— Я знаю, где какая кнопка, — перебил ее Гарольд. — И, не волнуйся, нажал на все нужные. — Он взглянул на нее с ухмылкой. — Так, значит, не любишь тесные помещения? Так, так… По-видимому, правильно будет сказать, что ты страдаешь клаустрофобией, да?
Лора постаралась не выдать волнения:
— Да.
— И давно это у тебя?
Бедняга оглядела стены лифта, которые, казалось, давили на нее.
— С детства, — с несчастным видом пробормотала она. — Однажды, когда я была совсем маленькой, меня заперли в буфете такие же, как и я, дети. В нем было темно и тесно. Я просидела там целый час, пока меня не выпустили взрослые.
— Успокойся. Лифт скоро заработает. — Гарольд шагнул к девушке и приложил ладонь к ее раскрасневшейся щеке. — Все будет хорошо через пару минут.
— Откуда… вы знаете? Мы можем просидеть здесь несколько часов!
— Сомневаюсь.
Его спокойствие вызывало раздражение.
— Но вы не знаете наверняка! — внезапно разозлилась Лора. — Не смейтесь надо мной.
— Ладно, не буду. Да, мы можем проторчать тут несколько часов. Ты это хотела услышать?
Девушка опустила взгляд.
— Сами знаете, что нет, — пробормотала она, ощущая жжение в щеке, которой коснулся Гарольд. Он убрал руку, и девушка сразу почувствовала себя брошенной и одинокой.
— Не стоит заводиться, это ничего не даст.
— Я не завожусь!
— Вот и хорошо.
Последовала пауза. Лора уставилась в пол, стараясь избегать взгляда Гарольда. Неожиданно он крепко сжал ее руку и потянул на себя.
— Давай поговорим. Раз уж такой случай представился.
Она облизала губы и неуверенно подняла взгляд.
— О чем?
— О тебе… Обо мне. — Он помолчал. — О нас.
Сердце девушки готово было выскочить из груди.
— О нас? Я же сказала: у нас не может быть ничего общего.
— Почему? У тебя кто-то есть?
Лора медленно покачала головой.
— Нет… но…
— Но? — Он насмешливо оглядел ее. — Тогда в чем дело? Почему у тебя такой вид, будто ты чем-то удручена?
— Мне просто кажется, что вы подсмеиваетесь надо мной, — нахмурилась она.
— Почему бы тебе не положить цветы на пол?
Лора взглянула на слегка помятые орхидеи — видно, слишком крепко прижимала их к груди.
— Вы купили мне цветы в знак извинения и примирения. Помните?
— Я не забыл, — ответил Гарольд. — Но разве дружеские отношения исключают сексуальные?
— Я считаю, что да.
— А ты пробовала?
— Нет! — резко ответила Лора. — Но мужчины, во всяком случае, те, с кем мне приходилось иметь дело, они… они…
— Хотели лишь одного — затащить в постель?
— Вот именно.
— И тебе хочется зачислить и меня в эту категорию?
— Нет! — Она судорожно вздохнула. — А если бы хотела, зачислила.
— Тогда в чем дело?
— Послушайте, давайте оставим эту тему, — огрызнулась Лора. — Не стоит ли нам подумать о том, как отсюда выбраться?
Волнующий жар охватил ее, и она ни о чем не могла думать, ощущая лишь прикосновение Гарольда. В тесной кабине было душно, казалось, даже дышать стало труднее.
— Ты как? Может, снимешь жакет? — спросил он. — Я не хочу, чтобы ты тут грохнулась в обморок. Хотя мне будет весьма приятно приводить тебя в чувство.
Лора заколебалась, потом положила цветы на пол, сняла жакет и сразу же пожалела. Руки голые, кофточка тонюсенькая — большой соблазн для Гарольда. Она еле справлялась с собой, трудно было стоять спокойно. Стены давили. Еще ничего, когда знаешь, что достаточно нажать кнопку и двери во внешний мир откроются. Но здесь они в ловушке, время шло, и можно невольно впасть в панику.
— Мне кажется, я больше не выдержу, — прошептала она.
— Ты про заточение в лифте? — с ухмылкой спросил Гарольд, не отводя от нее взгляда. — Или еще о чем?
Девушка на мгновение оцепенела, а тот протянул руки и, уверенно взяв ее лицо в ладони, чувственно поцеловал. Весь мир закружился в глазах Лоры, и она поняла, что теряет контроль над собой.
8
Все было тут же начисто забыто — и застрявший лифт, и данное себе обещание не поддаваться обаянию Гарольда Джонсона.
Его губы опьяняли страстными поцелуями. От его прикосновений перехватывало дыхание. Лора обняла его за талию и прильнула к нему всем телом. Она ощущала его руки, сначала неуверенно касавшиеся плечей, спины, потом ставшие более смелыми, потому что все ее существо стремилось к нему навстречу. Хотелось, чтобы он снял с нее одежду.
Гарольд был возбужден не меньше, чем она. Это чувствовалось, и Лора, опустив руки, прижимала его бедра к себе. Он еще больше осмелел, а ей именно этого и хотелось. Его поцелуи были страстными и жадными. Она шла на все, даже не задумываясь, требуется ли давать ему особое разрешение. Ее сжигало желание. Стоило ли так долго противиться столь естественному порыву?
Еще один поцелуй. Никто никогда не целовал ее так, и она понимала теперь, чего лишала себя сама.
— Гарольд, пожалуйста! — И голос у нее какой-то странный. Но ей на все наплевать. Она стала рабой, готовой к абсолютному послушанию своему повелителю.
Он продолжал целовать ее, и она уже не могла справиться с собой. Просунула руки ему под пиджак, прижала ладони к широкой, мощной груди, и тут же принялась возиться с пуговицами рубашки, чтобы ощутить жар его кожи и твердые мускулы.
— Гарольд… — Она прошептала имя, словно заклинание. — Ох, Гарольд, я никогда ничего подобного не испытывала. — Лора откинула голову и сразу же почувствовала его губы на своей шее. — Пожалуйста, милый… пожалуйста! — Она еще плотнее прильнула к нему и подняла лицо еще для одного поцелуя.
— Не здесь. — Она ощущала, как вздымается его грудь, как прерывисто он дышит. Гарольд прижался щекой к ее щеке.
Лора пробормотала что-то невнятное, похожее на мольбу, снова ощутила его губы, на этот раз более нежные. Неожиданно он убрал руки, дарившие наслаждение, смешанное с мукой, и отодвинулся от нее.
— Не так, — прозвучал его осипший голос.
— Что? — не веря своим ушам, прошептала Лора. Она оцепенела, тело неожиданно стало холодным и вялым. Попыталась понять, что произошло, но ничего не могла прочесть в лице Гарольда.
— Я хочу тебя! — Глаза его пылали огнем, подтверждая, сколь глубоко желание. — Но не можем же мы заниматься любовью прямо здесь.
— Да, конечно… — Лора тряхнула головой, начиная переживать из-за того, что позволила так многому случиться за столь короткое время. — Но тогда зачем? — яростно спросила она, стараясь сдержать слезы.
— Да ни за чем. — Гарольд заглянул в ее полные недоумения глаза и сообразил, что высказался неудачно. — Я хотел сказать, что ничего не планировал заранее. Ты ведь понимаешь. Не делай вид, будто считаешь это еще одним испытанием. — Он хмыкнул, будто подивился, как это мог позволить себе зайти так далеко. — Ты просто была такой…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
