же пилюлю.
После такого ответа пререкаться расхотелось, пусть я знала, что никакие таблетки не хотели рассасываться таким способом. Возможно, это была не только моя проблема, но данный способ приема лекарств все еще был популярен в Империи.
*
Тем не менее, пока мы отчаливали от частного пляжа, я вернула вкусняшку на положенное конфетное место, радостно рассасывая, как леденец. Вкуса у нее почти не было, лишь легкий ирисковый запах под желатиновой оболочкой.
Насколько я поняла, пилюля была двухфазной: одно вещество находилось в толстой капсуле, второе — под ней. Оно было сладеньким и с медовой консистенцией.
Так как наркотик был нетерпеливо разжеван мною в процессе усиленной гребли, эффект оказался резковат. Как после выпитого залпом особо забористого шота.
От ротовой полости по всему телу быстро разлилась обжигающая волна. Я невольно раскрыла рот и выдохнула, изображая дракона. Но пламя разочаровывающе не появилось.
Аск удивленно остановился и вперился в меня взглядом:
— Ты ее разгрызла?
— Да, — не стала я кривить душой.
— Ну ебанарот, Аля!
— Будем вызывать медпомощь?
Меня начинало колбасить.
Цвета окружающего мира немного посветлели и сменили оттенок. Словно окружающий пейзаж занавесили огромным фатиновым полотном всех цветов радуги.
На фоне внутренних ощущений галлюцинации слегка меркли. Во мне словно проснулась стайка огненных ифритов. Все внутри горело, переполненное энергией, так что я невольно начала трястись.
К тому времени мы успели добраться до середины реки. Перевернуться в таком месте, будучи под веществами, совсем не улыбалось. Пришлось осторожно встать на колени, балансируя веслом.
— Да иди ты! — парень аккуратно подгреб поближе и заглянул мне в глаза. — Ничего страшного не случилось, но лучше бы тебе сейчас побегать или поплавать.
— Не утону? — широко раскрыла я глаза.
— Только если захочешь утонуть.
Если так подумать, он был прав. Голова не кружилась, а сознание оставалось ясным. Проблема была только в переполняющей меня энергии, как после нескольких порций кофеина.
Поэтому я вернулась в вертикальное положение и усиленно погребла в северо-восточное русло. За поворотом как раз находился мыс, разделяющий просторную заводь и главную реку.
Кричать, чтобы брат догонял, не было смысла. Тот и так следовал рядом.
— Как самочувствие? — поинтересовался он, когда мы обогнули остров и вышли в просторную заводь.
Оторвавшись от любования окружающими красотами, я прокричала в ответ:
— Обалденно! — несмотря на то, что Аск был рядом.
— Ох, вижу, что тебе очень хорошо, — куда спокойнее вздохнул мой сопровождающий. — Только не надо орать.
Хотелось смеяться и танцевать прямо на доске.
Дрожь прошла, остались легкость и интерес ко всему окружающему. Во мне пробудилось неуемное любопытство. Желала подплыть к участку ярко-желтых кубышек. А вон та ива, что свесила ветви прямо над водной гладью, выглядела просто волшебно. Чуть дальше виднелись несколько полянок рогоза. Тонкие листья шумели на ветерке и привлекали внимание своими соцветиями.
Именно из этого растения эволюционировал знаменитый лой. Но по сравнению с далеким предком он выглядел так, словно его специально культивировали тысячелетиями. Чего стоили одни цветы, что напоминали яркие мясистые шишки имбиря. На самом деле это был естественный и случайный процесс, что произошел из-за глобальной катастрофы. Чтобы выжить на меняющейся планете, всем живым существам пришлось адаптироваться и меняться. Люди так же не избежали данной участи.
Помотав головой, я вернулась к осознанному созерцанию водных пейзажей.
Как жаль, что мы не взяли коммуникаторы. Можно было включить музыку и сделать много-много фотографий окружающих красот. Но ничего страшного. Мы жили рядом, и повторить данный подвиг во всеоружии — не проблема.
Я попрыгала на доске и чуть не свалилась, из-за чего меня пробило на заливистый хохот.
— Жуй свою конфету! Айда со мной! — снова крикнула я братику и погребла к мысу.
Там как раз было несколько удобных маленьких пляжей и даже имелся плавучий ресторан где-то ближе к дороге. А я все переживала, что придется карабкаться по заросшему водорослями берегу.
— Аль, ты куда? — брат догнал меня на середине залива.
— Вон там. Хочу на ту сторону.
— Не стоит, Аль. Там сильное течение и волны. Прошу тебя, — судя по тону он искренне переживал. — Ты сейчас не в трезвом состоянии.
Я послушно остановилась и попросила:
— Тогда веди меня.
— Хорошо. Не отставай, — облегченно кивнул парень и указал веслом на противоположную сторону, от которой мы двигались. — Пошли к истоку заводи. Хочу посмотреть на ширину выхода реки. Может, удастся прогнать там небольшой катер.
— Ей! — я активно погребла к сужению залива, обгоняя брата.
Возражать он не стал. Видимо, посчитал, что держать меня на виду будет безопаснее.
— Как называется эта чудо-пилюлька? — поинтересовалась я на ходу.
Судя по тому, что Аск ускорился и стал более активным, он тоже добрался до содержимого капсулы.
— Карамельный Кузнечик.
— Оу! Хорошо передает суть.
У Светоча Мотыльков более поэтичное название.
— Только если сразу прожевать всю порцию, как это сделала ты, — пожурил братец и показал яркий длинный язык.
— Обожаю тебя! — почему-то захотелось сказать это.
На что он расхохотался:
— Кажется, порции для тебя великоваты.
— Это для тебя они маловаты, мне — в самый раз, — и обрызгала его при помощи лопасти.
Братец с легкостью отбил большую часть воды и широко улыбнулся.
*
Незаметно для себя мы подошли к относительно узкому проливу.
Вокруг было много тростниковых зарослей. Плавневый участок скорее напоминал болото. Особого соответствия добавляла зеленая ряска, что густым ковром покрывала участки со стоячей водой. Кое-где виднелись крупные кочки рогоза с птичьими гнездышками.
Следующий водный проход действительно казался не особо широким, метров десять навскидку. На левом мысе была подъездная площадка с грунтовой дорогой и вычищенный берег. Видимо, для лодок.
Если глубина прохода окажется достаточной, вполне можно было прогнать небольшую яхту.
— Вот срань! Блять… Твою же мать! — Аск пытался удержаться в самом узком месте и при этом нащупать дно веслом.
Вмешиваться я не стала, тихонько причалив к рясковой гуще. Таким образом течение не сносило меня в сторону, в отличие от матершинника, который сейчас находился в самой оживленной части заводи.
Брат быстро догадался, что обычными методами здесь не поможешь, и бросил мне:
— Придержи мой сап.
— Э-э?
— Да телекинезом или еще чем-то.
— Ясь, я так не могу. Это ты у нас эспер с контролем всех и вся.
— Срань, — он пожевал губы и встал на колени. При этом ему постоянно приходилось регулировать свое положение веслом.
Через несколько секунд Аск сосредоточился, приподнял правую кисть и силой сжал кулак. Судя по напряженным мышцам и суровому выражению на лице, прикладывал немало усилий. Доска послушно замерла. Казалось, даже волны не могли ее поколебать.
Шарить веслом он
