Что касается темных очков, бывший агент Пит Доулинг говорит следующее: «При обучении нам давали незатемненные очки Ray-Ban. Это делалось для защиты глаз, на тот случай, если кто-то бросит что-нибудь в человека, которого мы охраняем. Большинство ребят затемняли их. Но существует стереотип, что парни из Секретной службы всегда ходят в темных очках, даже в помещении».
На практике, некоторые агенты носят темные очки, чтобы люи не видели, куда они смотрят. Другие предпочитают не носить их.
Агенты в обычной одежде и без наушников находятся в толпе и возле Белого дома. Если они заметят проблему или слабое место в обеспечении безопасности, они воспользуются сотовым телефоном, чтобы сообщить об этом в Единый операционный центр в штаб-квартире Секретной службы.
«Это парни в толпе, — говорит один из агентов. — Вы бы не узнали, что они здесь, а они со стороны наблюдают за всем, что происходит во время проведения мероприятия и во время подготовки к нему».
Эти агенты стараются думать как тот, кто охотится на политиков: каким образом этот человек мог бы нарушить безопасность: «Их работа — разобрать досконально наш план до того, как наступит решающий момент. Их работа — сказать: вот здесь у вас дыра, здесь ваше слабое место, скажите-ка нам теперь, как вы собираетесь заделать эти прорехи?»
Технический персонал делает фотографии толпы во время мероприятий с участием президента. Эти изображения сравниваются с фотографиями, сделанными во время других событий — иногда с использованием программного обеспечения, позволяющего распознавать лица — чтобы узнать, продолжает ли определенный индивид посещать такие мероприятия.
Со времени покушения на Форда президенты, как правило, носят пуленепробиваемые жилеты когда участвуют в публичных мероприятиях. Сейчас это бронежилет из синтетического материала «кевлар» типа три, который способен защитить от пуль большинства пистолетов и ружей, но не от более мощного оружия. Агенты в группах охраны президента и вице-президента должны носить такие же во время публичных мероприятий, но некоторые агенты предпочитают этого не делать. Хотя эти жилеты и были улучшены, они по-прежнему неудобны и в жаркий день могут сделать жизнь невыносимой.
«Вы должны находиться в состоянии повышенной бдительности, — говорит бывший агент Джерри Пэрр, возглавлявший группу охраны президента Рейгана в время, когда на него было совершено покушение. — В двадцатилетний период до покушения на жизнь Рейгана у нас одного президента убили, в одного стреляли и ранили; ранили и оставили парализованным губернатора, дважды совершали покушение на Форда и убили Мартина Лютера Кинга. Вы знаете, что все это где-то рядом. Вы только не знаете где».
Глава 12
Сыромятная кожа
В отличие от Джимми Картера, Рональд Рейган всегда с уважением обращался с агентами Секретной службы, экипажем президентского самолета, горничными и дворецкими Белого дома.
«Картер зашел в кабину пилотов всего один раз за те два года, что я работал с ним, — говорит Джеймс Баззели, бортинженер президентского самолета. — А вот Рейган никогда не всходил на борт и не покидал его без того, чтобы не просунуть голову в кабину и не сказать: „Спасибо, ребята!“ или „Хорошего дня, парни!“ Он [Рейган] был таким же приятным человеком при личном общении, каким он представал на публике».
«Однажды в Рождество, которое он проводил на ранчо, президент подошел ко мне и извинился, что я вынужден быть вдали от своей семьи в это время, — рассказывает бывший агент Клифф Барановски. — Много раз они угощали нас едой с праздничного стола. Я совсем этого не ожидал, но иногда они настаивали».
Бывший агент Томас Блеча вспоминает, что, когда Рейган впервые участвовал в президентской гонке, он вышел из дома в Бель-Эйр, чтобы ехать на «Ранчо-дель-Сиельо», ранчо Рейгана севернее Санта-Барбары, площадью в двести восемьдесят три гектара. Другой агент заметил, что у Рейгана был при себе пистолет, и он спросил, зачем ему оружие.
«Ну, если вы, ребята, не справитесь, я смогу помочь», — отвечал Рейган, чье кодовое имя было «Сыромятная кожа»[28]. Рейган признавался одному агенту, что во время своей первой поездки в Советский Союз в качестве президента в мае 1988 году он держал оружие у себя в портфеле.
