Читаем без скачивания Тачдаун - Сола Рэйн

Уверена, «Золотых рыбок» это впечатлит. Ради бога, это впечатлит кого угодно.

– Вперед, Брэдшоу! Подожги этим высокомерным сучкам задницы! – Руби поднимает ладонь, и я с кислой улыбкой отбиваю по ней.

На стоянке «Уиды» меня встречает рыжеволосая подружка Кайлы, которая представляется как Фиби Коллинз. Мы с ней проходим через пост охраны, плутаем в лабиринте темных коридоров и через пару минут оказываемся в пустой раздевалке чирлидерш, где на меня моментально обрушиваются воспоминания о старшей школе.

Здесь даже пахнет так же, как в нашей раздевалке: цветочными духами, ментоловой мазью и лаком для волос. На сером ковролине разбросаны шпильки и полупустые бутылки с остатками апельсинового изотоника[53], на одной скамье валяются щипцы для укладки волос, на другой – банка тайского согревающего бальзама и чей-то розовый лифчик.

– Держи. Ты должна переодеться в нашу форму, – Фиби вручает мне вешалку с одеждой, которую достала из шкафчика. – Размер должен подойти.

– Почему Эссмэн предоставила мне возможность выступить, если ваш состав уже сформирован? – спрашиваю я, внимательно осматривая чирлидерскую форму, чтобы не было никаких подстав в виде дырок, булавок или чего-нибудь в этом духе.

– Кайла любит заниматься благотворительностью, – небрежно пожимает плечами Фиби.

– Ну да, – усмехаюсь я, окидывая ее взглядом с головы до ног. – Я вижу.

Ее тонкие губы недовольно кривятся.

– Одевайся, – грубо бросает Коллинз, хватаясь за ручку двери. – Буду ждать тебя в коридоре.

Оставшись одна, я быстро стягиваю с себя одежду, надеваю черный топ и красную юбку с белым кантом. Подхожу к зеркалу и отмечаю, что форма «Рыбок» сидит на мне идеально. Растираю похолодевшие от волнения руки, хватаю свой рюкзак и выхожу за дверь.

Услышав в коридоре знакомый голос, я останавливаюсь и поворачиваю голову на звук. Через приоткрытую дверь вижу крупную фигуру Чейза. Он стоит ко мне спиной, демонстрируя сексуальные ямочки на пояснице. Выпуклые ягодицы прикрывает низко повязанное на бедрах полотенце. Судя по обстановке – это раздевалка футболистов, и, очевидно, Чейз только вышел из душа. Значит, их тренировка уже закончилась.

Хвала небесам!

– Представьте, он тупо не увидел летящий мяч на фоне деревьев, – доносится другой мужской голос, и Чейз смеется, запрокинув голову.

Его смех такой искренний и заразительный, что я невольно улыбаюсь и тут же чувствую, как холод в руках внезапно сменяется теплом. Тревога отступает. Мышцы расслабляются.

«У меня все получится», – мысленно произношу я, сжимая и разжимая кулаки.

– Ну, ты идешь или как?

От неожиданности я вздрагиваю и оборачиваюсь. На пороге красной двери с табличкой «Выход» стоит Фиби и нетерпеливо топает ногой.

К нашему появлению на стадионе солнце уже садится за горизонт, освещая пурпурное небо последними косыми лучами. Высоко над полем, на огромных башнях, горят прожектора. В воздухе пахнет пылью и травой. Из динамиков играет ритмичная «Ain't My Fault» Зары Ларссон, отдаваясь легкой вибрацией в подошве кроссовок.

Несмотря на то, что тренировка «Пиратов» уже закончилась, на трибунах все еще полно людей. Среди них узнаю Поппи Дженкинс из Огайо, с которой познакомилась на лекции по психологии. Поппи машет мне рукой, и я отвечаю ей тем же. Затем перевожу взгляд на поле и вижу там «Рыбок». Они сидят прямо на траве, возле сорокаярдовой отметки, и о чем-то весело болтают. Я внимательно вглядываюсь в их лица, пытаясь понять, есть ли среди них тренер команды или может быть даже скаут[54], но непохоже, чтобы кто-то из девчонок сильно выделялся по возрасту. Мы подходим к ним ближе. Фиби садится рядом с Кайлой, а я бросаю на траву свой рюкзак и, обменявшись с «Рыбками» сухим приветствием, приступаю к разминке.

