такие маги оказываются сильнее. Соответственно они просто вливают больше силы (духов) в свои барьеры, компенсируя все недостатки.
Услышав это, Эрис радостно улыбнулась, и почему-то посмотрела на Зигфрида, само собой, намека тот явно не понял.
— Теперь следует выяснить, какой чувствительностью к магии вы обладаете, и видит ли кто-либо из вас тонкие уровни бытия. И если первое мы будем определять тестом, то по поводу второго достаточно спросить. Ну, кто-либо обладает виденьем тонких материй?
Взволнованная, и с румянцем на щеках, Аой подняла свою хрупкую ручку.
— Хорошо, мисс Аой будет заниматься по отдельной программе. Теперь касаемо чувствительности, сейчас я направлю на каждого из вас по десять нитей энергии, а вы должны честно сказать, сколько из них смогли почувствовать, ясно? Молчание знак согласие, Аой не подсказывай своему брату, поняла?
Девочка тут же кивнула и с извиняющимся видом посмотрела на брата, тот в свою очередь лишь улыбнулся.
«Глупая мне и не нужна была твоя помощь, — подумал он».
— Так, закрыли глаза и сосредоточились, постарайтесь их почувствовать.
Все ученики последовали приказу Татьяны и закрыли глаза, даже Аой решила не отставать ото всех и тоже прикрыла дрожащие веки.
Так прошла примерно минута.
— Все достаточно, открывайте глаза, — убрав протянутую к ученикам ладонь, учитель вновь встала за свое место у доски, — так, есть люди, которые почувствовали меньше восьми нитей?
Молчание.
— Кто почувствовал девять?
Руку подняла лишь Эрис, честная, но обиженная на весь мир за свой результат.
— Кто почувствовал все десять нитей?
В этот раз руки подняли все кроме Клода, Кайла и Зигфрида.
— А сколько нитей почувствовала наша тройка избранных? — с лукавой улыбкой на лице спросила Татьяна.
— Пятнадцать, — радостно сказал Клод.
— Двадцать одну, — сдержанно, но величественно произнес Кайл.
— Пятьдесят, — как-то нервно изрек Зигфрид, до последнего хотевший соврать и сказать меньше.
После его слов Клод и Кайл скривились, будто отведав лимона, и в надежде посмотрели на учительницу, ведь возможно, к ним было просто послано меньше нитей. Но видя безбрежное восхищение последней, с бушующей радостью взирающей на Зигфрида, они отбросили эти мысли. Было ясно, что ко всем в классе послали по полсотни нитей, а слова до этого просто обманка.
— Чего и следовало ожидать от ученика прошедшего тест плетения на сто балов. С тобой Зигфрид мы тоже будем заниматься отдельно, будешь приходить на занятия вместе с Аой. Так, а теперь насчет остальных, с этого момента вы должны тренироваться следующим образом…
* * *
Первый день в академии магических искусств, неожиданно для всех затянулся вплоть до позднего вечера. Оказалась, что Татьяна Бельская была настоящим фанатиком своего дела, она больше пяти часов без остановки рассказывала и показывала своим ученикам основы плетения универсального барьера, а также умудрилась попутно объяснять стихийникам особенности их защитных техник с использованием природных элементов.
Многим такой напор пришелся не по душе, к тому же в первый день учебы, когда занятий вообще не должно было быть. Лишь трое по-настоящему прониклись уроком, а именно: Зигфрид, Кайл и Эрис.
Остальные хоть и сидели с лицами разной степени угрюмости, но вслух ничего не говорили, они все знали, зачем их сюда послали, и какая ответственность на их плечах, а потому нравится или нет, учиться нужно было тогда, когда дают, и желательно молча с улыбкой на лице.
И вот их наконец-то отпустили, и Зигфрид с пылающим взором и желанием немедля опробовать полученные знания, ринулся к выходу из классной комнаты.
— А разве джентльмен не должен подождать даму? — послышался голос позади него.
Зигфрид легко узнавал людей по голосу, и он прекрасно знал то милейшее создание, что так ласкало слух. Вот только вряд ли это обращались к нему, а если и к нему, то значит, от него что-то было нужно, а судя по нежности голоса, нужно было все и еще маленькую тележку.
«Да ну нафиг, — промелькнуло в его голове, и он ускорил шаг».
Но уйти далеко он не успел, чья-то нежная рука, мягко схватив его за предплечье, дернула парня назад, чуть не вывихнуло при этом плечо.
— Это грубо, друзья разве не должны уходить вместе? — бросила на Зигфрида хмурый взгляд, Эрис.
«Если мы не будем вести себя как друзья, все сразу раскусят нашу ложь, это будет провал, я снова буду одна. Не бывать этому».
— Эрис, я сейчас немного спешу, давай завтра поболтаем? — как ни в чем не бывало, сказал схваченный девушкой паренек, сам того не знавший, но являющийся отличным актером приспособленцем. Возможно, все дело было в его родителях, которым он постоянно хотел угодить, дабы его не били, либо же у него просто был талант.
— Ясно, — смутившись, Эрис не привыкшая чтобы посторонний называл ее просто по имени, отпустила руку Зигфрида и, взглянув на него напоследок, тихо добавила, — я ненавижу людей, которые не исполняют сказанного слова.
— Я тоже их не люблю, наверное, поэтому мы и друзья, да Эрис?
«Да как он может с такой рожей-то врать а? Ни стыда, ни совести. Брешет и не краснеет, и лыбиться постоянно, будто мы с детства знакомы. Подонок одним словом! — сгорающая от неловкости и смущения Эрис, начала краснеть, такое общение для нее было слишком необычным».
Оставив странно ведущую себя даму со своими мыслями, Зигфрид развернувшись к двери, чуть ли не поцеловал рядом стоящую Сильфию, коя мило улыбаясь, тепло смотрела на него.
От этого взгляда бросало в дрожь, хотелось отдать ей кошелек и идти с миром.
— Я занят, — безэмоционально сказал он.
— И чем же? — была как некогда мягка она.
— Мы с Кайлом и Клодом идем строить планы по покорению мира, — соврал, словно моргнул, он.
— Правда? — удивилась она, посмотрев чуть в сторону.
Также направив туда взгляд, Зигфрид с удивлением обнаружил двух ранее упомянутых персон. Лица парней были так непринужденно чисты, будто они и вправду собирались куда-то с Зигфридом, а не просто случайно только что подошли.
— А можно мне с вами? — поинтересовалась Сильфия.
— Это сугубо мужской клуб, — сказал как отрезал, дебильно улыбающийся Клод.
— К тому же он только для мастеров плетения, — нейтральным голосом вразумил, открывшую было рот, девушку, Кайл.
— Ясно, — лишь на секунду, на лице Сильфии промелькнуло недовольство и гнев, спустя же миг она снова улыбалась, — тогда увидимся завтра Зигфрид.
— Да конечно! — «надеюсь, что нет».
Дождавшись пока все, кроме трио лжецов, покинут класс, Зигфрид по-дружески обратился к прикрывшим его обман парням.
— Спасибо друзья, я ваш должник.
— О чем это ты, мы ведь в одном мужском клубе.
— Чего?
— Да и план по захвату мира
