невест. Девицы дежурили под кабинетом моего… преподавателя. Кажется, это результат стычки.
Мне не казалось. Я была уверена, что права. Девицы сказали много лишнего, подобного в военной академии не прощают. Их слова про Устав — настоящее святотатство! Надсмотрщики наверняка за них зацепились и раскрутили ситуацию до основания. И то, что они там увидели, им совершенно не понравилось. Притом, что интересно, — медцентры, с которыми у академии заключены договоры, тоже попали под проверки, так что исконная причина совсем не во мне. Но подробности мы узнаем позднее. Если узнаем.
Однако главное — чтобы внутри академии меня не объявили первопричиной отчисления и не посмотрели, как я буду жить в атмосфере всеобщей ненависти. У нас здесь любят эксперименты, даже самые жестокие, так что расслабляться рано.
— А что было? — Нарисса замерла с открытым от любопытства ртом, но таймер показал нули и отключил систему.
Признаться, у меня было ещё два не активированных, выбитых в неравном бою у конкурентов, часа связи, но я не хотела терять время и сплетничать. К мысли, что из–за меня вылетела добрая сотня студенток, стоило привыкнуть.
Лучше всего думалось во время неспешной пробежки, потому я отправилась прямиком на крытый стадион и включила музыку.
Итак, что стоит сделать после тренировки и душа? Проверить новости на сайте академии, попросить Кира взломать систему слежения и послушать, что говорят на факультете невест, прощупать ситуацию изнутри, так сказать. На основании полученной информации принять решение, как действовать дальше. Затем следует подготовиться к последнему экзамену и попроситься в мед–бокс, чтобы в увольнительную попасть в приличном виде, а не с сине–чёрными гематомами, царапинами и не до конца зажившими ожогами. Мастер–наставник дико взбесился, когда я по неосторожности угодила в куст химрепейника и запретил лечиться, велев страдать, но раз и навсегда извлечь урок из своей невнимательности и никогда его не повторять.
С другой стороны, может, не стоить торопиться с посещением мед–бокса. Какие шансы, что нам перед увольнительной не устроят финальный аккорд — особо убойную тренировку? Нулевые. Что я, мастера–наставника, что ли, не знаю? Ха! Перенесу посещение лазарета.
Как оказалось, я правильно сделала, что пошла бегать. За это время мои одногруппники проснулись, узнали свежие новости, за завтраком вскрыли камеры наблюдения у девиц, возможно, не только у них, и, стоило мне появиться на горизонте, сообщили, какая я нехорошая девочка.
— Не ожидал от тебя, — произнёс Дитер. — Ты вообще понимаешь, что лишила нас доступных девиц? Здесь и так никаких развлечений, теперь ещё и это…
Мужская часть группы дружно закивала, даже Кир посмотрел укоризненно.
Если бы я только проснулась и не готова была к данному повороту событий, наверняка здорово упала в их глазах, ответив неправильно. Но мозги уже проветрились, работали на полную, информацию обработали, выводы сделали, так что я лихо выгнула бровь, а затем состряпала снисходительно–покровительственную мордашку.
— Доступные и болтливые девушки — давно пройденный вами этап. Повышайте уровень, ребятки. Завоёвывайте недоступных: ищите подходы, тренируйте навыки обольщения, изучайте женскую психологию. Вы здесь, чтобы учиться, в том числе и этому. А теперь прекращаем строить из себя обиженных ребятишек, берём руки в ноги и готовимся к последнему экзамену. Кир, можно тебя на минуточку?
На случай, если парни будут сопротивляться, я заготовила немало дополнительных аргументов, но они не понадобились. Тон выбрала идеально. Восстание тестостероновых монстров было подавлено в момент.
— Хвалю, — произнёс Кир, протягивая планшет с необходимыми мне записями и передавая управление. — Кстати, отсеивать девиц в конце первого семестра — старая–добрая традиция академии, но в этот раз она приобрела катастрофический масштаб. Впрочем, парней отсев тоже касается, но не так массово. Они ведь не поступают сюда, чтобы жениться.
— Скорее, наоборот, — машинально поддержала беседу, параллельно слушая визги вчерашней компании. — Итак, леди в очках осталась, остальных исключили. Кир, ты мне можешь собрать инфо по этим мамзелям?
— Опасаешься мести?
— Враги за спиной — всегда нехорошо, — вздохнула, возвращая гаджет.
— Что правда, то правда. Кстати, видео с тобой удалили почти моментально, так что никто, кроме нашей группы, да этой шайки истеричек не в курсе, что на самом деле произошло. Мы с Дитером и Селеной подчистили хвосты и стёрли компрометирующие тебя разговоры. Не уверен, что все, но большую часть — точно. Руководство академии, конечно, в курсе, но зато можешь не опасаться мести парней всех курсов.
Я посмотрела на Кира с нескрываемым облегчением. Это именно то, чего я больше всего боялась.
— Спасибо, — прошептала тихонько. — То–то Дамир удивится, когда закончит очередной эксперимент. Выйдет, а под дверью никого.
Мысль была невероятно приятной, и я улыбнулась.
— А это вряд ли. Девиц проверили на знание Устава и основных положений академии, так что те, кто поумнее, остались. Свято место пусто не бывает.
Мне показалось, Кир хотел сообщить что–то ещё, но не стал. Подумав, что он отложил признания до более удобного момента, расспрашивать не стала, вернувшись к завтраку.
А дальше время понеслось со сверхсветовой скоростью. Подготовка к экзамену, сам экзамен, внезапная ночная побудка через час после отбоя. Как я и предполагала, уйти в увольнительную без повреждений нам никто не дал.
Сонные и злые, мечтающие о заветном долгожданном выходе за стены академии, мы проходили полосы препятствий с особым рвением. Не охладила даже ледяная грязь на одном из этапов. Взбешённый недосыпом Дитер набрал такую скорость, что умудрился пробежать первые пару грязевых метров, как по асфальту, лишь затем с хлюпаньем провалился в заботливо вырытое болотце. Выглядело это довольно комично, но вместе с тем заставило всерьёз задуматься, насколько реально преодолеть всё расстояние, не запачкавшись словно хряк? И, видимо, не одну меня, потому что группа потеряла бдительность и начала куда активнее попадать в приготовленные ловушки.
— Сколько раз вам напоминать, — мастер–инструктор Тобиас Крин орал без громкоговорителя так мощно, что хотелось заткнуть уши пальцами, — что нельзя отвлекаться? Когда вы находитесь в боевой обстановке ваши инстинкты, мысли и интуиция, расположенная у вашего отряда явно в заднице, должны сконцентрироваться на одном — обеспечении своей сраной безопасности!
Тобс
