малых частицах! Как создания вечной природы, здесь все - до тончайшего стебелька - является формой и отвечает целому. Как легко возносится в воздух прочно заложенное, огромное здание, столь прозрачное и все же рассчитанное на вечность! Твоим поучениям, о гений, обязан я тем, что у меня не закружится голова перед твоими отвесами и что и в мою душу попала капля того сладостного покоя, какой вкушает дух, созерцая свое творение, могущий, подобно богу, сказать: да, оно прекрасно».
Так Гете определил свое время в понимании готики.
Известно, что уже на склоне лет он распознал и красоту древнерусской живописи, давно уже не вызывавшей интереса даже на ее родине. Недаром немецкая художница Анжелика Кауфман говорила, что мало знала людей, которые имели бы в искусстве такой верный взгляд, как Гете.
Но о древнерусской живописи тут уместно вспомнить не только в связи с прозорливостью Гете. В средние века красота этой живописи воспринималась всем нашим народом, служила для него мерилом прекрасного. И вот точно так же вновь открытая Гете красота готического искусства была общепризнанной в средневековой Западной и Центральной Европе, почиталась там неоспоримой, вдохновляла людей и своим сиянием облагораживала их.
Как и древнерусское, средневековое западное искусство было глубоко народным, являлось увенчанием и воплощением народных мечтаний и дум. Средневековый ремесленник или крестьянин ощущал, конечно же куда более смутно, чем Гете, что «в его душу попала капля того сладостного покоя, какой вкушает дух, созерцая свое творение», - в сознании, что оно прекрасно. А то, что ныне ценитель искусства стремится воспринять во всей красе как западное, так и наше средневековое искусство, некогда одинаково забытые, свидетельствует об углубленном интересе нашей эпохи ко взлетам художественного гения во все времена и у всех народов.
Торговые ряды в Брюгге. 1283 - 1364 гг.
* * *
Итак, готика царила повсеместно, истинно «интернациональная» (особенно поздняя) в своей основе, однако почти всегда с выявлением национальных черт.
Как в Париже Нотр-Дам, венский собор св. Стефана главенствует над огромной столицей, торжественно возвещая о ее многовековой славе.
Не только однобашенный фасад, как во Фрейбурге, но и храмы с почти одинаковой высотой центрального и боковых нефов, создающей единое, по дворцовому обширное пространство, - новшество германской готики.
В северо-восточной Германии, бедной камнем, пригодным для крупных построек, возникла особая кирпичная готика, нередко несколько тяжеловесная, но подчас и очень внушительная, с замечательными декоративными эффектами.
В Нидерландах, где благодаря выгодному географическому положению городская торговля процветала уже в романскую пору, рост бюргерства вызвал бурное светское строительство. В последний период средневековья именно в Нидерландах наибольший размах получило строительство общественных зданий - ратуш, торговых рядов и складов, домов цеховых организаций. Величественные городские звонницы - вечевые башни (бефруа), игравшие важную роль в многочисленных восстаниях городского населения и служившие, наряду с собором, как бы символом мощи и богатства города, - замечательное достижение нидерландской архитектуры (башня, как столб возвышающаяся над торговыми рядами в Брюгге, башни в Ипре, Генте и др.).
Карлов мост и Градчаны в Праге. Мост построен в середине XIV в.
Всюду строились замки со все более совершенными укреплениями и в то же время обставленные со все возрастающей (особенно в поздней готике) роскошью, проявляющейся в пышной декоративности, высоких стрельчатых окнах с причудливыми переплетами, тройных каминах во всю стену и т. д.
Европейские города окружались зубчатыми стенами с двойными воротами и башнями. Видоизменился сам облик города благодаря плотно прижатым друг к другу готическим домам с островерхими двускатными крышами, узкими окнами, стрельчатыми дверными проемами, аркадами, угловыми башенками - всем тем, что в лабиринте узких улочек кое-где еще сохранившихся средневековых кварталов обступает нас ныне как живописный декорум давно исчезнувшего жизненного уклада.
Собор в Солсбери. 1220 - 1270 гг.
Уже в романскую пору особенно внушительным был городской ансамбль Праги. Каменных строений там насчитывалось больше, чем в любом другом городе Центральной Европы. Причем замки, возвышавшиеся не в окрестностях над сельской округой, а в самом городе, придавали ему грозный и величественный вид. В XIV в., когда со вступлением на престол Германской империи чешского короля Карла IV Чехия заняла в ней главенствующее положение, Прага заново обстроилась с подобающим такой столице великолепием.
И ныне, с царящим над городом Кремлем - знаменитыми Градчанами, чей главный памятник - грандиозный собор св. Вита следует причислить к шедеврам готического зодчества, с не менее знаменитым Карловым мостом, великолепным зданием ратуши, предмостной башней, вероятно самой красивой во всей Центральной Европе, готическими залами королевского дворца и великим множеством прочих созданий тогдашнего национального зодчества, Прага дает нам исключительно яркое представление о том, как высоки были достижения и устремления строительного гения средневековья. Много в ней потрудился со своими учениками замечательный зодчий и ваятель Петр Парлерж.
Англия…
Высота среднего нефа Амьенского собора равна одной трети его длины, а современного ему собора в Солсбери - лишь одной шестой.
Это различие в отношении высоты к длине между памятниками английской готики и французской (да и вообще материковой) сыграло решающую роль во всем развитии английского зодчества в позднее средневековье, зодчества, которому мы обязаны множеством замечательных памятников.
Какова же была причина такого различия?
Завоеванная норманнами, принесшими с материка уже сложившуюся культуру, британская островная держава была первой страной, перенявшей от Франции вслед за романским готический стиль, который она и переработала на свой лад.
Условия, определившие историческое развитие английского государства, определили и характер английской готики.
Собор в Линкольне. XIII - XIV вв.
Собор в Милане. Конец XIV - начало XV в.; завершен в XIX в.
Как и страны материковой Европы, Англия переживала в то время экономический подъем. Однако в отличие от этих стран развитие промышленности и торговли Англии определялось в первую очередь не городом, а деревней, где производилось и перерабатывалось сырье, предназначенное на вывоз. Не бюргерство, а дворянство играло в английской экономике главную роль, и, значит, городские интересы не имели в стране решающего значения. Вот почему храмовое строительство оставалось там преимущественно монастырским, как и в романское время.
Собор воздвигался не в центре города как символ его богатства и славы, а за городом, где помещался монастырь. Во Франции или в Германии собор всей своей стройной громадой царил над теснившимися
