— Это точно, — заржал водитель, и вдруг они оба заинтересовано посмотрели на меня.
— А Анька-то красивая сучка, — разглядывая меня похотливым взглядом, заметил парень. – Думаешь…
— Да нет, - скривился водитель. – Считаешь, стал бы он два часа её ждать, чтобы нам передарить? Наверняка до утра не отпустит.
Охранник скривился и сплюнул себе под ноги.
Да блин, ни один из них, что, не знаком с правилами поведения в нормальном обществе?
Кажется, именно в этот момент, алкоголь и фальшивое состояние дурашливого веселья стало понемногу отступать. То ли из-за плохи манер мужчин, то ли из-за холодного воздуха, который врываясь в салон автомобиля через окно, приносил с собой свежесть морозной ночи.
Мужчины перебросились ещё парой ничего не значащих фраз, после чего ворота открылись, и мы проехали внутрь двора.
Несмотря на позднее время суток, плохую осеннюю погоду и моё не совсем нормальное состояние, я всё же не смогла не удивиться тому, в насколько красивом месте я оказалась.
Все эти харкающиеся на землю мужики, пошлые разговоры и бандитского вида джипы не вязались с элегантностью дома и территорией вокруг него.
Не было здесь никаких пошлых колонн, никакого псевдо барокко с дешевой позолотой и ляповатой лепниной. Наоборот, дом был построен в очень современном стиле, при этом в дизайне строения неуловимо присутствовал намёк на русский дух, что делало его частью ландшафта – не противопоставлением белеющих в темноте березок из рощи, а их дополнением и обрамлением.
Да, Дима мог арендовать такой дом, подумала тогда я, с удовольствием вдыхая морозный ночной воздух. Несмотря на начинавшую трезветь голову, именно дом убедил меня продолжить непонятную, странную игру, которую затеял мой парень.
Я думала, водитель проводит меня внутрь особняка, но водитель, «выгрузив» меня возле дома, поехал на машине куда-то в сторону, оставляя меня в одиночестве стоять перед входом.
Правда, долго я не скучала: почти сразу же откуда-то сбоку появился темноволосый мужчина лет тридцати пяти. Больно схватив меня за руку, он затащил меня внутрь дома.
— Ты бы ещё полночи собиралась, — процедил он со злобой. – Значит так, можешь сегодня наизнанку вернуться, но чтобы боссу понравилось, ясно тебе?
Я, на миг позабыв о своей роли, ошалело кивнула.
— Молодец, — хмыкнул мужик. – Если угодишь Соболю, подарю тебе тачку в качестве премии.
Мужчина, ненадолго задумавшись, провёл рукой по моим губам.
— Помаду сотри… И вообще, изображай из себя сегодня целку – ему надо успокоиться.
В этот момент я почувствовала что-то неприятное… Что-то царапнуло меня. Алкоголь выветривался, мозги просыпались… и на секунду –на один лишь короткий миг– я подумала, что моя сестра могла все это выдумать… Что не было никакого квеста — и за дверью меня сейчас ждёт не мой Дима, а чужой озабоченный мужик.
Но «Соболь»…
— Там ведь Дмитрий Александрович, — покосилась я в сторону двери, — Соболев?
— Ой прекрати, — фыркнул мужчина. – Неужели забыла, как он тебя два дня без передыху драл… Кто потом мне жаловался, что ходить больно.
Мужчина заржал, я в ужасе открыла рот… но мой провожатый решил не тратить больше своего времени на разговоры со мной.
— Не стоит заставлять босса ждать, — рявкнул вдруг мужчина и, отперев дверь, зашвырнул меня внутрь.
В комнате находился Дима.
В полумраке, его лицо казалось лицом воина: сплошные углы, никакой мягкости в чертах. Циничная усмешка. Расслабленная поза повелителя хищников.
Он сидел в большом кожаном кресле с бокалом коньяка в руке (как же я ненавидела сейчас этот напиток), и смотрел боксёрский поединок на большой плазме. Телевизор, занимавший почти четверть стены, явно был сделан на заказ (не думаю, что такие продают в обычных магазинах), его размеры создавали эффект присутствия.
Бойцы на ринге с азартом лупили друг друга под улюлюканье заведённой толпы. Я машинально отметила, что когда мы с моим провожатым стояли за дверью, то ни одного звука отсюда слышно не было, хотя в комнате звук был достаточно громкий.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я стояла возле двери, глядя на Диму и кляня себя за то, что на целую секунду усомнилась в своей сестре.
