Читаем без скачивания Журнал «Вокруг Света» №6 за 2003 год - Вокруг Света

Перед истинными энтузиастами сохранения уникального комплекса возникают самые разные проблемы. И прежде всего – необходимость в значительной материальной поддержке для финансирования исследований и внедрения эффективных методов стабилизации поверхности, сохраняющей подземные галереи. Ну а пока площадь парижских подземелий сокращается год от года. Так что если вы хотите полюбоваться на парижские подземные красоты, надо поторапливаться: кто знает, возможно, в не таком уже отдаленном будущем катакомбы станут еще одной красивой, но навсегда исчезнувшей тайной Города Света.

Мария Перепелкина, Себастьян Желеховский

Арсенал: Числом и умением

События Корейской войны подтолкнули американских конструкторов к работам по проектированию новых образцов бронетанкового вооружения. Принято считать, что продиктовано это было тем впечатлением, которое на них произвел своими боевыми и эксплуатационными характеристиками советский танк Т-34-85. Хотя кроме этой была и другая, куда более существенная причина – появление у Советского Союза танков Т-54, радикально превзошедших Т-34-85 по боевым показателям. А если прибавить к этому изрядное численное превосходство Советской Армии в танках над американской – в Европе, то Соединенным Штатам было от чего прийти в волнение.

Осенью 1950-го, буквально через несколько месяцев после начала боев в Корее, инженеры Детройтского арсенала приступили к формированию концепции нового среднего танка. Принципиальной особенностью этой машины стал новый литой бронекорпус.

Работа над танком с индексом Т-48 двигалась рекордно быстрыми темпами, и уже к началу 1951-го была завершена. Фирма «Крайслер» получила подряд на изготовление нескольких предсерийных образцов для практических испытаний. Строго говоря, Т-48 не был радикально новым танком, он был лишь новой «ступенькой» эволюционной ветви, начатой «паттонами», М-46 и М-47. Новый «паттон-3» сохранил многое от предшественников – 12-цилиндровый бензиновый двигатель и трансмиссию, катки ходовой части и калибр основного вооружения – 90 мм. Экипаж танка, лишившись стрелка-радиста, уменьшился до 4 человек.

Работы по танку с серийным индексом М-48 сопровождались беспрецедентной спешкой. Еще до завершения полного цикла испытаний сухопутные войска США сделали заказ на многие сотни «паттонов-3». И все же расчеты на М-48, как на основной «противовес» Т-54, не оправдались. Для НАТОвских специалистов это становилось очевидным по мере поступления подробных сведений о советском танке, которому «паттон» конца 50-х уступал по всем главным показателям. А кроме того, в СССР уже появилась новая версия танка Т-55. Ну а дальше автоматически сработало правило: «Новая угроза – новый танк». Очередная модель потребовалась армии США столь же срочно, как и в свое время М-48.

Перспективная американская машина М-60 несла в своем облике множество «родовых» черт М-48. Особенно же это относилось к его первоначальной версии, отличить которую от «паттона-3» мог только опытный глаз. М-60 получил другой «нос» традиционной клинообразной формы и более мощную пушку калибра 105 мм. В целом же «ранний» М-60 можно назвать «гибридным» танком: башню М-48 адаптировали под установку новой пушки, а корпус – под дизельный двигатель (750 л.с).

М-60 был принят на вооружение накануне 1960 года. Вскоре американцы поняли, что и его броня не обеспечивает надежной защиты от огня танковых орудий Т-54—Т-55, и почти сразу начали работы над следующей модификацией машины, которая под названием М-60а1 пошла в серийное производство в 1962 году. Толщина лобовой брони (120 мм) несколько превысила показатели Т-54—Т-55. Новая, более крупная, башня усовершенствованной противоснарядной формы в лобовой части получила броню 180 мм (у М-48 – около 150 мм, у Т-54—Т-55 – до 200 мм).

Официальная церемония представления М-48 состоялась 1 июля 1952 года – всего через полтора года после завершения проектирования. Ну а дальше началась длительная полоса доводок этой «сырой» машины. Дефектов конструкции оказалось столько, что армия в какой-то момент отказалась принимать эти танки, считая их непригодными даже для учебных целей. Таким образом, промышленность выпускала танки, тут же поступавшие в центры модернизации для переделки и переоборудования. В результате этих манипуляций цена машины оказалась громадной.