Одно время Ист-Экзекьютив-авеню была перекрыта, и, когда кортеж Рейгана выезжал из Белого дома, он ехал по улице И-стрит и по 15-ой улице вместо Пенсильвания-авеню перед Белым домом. Поэтому, если Рейган не выглядывал из окна Белого дома, он не видел демонстрантов, протестующих против ядерного вооружения, которые стояли лагерем напротив Пенсильвания-авеню в парке Лафайет. Как-то раз, после того как Ист-Экзекьютив-авеню была снова открыта, агент Патрик Салливан был за рулем, в то время как Рейган выглянул в окно своего лимузина. Рейган увидел постоянного демонстранта в парке Лафайет, который приветствовал его фашистским салютом «Хайль Гитлер!», когда машина проезжала мимо него.
«Этот джентльмен был здесь все время и у него были с собой плакаты, — вспоминает Салливан. — Это был мирный протестующий. Мы ехали в президентском кортеже по Ист-Экзекьютив и повернули налево на Пенсильвания-авеню. Этот демонстрант был очень удивлен, потому что он протестовал здесь уже год и никогда не видел, чтобы кортеж следовал по этому маршруту».
Демонстрант выпрыгнул вперед.
«Он начинает выбрасывать руку, приветствуя президента Рейгана салютом нацистов, — рассказывает Салливан. — Он начинает вопить: „Хайль Рейган! Хайль Рейган!“ Президент видит его и его фашистское приветствие. Президент был так шокирован и огорчен, что сказал нам: „Видели этого человека, который приветствовал меня нацистским салютом? Почему он это сделал?“»
Хотя это, казалось, был риторический вопрос, но Рейган явно хотел услышать ответ.
«Господин президент, он стоит здесь все время. Он сумасшедший, — сказал президенту Салливан. — Больше он ничем не занимается. Они поставили здесь палатки. И этот мужчина проводит здесь все свое время».
«А, понятно», — ответил Рейган.
«Это было очень на него похоже, — говорит Салливан. — Как только он понял, что этот человек не в себе, он принял это. Он просто не хотел, чтобы обычные граждане так к нему относились. Рейган был искренним, разумным человеком. И, я думаю, это ранило его чувства, когда он увидел нацистский салют в свой адрес».
Довольно часто Рейган тайно выписывал личные чеки людям, которые писали ему о своих злоключениях.
«Рейган был известен тем, что поднимал реактивные самолеты военно-воздушных сил ради транспортировки детей, нуждающихся в операции на почках, — говорит Фрэнк Келли, составлявший черновики посланий президента Конгрессу. — Это то, о чем публика никогда не знала. Он никогда не хвастался этим. Я вручал его чеки на четыре или пять тысяч долларов людям, которые писали ему письма. Он всегда говорил: „Не говори никому. Я сам был беден“».
Хотя Рейган предпочитал видеть лучшее в людях, он не был наивным. Как-то раз Рейган выступал в Университете Джорджтауна. Когда кортеж ехал по Эм-стрит к Белому дому, Рейган заметил человека в толпе.
«Ребята, смотрите, — сказал агентам Рейган. — Парень тут показывает мне палец, вы это видели?»
Рейган начал махать в ответ, улыбаясь.
«Мы проезжали мимо, а он все еще махал и улыбался, приговаривая: „Ну привет, сукин ты сын“, — вспоминает агент Деннис Чомэки, подражая утрированно-угодливой манере Рейгана.
Однажды в пятницу, ближе к вечеру, Рейган уехал из Белого дома в Кэмп-Дэвид. Агент Салливан работал в помещении W-16, офисе Секретной службы, расположенном под Овальным кабинетом.
«В это время какой-то парень подошел к северо-западным воротам с живой курицей, требуя пропустить его к президенту, — рассказывает Салливан. — Он сказал, что хочет совершить жертвоприношение для президента Рейгана. И он насадил курицу на ограду Белого дома. Просто взял курицу и насадил ее на пику ограды».
Охранник арестовал его, и он был отправлен на психиатрическое обследование в больницу Святой Елизаветы.
Когда Рейган должен был ехать в Спокан, штат Вашингтон, в 1986 году, Пит Доулинг работал в группе по подготовке визита, направленной для изучения обстановки. Помимо оценки уже известных Секретной службе угроз, в его обязанности входило общение с сотрудниками местной полиции, ФБР и других организаций, которые могли иметь данные о возможных угрозах.
Однажды вечером Доулингу позвонили из полиции, чтобы сообщить, что пожилая пара, остановившаяся в отеле «Бест Вестерн» в центре города, обнаружила большую бумажную салфетку на полу лифта. На салфетке были какие-то рисунки, и супруги рассмотрели ее повнимательнее. Казалось, на салфетке была изображена схема Колизея Спокана, где Рейган должен был выступать через четыре дня.
