и буду твоим проводником. Сил тебе точно хватит. И думаю, ты сможешь там активно полноценно действовать, когда я буду рядом. Мы объединим наши возможности. У меня прибавится энергии, у тебя появится управление. Не надо будет ничего объяснять. Есть даже такой способ обучения, через связь с ведущим. Он, правда, редко используется. Фактически нам надо только уснуть вместе, а дальше все случится само.

– Уснуть вместе: это уже интересно, – пошутил Тин, – Когда начнем?

– Да ну тебя. Я серьезно.

– Я тоже.

– Тогда… прямо сейчас.

Они легли в палатке рядом. Тонкая ткань купола слегка просвечивала. Вирга задала общий ритм дыхания: медленный и неглубокий. Больше они не говорили. Тин быстрей и глубже, чем обычно, провалился в сон.

Они опять сидели на камне и смотрели на закат. Вирга улыбнулась, и он понял, что они во сне.

– Полетели, – весело воскликнула она и засмеялась. Она была немного другой, бесшабашной веселой. Кожа ее как будто слегка светилась.

Она схватила Тина за руку. Пейзаж дернулся: они стояли уже на пристани рядом с турбазой, где отчаливали с яхтой.

– Это проба, – она, как будто перекрикивала ветер. Следующий прыжок. Они стоят на гранитной набережной Фонтанки.

– Теперь медленно. – Они действительно полетели медленно невысоко над водой канала. Гранитные набережные. Последние туристические кораблики. Мелькнул впереди переулок, в котором шло сражение с псами. Тин обратил внимание на то, как изменился город. Дома, фонари, набережные будто стали ярче, поверхности фактурнее, перспективы улиц глубже, стереоскопичнее. Желтые и красные огни машин расплывались в игольчатых радужных ореолах и сияли даже сейчас на сером фоне наступающих сумерек. Прохожие двигались быстро и как будто рывками. Наиболее стремительные движения их размазывались полупрозрачным туманом. Тин невольно залюбовался гофмановским пейзажем.

Они плавно повернули и поднялись до уровня мостовой. Пролетели немного над асфальтом и остановилась у того, последнего двора, где Вирджи попала под удар закрывающегося портала. Вид двора всколыхнул воспоминания. Тин понимал, что это скорее не реальность, а реконструкция, воссозданная во сне Вирги, в их общем сне. Но в памяти пронеслись недавние события: оскаленные морды жутких тварей, дергающиеся лапы, рассеченное горло еще живой последней из них. Он вспомнил Виргу, тихо оседающую на землю.

Вот оно – это место, где открылся портал, а здесь ткнулась мордой в асфальт последняя псина. Да, асфальт в этом месте был будто оплавлен. Большое пятно.

– Вирджи, посмотри. – Тин подозвал ее. – Это что такое? Не могу определить: этот дефект на тонком плане или с настоящим покрытием что-то произошло?