«Доведенная» модель танка стала называться М-48а1. Однако машину продолжали постоянно совершенствовать. Так на свет последовательно появлялись новые варианты – М-48а2, М-48аЗ, последний из которых в 1960 году получил дизельный двигатель. К этому времени американские военные заводы выпустили около 12 тысяч М-48. Несколько сот более ранних моделей начали модернизировать до уровня М-48аЗ, поскольку этот вариант танка был ближе всего «подтянут» до уровня отечественной «пятьдесятчетверки».

Сведения о новой американской машине, попавшие в СССР по разведывательной линии, взволновали военное руководство. Глава Нижнетагильского КБ и создатель Т-54, Т-55 Л. Карцев позже так описывал атмосферу, царившую тогда в Главкомате Сухопутных войск, руководимом героем Сталинграда генералом В. Чуйковым, во время обсуждения сложившейся ситуации. «Чуйков вызвал танкистов и спрашивает: „А у нас что есть?“ Ему отвечают – вот в Тагиле есть такой Карцев, у него есть пушка 115 мм. Но балансиры у катков ломаются. Чуйков буквально „загремел“: „Что вы тут мне с разными балансирами. Хоть на свинье – но поставить эту пушку на танк!..“

Еще за несколько лет до этого эпизода в Нижнетагильском КБ развернулись работы по совершенствованию танка Т-55. Вооруженцы корпели над новым танковым орудием большого калибра (115 мм), уникальность которого заключалась в отсутствии нарезов в стволе. «Гладкоствольность сулила резкое увеличение начальной скорости снаряда и показателей бронепробиваемости (в дальнейшем эти расчеты блестяще подтвердила практика). После Чуйковского указания ход событий ускорился, и Т-62 всего за полгода (с января по июль 1962 года) был подготовлен к серии.

В 1963 году на одной из встреч с представителями армии и «оборонки» Хрущев высказал концептуальную мысль, что с учетом обладания потенциального противника ядерным оружием танки, если уж их вообще делать, нужно оснащать ракетным оружием и сводить экипаж до 2 человек, исходя из достигнутого уровня механизации и автоматизации. Эта идея, в силу своей «футурологической» умозрительности, показалась прежде всего самому Н. Хрущеву фундаментальной. Такая работа была поручена КБ ЧТЗ, несмотря на то что основные специалисты находили ее абсурдной. Но возразить на первых порах никто не посмел – Никита Сергеевич был скор на «административную» расправу.

Самым трудным был этап согласования проекта между всеми «причастными» ведомствами. Ведь им предстояло работать над утопией, и это было очевидно для практиков, которые на полигонах и фронтах прошли серьезную школу полевой и боевой эксплуатации танка. Их доводы в общих чертах сводились к следующему: танк с экипажем из 2 человек будет тратить намного больше времени для наблюдения за полем боя и поиском цели, тем более что задача водителя – контроль за дорогой. Значит, и искать цель, и вести огонь должен только один человек, он же – 2-й член экипажа, он же – командир, да и обслуживать его в перерывах между боями и маршами будут всего двое. Кроме того, в полевых условиях на каждом 3-м танке располагается командир взвода, на каждом 10-м – командир роты, на каждом 31-м – командир батальона.

Но, несмотря на все доводы, тактико-технические требования, обозначенные Н. Хрущевым, были утверждены быстро и без изменений: чтобы не раздражать «верховного» долгой канителью. Через год, когда Хрущеву показывали опытный образец «его» танка, произошло следующее. В самом начале демонстрации инженер С. Беневоленский упомянул о клиренсе танка, на что Н. Хрущев заметил, что в условиях применения ядерного оружия было бы лучше, если бы танк вообще не имел этого клиренса. Ну а когда речь зашла о численности экипажа, маршал бронетанковых войск П. Ротмистров, не сдержавшись, сказал, что танк с экипажем из 2 человек вообще не сможет выполнить боевую задачу. Хрущев посмотрел на него с удивлением: «Мы с ним выпили во время войны не одну чашку „чая“, а он до сих пор не понимает, что лучше бы в танке был один человек!» А через некоторое время Ротмистров был снят с должности… Но на дворе стоял 1964 год, и вскоре политическая карьера самого Хрущева завершилась. Вслед за этим без шума закрыли и работы по «его» танку.

Последним танком, принятым на вооружение Советской Армией на излете эпохи Хрущева, оказался Т-62. В 1962-м он считался суперсекретным. Впервые Т-62 продемонстрировали миру в 1967 году на ноябрьском военном параде, посвященном 50-летию Октябрьской революции. Основным «козырем» справедливо считалась новейшая гладкоствольная 115-миллиметровая пушка У5-ТС (2А20), которая превзошла по начальной скорости снаряда все другие танковые орудия своего времени – 1 620 метров в секунду.