Один казак громко рассмеялся. Солдат НКВД вывел его и поставил перед оратором.
«Саботажник!» — прокричал Фолькерзам.
«Прикажите его расстрелять?»
«Позже!» — оборвал его Фолькерзам и продолжал: «Вы должны мне быть благодарны, что наше появление здесь удержало вас от дезертирства. Несмотря на это, я дам вам пример. Казаки, направо! Украинцы, вперед! Давай, давай!»
После того как всех поделили по национальностям, Фолькерзам приказал: «Казаков отвести к северу. Я сейчас подойду!»
Взвод ушел в ночь. Вскоре был найден атаман казаков, которого посвятили в план. Когда казаки подходили уже к немецким рубежам, вместо расстрела устроили фейерверк. Таким же образом были отделены и другие национальности. Позади остались только русские.
Лейтенант Фолькерзам, которого звали теперь майор Трухин, собрал своих «солдат НКВД», посадил их на русские машины и вместе с русскими поехал в направлении Майкопа. Вскоре они едва продвигались через заторы на дороге, но «майору НКВД» удавалось пробивать путь.
Мост у Армавира охраняли настоящие войска НКВД, они регулировали движение и давали указания подходившим воинским частям. Это было уже 2 августа. Лжемайор НКВД вышел из машины, подошел к настоящему полковнику НКВД и хотел доложить:
— Товарищ полковник...
— А, это наконец-то вы? Мы вас давно ждем. Как ваша фамилия?
— Майор Трухин из бригады имени товарища Жданова. Мы прибыли из Сталинграда со специальным заданием...
— Здесь вы мне не нужны. Освободите дорогу! — на этом разговор с нервным полковником НКВД закончился.
Лжемайор НКВД Трухин соединил свою колонну с той, что шла впереди. Приехал в Майкоп и остановился прямо перед штабом войск НКВД. На лестнице он повстречался с офицером, который видел барона Фолькерзама в степной деревне. Он уже доложил в штабе о «ликвидации» казаков. Лучшего начала нельзя было и ожидать. Чуть позже генерал НКВД жал руку лже-Трухину и отдавал распоряжение о размещении его людей на квартиры в соседнем доме.
Фолькерзам выставил часовых и обсудил со своими людьми дальнейшие задачи. Отдельные группы должны были сначала разведать места расположения нефтяных складов и нефтепромыслов, а затем разработать план, как предотвратить их подрывы. Сам Фолькерзам хотел отправиться на фронт, чтобы предотвратить большие потери немецких войск в случае их наступления, которое не должно было начаться раньше 8 августа. Во время вечерней выпивки генерал НКВД предложил лжемайору поехать на следующий день на фронт с инспекторской поездкой. Вот счастливое совпадение!
На следующий день они вдвоем выехали на фронт. Трухину удалось в нескольких местах убедить генерала не массировать артиллерию, а разместить ее равномерно по фронту. Фолькерзам добился этого, потому что на этом направлении немцы намечали нанесение главного удара.
До 7 августа была проведена разведка объектов и подготовлены планы. К этому времени 13-я танковая и 16-я пехотная (моторизованная) дивизии подошли к Майкопу. В городе воцарился хаос. Обозы и штабы потянулись в горы. Немцы, переодетые в форму НКВД, точно знали свои задачи. Фолькерзам с небольшим отрядом отправился на фронт, так как там в последнюю минуту оборона все же была снова усилена, именно на участке, где ожидался главный удар немцев.
Ну а потом началась серия последовательных ударов. Вечером 8 августа авангарды 13-й танковой дивизии стояли под Майкопом. Люди Фолькерзама сначала взорвали советский узел связи. Никто из русских не заподозрил, что взрыв произошел не из-за немецких снарядов, а был устроен тремя людьми из группы Фолькерзама. Все линии связи были оборваны.
В то же время отряд немцев, переодетых в форму войск НКВД, захватил телеграфную станцию. На все запросы давался один и тот же ответ: «Город оставлен. Телеграф прекращает свою работу!» Это внесло еще больше путаницы. Ни одна из воинских частей не хотела отставать. Все устремились в горы.
Очень сложно было предотвратить взрывы важнейших нефтепромыслов, находившихся друг от друга на большом расстоянии. Не везде переодетым немцам удалось убедить охрану присоединиться к отступавшим. В пригороде Макде нефтепромыслы были взорваны, а нефтехранилища подожжены.
В ночь на 9 августа 13-я танковая дивизия форсировала Лабу. После нескольких мелких боев в 15 часов три штурмовые группы 13-й танковой дивизии ворвались в Майкоп.
В первой ударной группе у северо-восточной окраины на высотах у села Калмыково было девять бронетранспортеров 1-го батальона 66-го полка боевой группы Кризолли. Вдалеке в долине лежал Майкоп. Непрерывно в направлении Майкопа поспешно отходили русские колонны. Облака пыли закрывали всю долину. Но бронетранспортеры ударной группы были пока одни. Главные силы боевой группы из-за подрыва мостов далеко отстали. Генерал Герр, находившийся в авангарде, приказал наступать дальше.