Это действительно был Димкин план. Даже вон, он тоже пьет коньяк… видимо, не знал, как помириться, и наворотил всё это. Дурак мой…Шутка у него получилась дурная, да и сестру незачем было вмешивать.
Сейчас я сама себе признавалась, что излишне переборщила, когда сказала, про «разойтись». Я ведь не думала об этом всерьёз, мне просто хотелось как-то его встряхнуть и заставить признать свою ошибку.
Наверное, Диме с его работой нелегко сдерживаться, — подумала я, с любовью глядя на своего мужчину. – И пусть, конечно, весь этот квест – настоящее сумасшествие, он ведь потратил уйму времени и денег, чтобы обыграть своё извинение…Димка мой.
Я улыбнулась, ожидая, что сейчас он повернётся в мою сторону и скажет « сюрприз» или что-то в этом роде, но…
… нет, он повернулся.
Кинул на меня злой быстрый взгляд и процедил.
— А… явилась… иди сюда. Ну.
Если там, за дверью, с чужими мужчинами, я ещё могла переживать и не доверять тому, что происходит, то здесь, рядом со своим любимым человеком, я всецело верила объяснению сестры. По-другому и быть не могло. А поведение Димы… видимо, он до сих пор доигрывает квест.
Я мысленно улыбнулась и решила, что если он хочет доиграть игру, я, конечно же, сделаю это вместе с ним.
Зазывно улыбаясь, я прошла от двери прямо к Диме.
Но когда я оказалась рядом с ним, мой мужчина вдруг больно схватил меня за руку и дернул вниз, попутно расстегивая молнию на джинсах.
Я оказалась сидящей между его ног, в очень недвусмысленной позиции.
Обычно мы не практиковали оральный секс. Дима, правда, иногда целовал меня внизу в качестве прелюдий, но сам ни на чем подобном не настаивал – явно чувствуя, что для меня и простой секс –граница того, что я могла вынести.
Нет, мне нравилось заниматься с Димой любовью. Но ночью, в темноте, чтобы не краснеть от того, что мы делаем вместе настолько откровенные вещи. Соболев прекрасно знал, в какой семье, в какой обстановке я выросла, и потому мы договорились, что будем пробовать новые вещи только тогда, когда мне будет комфортно это делать.
И я не была ханжой! Сначала мы добавили свет, затем стали пробовать разные позы… Но я пока была не готова к оральным ласкам, и Дима это прекрасно знал.
— Рот открой, — рявкнул он. Я, отказывается, так давно его слушалась, что моментально выполнила то, что он приказал. Он тут же вогнал свой напряженный член внутрь моего рта, царапая моё горло и перекрывая мне возможность дышать. Я стала вырываться, а он, будто не обращая на это внимание, ещё и сильно надавил рукой на мой затылок, вынуждая меня ещё глубже принять его орган.
— Давай, детка, — прохрипел Дима. – Покажи класс.
Кажется, он сам начал дергать мою голову, удовлетворённо шипя при этом.
— Давай, сучка, высоси меня до суха, — хрипел Дима, кажется, совсем не обращая внимания на то, что я, окончательно протрезвев, беззвучно рыдаю меж его ног.
Он просто развлекался. Пил коньяк, смотрел бокс … и между тем использовал моё горло для собственного удовлетворения. Наконец, когда Соболев почувствовал, что происходит что-то не то, он удивлённо посмотрел вниз.
— Ань, ты что, сосать разучилась, — насмешливо произнес он и… встретился с моим заплаканным взглядом. — … Яна?
Яна.
Так вот я и узнала, что моя сестра, оказывается, не модель, а обычная проститутка, обслуживающая моего парня.
Мой мир тогда в одночасье сломался, разрушился до основания: я потеряла доверие к двум самым близким мне людям. Я ещё не знала, прощу ли я когда-нибудь свою сестру, которая подстроила всё это, но точно знала, что никогда не прощу своего парня. Я даже в мыслях не могла себе представить, что когда-нибудь снова буду лежать в одной кровати с Соболевым и принимать от него ласки. После того, как он развлекался с моей сестрой, мне казалось это … чуть ли не кровосмешением. Я ещё не знала, как буду отмываться от всей этой грязи, но была твёрдо уверена, что это конец моей истории с Димой.
