Читаем без скачивания Не ложись поздно - Р. Стайн

Позже, я расхаживала по комнате взад и вперед. Я то скрещивала на груди руки, то опускала их, сжимая и разжимая кулаки.

Я не знала, куда деваться. Хотелось выпрыгнуть из собственной кожи и улететь прочь. Сбежать. Я не хотела быть самой собой. Я не хотела быть человеком, которого все окружающие считают безумным, объектом всеобщей жалости.

Звонила Сэралинн, но я не отвечала. Она прислала эсэмэс: Ты где?

Я и на него не ответила. Я начинала подозревать, что не такая уж она хорошая подруга. Почему они с Нейтом так часто проводят время вместе? У меня было ощущение, что между ними что-то есть.

Никаких доказательств не было. Только ощущение. Очень сильное ощущение.

Мне отчаянно хотелось довериться кому-нибудь. Кому-нибудь, кто поверил бы мне. Но я легко могла представить выражение фальшивого сочувствия на лице Сэралинн. Я буквально слышала, как она предлагает мне обсудить это с моим лечащим врачом.

Кому я могу довериться?

На маму надежды нет. Нейт даже не смотрел мне в глаза, когда мы сидели друг напротив друга в полицейском участке. Может, обсудить это с Айзеком? Ну уж нет.

Я расхаживала по комнате, а в голове теснилось столько вопросов, что я ощущала, как кровь стучит в висках. До автокатастрофы я никогда не маялась с головой, теперь же чувствовала, что давление все нарастает, и лоб готов взорваться.

Что тем вечером делала Саммер Лоусон возле дома Бренды Харт?

Она пришла повидаться со мной. Она хотела предупредить меня насчет Нейта.

Но… что не так с Нейтом? Я вдруг поняла, что не столь уж и хорошо его знаю. Нет, конечно, меня тянуло к нему, и он, кажется, обо мне заботился…

Так что же хотела сказать мне Саммер?

Разве что… разве что… Не связано ли это как-то с его коллекцией ужасов?

Ни в коем случае.

Конечно, у Нейта есть всякие маски, киноафиши и реквизиты из старых фильмов ужасов. Но мало ли кто любит ужасы?

Нейт собирает все эти прибамбасы забавы ради. Это не значит, что он воплощает ужасы в жизнь. Это не значит, что он в самом деле мечтает изображать психованного убийцу с топором или носиться по округе, потрясая бензопилой.

Это полный бред.

Так о чем же хотела предупредить меня Саммер? Что не так с Нейтом?

Когда я спросила его напрямик, он лишь отшутился. Сказал, что она просто ревнует. Что у нее с головой не в порядке.

Я бросилась ничком на постель. К глазам подступили слезы, но я усилием воли подавила желание зареветь.

— Какой кошмар, — пробормотала я себе под нос. — Какой ужасный кошмар.

Ни за что не хотела я возвращаться в этот дом на Фиар-Стрит. Ни за что не хотела я снова встретить демоническое создание или проходить мимо того места, где убили Саммер. Убили — и съели.

Но разве есть выбор? У нас с мамой ни гроша за душой. Мама не может выйти на работу из-за руки. Я должна сохранить за собой место. Я должна вернуться туда. И если уж на то пошло, я прикипела душой к Гарри. И не хотела бросать его.

Кому я могу все рассказать? Кому? Никогда в жизни не чувствовала я себя такой одинокой.

Конечно, разумней всего было бы обратиться к доктору Шейн. Она всегда была ко мне добра и заботлива. Она могла бы выслушать. Могла бы понять. Но она врач. Она не поверит в то, что демоническое создание существует на самом деле.

Я не могла довериться ей уже по той самой причине, по какой регулярно ее посещала. Я не хотела, чтобы меня перевели на таблетки. Я не хотела, чтобы меня считали больной. Я знала, что не больна. Все было на самом деле.

А потом в памяти возникло лицо. Лицо того, кто, без сомнения, мне бы поверил. Лицо того, кто всегда воспринимал меня всерьез. Единственного человека, которому я всегда могла довериться.

— Мне не хватает тебя, папа, — прошептала я в подушку. — Как мне тебя не хватает…

В среду утром, в промежутке между парами, я вытащила Нейта из читального зала и мы тайком ускользнули из школы. Стоял теплый весенний день. В безоблачной голубой выси сияло яркое солнце, и воздух благоухал свежестью.

Держа Нейта за руку, я потащила его через студенческую парковку к задней стороне школы. Среди машин я узнала зеленую «хонду» Айзека, с гитарой, стоявшей на заднем сидении. Стойка для велосипедов была переполнена, и несколько не поместившихся были просто свалены рядом.

— Куда ты меня тащишь? — спросил Нейт. Оба мы попеременно бросали взгляд на окна школы, дабы убедиться, что нас никто не видит.