Немецкие части продвинулись до села Калмыково и к реке Глага, мост через которую был взорван. Нашли брод. К этому времени подошли остальные части. Вновь приданный ударной группе 2-й батальон специального назначения «Бранденбург» и танки боевой группы фон Рачека пошли в атаку.
Герр отдал новый приказ — 1-й батальон 66-го полка выдвинулся для обеспечения левого фланга, но в лесу втянулся в бой, который по приказу командира дивизии был прекращен. Мотопехотный батальон Брукса получил новую задачу: «1-му батальону 66-го мотопехотного полка наступать на Майкоп и перед ним захватить мост!»
Атака началась в 13 часов. Во главе на четырех русских грузовиках продвигался взвод «бранденбуржцев» под командой лейтенантов Прохазки и Зойберлиха. На первой машине — говорящий по-русски лейтенант, а в машинах — солдаты, чувствовавшие себя в Майкопе как дома. Во главе 1-го батальона 66-го полка шел взвод лейтенанта Отте из 3-й роты. 1-й батальон 66-го полка прикрывала батарея 13-го артиллерийского полка. Северо-восточный въезд в Майкоп был хорошо виден в лучах яркого солнца. Ведущие к нему большие широкие дороги были еще забиты многочисленными колоннами противника.
Взвод «бранденбуржцев» увеличил скорость и скрылся в городе. За ним последовали бронетранспортеры. Не высовывалась ни одна голова. Квербет продвигался в сдержанном темпе, чтобы дать возможность батальону подтянуться.
«Бранденбуржцы», переодетые в русскую форму, продвигались по городу очень медленно. Их остановил советский генерал и спросил, какое задание они выполняют. Находчивый лейтенант «бранденбуржцев» доложил:
— Нам дали приказ усилить охрану моста!
— Давайте быстрее, — напутствовал их генерал.
«Бранденбуржцы» застали мост неповрежденным. Прямо на мосту они присоединились к взводу охраны.
— Слезай! — с криком «ура!» взвод бросился на охрану, захватил мост и создал маленький плацдарм. В рукопашной схватке погиб лейтенант Прохазка. Командование принял на себя лейтенант Зойберлих. «Бранденбуржцев» атаковали со всех сторон, но они держались до тех пор, пока не подошли подкрепления. Тем временем майор Брукс со своим батальоном въехал в город. Бронетранспортеры мчались мимо вражеских колонн. Гренадеры вели огонь из бронетранспортеров на ходу, бросали ручные гранаты. Перед зданием штаба еще стоял советский часовой. На улицах попадались гражданские люди с повязками на рукавах и винтовками.
На полном ходу подошел взвод Отте, спешился и перебежал через реку по мосту на другую сторону реки. Бронетранспортеры освободили улицу и спрятались в укрытие. Потом стали подходить остальные. Но мост уже находился под сильным минометным огнем.
Майор Брукс направил 2-ю роту в обход. Люди прошли через реку по грудь в воде, но перебрались на другой берег и фланкирующим огнем не дали русским сосредоточиться у плацдарма.
Когда майор Брукс и его адъютант проскочили через мост, исход боя уже был решен в пользу батальона. Два сапера после короткой рукопашной с двумя русскими солдатами сбросили подрывные заряды из-под пролета моста в реку. Тут как раз подошли первые танки. Минометная мина угодила в командирский танк. Было убито шесть офицеров, среди них — командир 1-й роты 66-го мотопехотного полка обер-лейтенант Шмидт, среди раненых оказались командир 1-го батальона 4-го танкового полка майор Монтфорт и адъютант 1-го батальона 66-го мотопехотного полка обер-лейтенант Пальм.
Противник попытался сводными отрядами уничтожить маленький плацдарм. Взвод Отте и «бранденбуржцы» отбили все атаки, иногда переходили в штыковую. Большие неприятности переправе доставляла зенитка противника, хорошо укрытая за песчаной дюной. Майор Брукс понимал, что это орудие надо непременно уничтожить. Ему не пришлось долго спрашивать, кто отважится на это. Фельдфебель и солдат из 3-й роты 66-го полка подползли к зенитке и заставили ее замолчать. Теперь можно было приступать к расчистке моста. Четверых солдат отправили в кабины грузовиков, стоявших на мосту. Стоявшему перед въездом танку типа IV из 1-го батальона 4-го танкового полка отдали распоряжение въехать на мост и протолкнуть грузовики. Танк двинулся вперед и, словно паровоз вагоны поезда, сдвинул грузовики друг с другом и протолкнул их перед собой. Потом машины опрокинули в придорожные канавы. Мост был свободен. По нему покатили танки 1-го батальона и расширили плацдарм, действуя во взаимодействии с подошедшими подкреплениями. У дороги, шедшей в поперечном направлении через сады, была снова организована оборона, с тем чтобы провести здесь ночь.
