Это просто реакция мужчины на женщину. И раз он знает, в чем дело, то все под контролем. Он налил теплое молоко в чашку и, добавив в него кофе, сделал глоток.
— Проклятье! — Алекс поставил чашку на стол и посмотрел на то, что только что приготовил. Он же пьет черный кофе, по крайней мере пил, пока не познакомился с Дейзи.
Он провел рукой по лицу. Ты в беде, Стоун. В большой беде. И это только начало.
* * *
— Дез, клянусь, что вернусь к премьере. Я просто не могу упустить такой шанс.
— Хорошо, Кевин. Но если тебя не будет здесь на следующей неделе, я заменю тебя другим актером.
Она так и сделает, если, конечно, найдет кого-нибудь на роль жениха. Пока все студенты — будущие актеры, которые решили остаться на лето в городе, — были либо заняты в других постановках, либо не способны вообще что-нибудь сыграть.
— Ты поговоришь с Алексом?
Дейзи колебалась.
— Мне не нравится это, Кевин. Тебе не кажется, что ты сам должен все рассказать? В конце концов, он твой брат. Я уверена, он все поймет.
— Ха! Ты не знаешь Алекса. Слышала бы ты, какой тирадой он разразился, когда я сказал, что хочу жениться. Клянусь, не откажи мне Дженни, Алекс нашел бы способ помешать нашей свадьбе.
— Не в этом дело, — рассуждала она. — Как ты хочешь прожить свою жизнь? До сих пор ты давал Алексу понять, что театр для тебя не больше чем хобби, способ знакомиться с девушками. Пришло время сказать ему, что. ты хочешь быть актером, а не адвокатом.
— Я пытался.
— И?..
— Спорил со мной, убеждал меня, что я не прав. И когда я пытался объяснить ему, что не хочу жить, как он, то... ну, не уверен, но похоже, я его обидел.
Дейзи почувствовала, как сжалось ее сердце. Она не сомневалась, что слова брата причинили Алексу боль.
— Пожалуйста, Дез, поговори с ним. Он воспримет новость лучше, если услышит ее от тебя.
Она сомневалась в этом.
— Мы едва знаем друг друга. Ты же его брат.
— Зато я очень хорошо знаю своего братца. Поверь мне, будет гораздо лучше, если это скажешь ему ты, а не я.
— Почему же?
— В его голосе было что-то, когда мы заговорили о тебе... Мне пришло в голову, что мой старший брат запал на тебя. Кто знает? Может, он даже в тебя влюблен.
— Минуту.
Что-то упало, и Алекс разразился проклятьями.
Он лихо распахнул дверь, и взору Дейзи предстал его обнаженный торс. На нем были только синие джинсы, он даже не обулся. Похоже, я даже не нравлюсь ему, подумала Дейзи, взглянув на его хмурое лицо.
Алекс щелкнул выключателем и вздохнул.
— Здорово. Лампочка перегорела.
— Ничего страшного. Сегодня такая яркая луна, что все видно и без нее.
Она колебалась, уже сожалея о своем решении прийти сюда.
— Извини за поздний визит. Надо было прежде позвонить. Если я не вовремя, то могу прийти утром.
— Да нет, — он провел рукой по влажным волосам. — Время нормальное. Просто я в плохом настроении. Проклятая жара! Я только что из душа. И это не особо помогает. Не представляю, как можно жить в такой духоте.
— Человек ко всему привыкает.
— Вряд ли мне удастся.
— Как раз сегодня не слишком-то и жарко. Самый жаркий месяц — это август. А сейчас на улице очень даже свежо.
— Возможно.
Синяки под глазами, щетина. Дейзи не видела его три дня, и теперь даже такой Алекс казался ей красавцем. Он выглядел таким одиноким и совсем не Алексом...
О Боже! Она действительно влюбилась в него. Но эта любовь обречена на крах и пройдет, как всякая тяжелая болезнь, потому что Алекс не чувствует того же.
— Ты в порядке?
Нет, она совсем не в порядке. Она любит человека, который не верит в любовь.
— Я... да.
— Уверена? Ты побледнела. Может, зайдешь, водички выпьешь?
— Нет! Все хорошо. — Ни за что она не зайдет в этот дом, чтобы не мучить себя воспоминаниями о том дне, когда была здесь с ним вдвоем, чтобы не думать об его объятиях и поцелуях.
Он задумчиво сдвинул брови, изучая ее, и ждал.
— Ты что-то хотела сказать?
— Я... мне нужно поговорить с тобой. Если ты хочешь одеться, я подожду тебя здесь на веранде.
Алекс с удивлением оглядел себя, будто и не знал вовсе, что стоит без рубашки и ботинок. Затем медленно перевел взгляд на Дейзи.
— Может, я все-таки зайду утром?
— Нет. Очень многие вопросы и так слишком долго остаются невыясненными. Подожди секундочку, я только рубашку накину.
Оставив дверь приоткрытой, он скрылся в коттедже.
— Уверена, что не хочешь зайти? — послышалось из спальни.
— Да, спасибо. На улице очень хорошо. Такой приятный ветерок...
Она села на качели и стала ждать.
Он подошел, сел рядом с ней и оттолкнулся одной ногой от земли. В воздухе повисло напряженное молчание, и только скрип старых качелей нарушал тишину.
— Я полагаю, ты уже говорила с Кевином и знаешь, что все его свадебные планы рухнули.
— Да, он поделился со мной.
Дейзи украдкой взглянула на него. Алекс надел рубашку, но не потрудился застегнуть ее или хотя бы заправить в джинсы, и теперь она не могла оторвать взгляд от капелек воды, которые стекали с волос на грудь и скользили вниз по дорожке из темных волосков. Она сделала над собой усилие и подняла глаза.
— Похоже, он неплохо держится.
Алекс пожал плечами.
— Как я ему уже сказал, — он снова оттолкнулся, и качели возобновили свое монотонное движение, — это к лучшему. Женитьба была бы большой ошибкой, — сказал он убежденно.
Ошибка, которую Алекс не совершит никогда, с досадой подумала Дейзи. Нет, Александр Стоун слишком умен, чтобы позволить себе поддаться такому бесполезному чувству, как любовь. Тогда как ей не остается ничего другого. Страсть и нежность к этому мужчине полностью завладели ею. Он покорил ее своим стремлением спасти младшего братишку, даже если его абсолютно не от чего спасать. Алекс даже не представляет, насколько его одиночество и ранимость очевидны ей.
— Думаю, ты здесь насчет коттеджа, — сказал он. — Я же сказал, что уезжаю и что ты можешь снова сдавать дом. Все остается по-прежнему. Я серьезно. Я не намерен разрывать договор аренды и требовать какого-либо возмещения.
Дейзи не проронила ни слова. Это очень щедрое предложение, которое она не сможет принять. Она сделает все, чтобы вернуть ему деньги.
— Только тебе придется подождать несколько дней. Я обещал Кевину, что дождусь его возвращения. Надеюсь, мне удастся его вразумить и он продолжит учебу.
Здорово! А она здесь для того, чтобы разрушить его планы. Как она позволила втянуть себя в эту неразбериху? Ответ был известен заранее. Каждый раз она оказывалась безоружной, как только кому-нибудь из ее друзей необходима была ее помощь. Просто не могла сказать «нет».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