— Тс-с-с-с-с. — Я прижала палец к его губам и подвела его к дальнему краю парковки, где мы укрылись за высоким внедорожником. — Я хочу с тобой поговорить.

Он пригладил волосы и улыбнулся. Потом обнял меня рукой за талию и подтянул поближе к себе.

— Нам положено быть в читальном зале. Рисково. Но я люблю рисковать.

Он поцеловал меня, сначала нежно, потом прижался губами сильнее, приоткрыв рот.

— Нет. — Я отвела голову назад. — Я хочу поговорить. Серьезно.

Он засмеялся и поцеловал меня снова, крепко прижимая к себе, чтобы я не могла улизнуть. Я ответила на его поцелуй. Он мне действительно нравился. Но потом я вывернулась из объятий Нейта.

Оба мы тяжело дышали. Я схватила его за руки и оттолкнула.

— Ты не понимаешь, Нейт. Мне необходимо с тобой поговорить. Я в отчаянии.

Его улыбка померкла. Он посмотрел мне в глаза.

— Поговорить?

Я все еще чувствовала вкус его губ.

— Больше не с кем, — сказала я. — Мне нужно, чтобы хоть ты поверил.

— Насчет существа, что ты видела в доме?

Я кивнула.

— Да. Оно было настоящим, не только в моей голове. Я не вообразила его, Нейт.

Он нахмурился.

— Ты же знаешь, Лиза, я обожаю ужасы. Фильмы, игры и прочее. Но поверить в такое все же трудновато…

— Меня предупреждали насчет Улицы Страха, — сказала я. — О зловещих делах, что там творятся. Тебе не кажется, что может быть…

Он покачал головой.

— Лиза, ты стала воображать всяких тварей после автокатастрофы.

Я почувствовала прилив гнева.

— Но убийство-то Саммер я не вообразила, не так ли?

Он взял меня за руку.

— Прости, — пробормотал он. — Ты очень расстроена.

— Я не просто расстроена, Нейт. Я… я… — Я не находила слов.

— Тебе нужно остыть, — сказал Нейт, сжав мою ладонь. — Больше тебе ничего не остается. Помнишь, доктор Шейн говорила тебе, что это все шуточки твоего подсознания?

Я кивнула.

— Да, она так говорила, — проговорила я шепотом.

Но в следующий момент я вырвала руку. И отступила на шаг.

ПОСТОЙТЕ-КА минуточку, подумала я. Не помню, чтобы передавала ему, что говорила мне доктор Шейн.

Откуда ЕМУ знать, что говорит мой лечащий врач?

Я вдруг поняла, что неотрывно смотрю на царапины на лице Нейта. Кожу на загривке стянуло холодом.

Саммер хотела предупредить меня насчет Нейта, и теперь Саммер мертва.

А на лице Нейта остались эти длинные царапины, тянущиеся по обеим щекам. От шипов розового куста? Правда?

Нейт весь исцарапан. Саммер мертва.

Неужели я следующая?

Неужели мне нужно бояться Нейта?

Это безумие, решила я. Совсем уже крыша съезжает. Нейт — всего лишь Нейт.

Я вдруг поняла, что все еще тяжело дышу. Если б только я могла отринуть эти бредовые мысли! Надо поговорить с ним насчет доктора Шейн. А эти царапины он действительно мог заработать, наткнувшись на розовый куст в темноте.

— Нейт, — сказала я, — мне очень нужно, чтобы ты мне поверил. Мне нужно, чтобы ты…

— Можно тебя спросить? — перебил он, взмахом руки отгоняя муху. Я не могла разобрать выражения его лица. Он сузил свои темные глаза, глядя на меня.

— Конечно, — сказала я.

— Что у вас с Айзеком?

— А? — Вопрос застал меня врасплох. И прозвучал он как обвинение.

— Ты и Айзек, — повторил он. — Я видел, как ты целовалась с ним.

Я не выдержала. И рассмеялась.

— И ты все время держал это в себе?!

— Ничего смешного, — отрезал он. — Ты и Айзек…

— Нет, — сказала я. — Это ничего не значило. Не думай об этом. — Я шутливо пихнула его. — Не будь дураком. У меня нет чувств к Айзеку. Собственно, мы говорили с ним обо мне и моей работе.

Он кивнул.

— Ладно. Ладно. Проехали. — Он поглядел через мое плечо на здание школы. Поблизости никого не было. Никто не видел нас.

— Честное слово, неохота мне снова идти в этот дом, — сказала я. — Знаю, что ты мне не поверишь, но это существо было настоящим. Что если он решил убить меня следующей?

Нейт почесал в затылке.

— А ты не можешь просто забить и никогда туда больше не возвращаться?

— Нам с мамой нужны деньги. А Бренда платит по триста баксов в неделю.