Честно говоря, я понятия не имею, как проходят такие пробы. В школе все было гораздо проще. В младших классах я начала усиленно заниматься акробатикой, и после нескольких побед в региональных турнирах и национальных соревнованиях школьный тренер по чирлидингу сама предложила мне место команде.

А что от меня требуется сейчас? Я ни черта не знаю. Поэтому после короткой разминки, решаю обратиться с этим вопросом к Кайле:

– Будут какие-нибудь инструкции?

– Свободная программа, – самодовольно заявляет Эссмэн, салютуя мне банкой диетической колы. – Разве хорошей чирлидерше недостаточно одной лишь только музыки, чтобы зажечь?

– Если я зажгу, первая загоришься, – бормочу себе под нос, отступая назад, чтобы освободить больше места для упражнений.

– Что ты сказала? – Ее черные глаза превращаются в узкие щели.

– Я говорю: окей, капитан. Свободная программа.

Кайла довольно кивает и переглядывается с Фиби, как будто между ними существует какой-то секрет.

Я решаю начать с простого. Выполняю пайк[55], затем взлетаю в той-таче[56] и безупречно приземляюсь. Внутри меня все оживает. Делаю фляк назад, наслаждаясь легким гудением в ногах, затем короткую связку – рондат и фляк. По венам разливается адреналин, превращая меня в гоночный болид. Ощущение безграничной силы посылает по моему телу приятную дрожь. Гордо выпрямляю спину и делаю переворот назад. Затем еще один. Идеально.

Краем глаза улавливаю какое-то движение сбоку. Поворачиваю голову и вижу, что толпа с трибун плавно перетекла на беговую дорожку, которая огибает поле, и все внимание приковано ко мне.

Ладно. Плевать на зрителей. У меня есть поводы для волнения и посерьезнее.

Например, моя коронная связка.

Чтобы ее выполнить, необходимо сосредоточиться. Эта сложная комбинация элементов требует максимального уровня концентрации. Каждый раз, когда она мне удается, я испытываю оргазм. И те, кто видит ее, наверняка, тоже.

«У меня все получится», – беззвучно повторяю я, и начинаю разгоняться для рондата.

Глава 15. Хантер

Внезапно музыка обрывается и один за другим гаснут все прожектора, погружая стадион в полумрак. Я резко останавливаюсь и моргаю, пытаясь привыкнуть к темноте, когда слышу громкий смех. Он звучит отовсюду. Мужской. Женский. Хриплый. Звонкий. Удивленный. Издевательский.

Что происходит?

Когда глаза немного приспосабливаются к сумраку, я оглядываюсь по сторонам, и моя грудная клетка туго сжимается вокруг сердца. Эти люди смеются надо мной. Все они: зрители, чирлидерши… Но почему?

В желудке возникает тревожное предчувствие. Быстро осматриваю себя и вижу большую светящуюся надпись «ШЛЮХА» на груди. Горло сдавливает спазм стыда. Великолепно. Просто, блять, прекрасно. Вот что случается с глупыми курицами, когда они соглашаются играть по чужим правилам.

Я поднимаю голову и яростно смотрю на Кайлу. Ее взгляд полон ликования. Не отрывая от меня глаз, она дважды хлопает в ладони, и из динамиков начинает звучать знаменитая мелодия песни Джо Кокера из фильма «Девять с половиной недель», под которую Ким Бесинджер танцевала стриптиз. Но на этом мой фестиваль позора не заканчивается. Одновременно с песней включаются все висящие вдоль поля экраны, на которых во время матча транслируют игроков и рекламу, и на них появляется бегущая строка: «ХАНТЕР БРЭДШОУ – ДЕРЕВЕНСКАЯ ПОТАСКУШКА».

Я втягиваю носом воздух и закрываю глаза, представляя, что мои веки – это бетонные стены, которыми я укрепляю свою оборону. Клянусь, никогда в жизни я не испытывала такого унижения.

Нет. Черт, нет.

Это все происходит с кем-то другим, не со мной.

– Что стоишь, шлюшка? – кричит во все горло Кайла. – Давай, двигайся! Нам всем уже не терпится посмотреть, на что способны твои распиаренные ноги.

Ее речь заканчивается аплодисментами и одобрительным свистом толпы.

Кайла находится в нескольких метрах от меня. Именно поэтому сука все еще дышит. Но сейчас я это исправлю.

Я сжимаю пальцы в кулаки и бросаюсь вперед. Мой план прост: нанести как можно больше ударов по ее ублюдочной морде, пока меня не оттащат.

Но не успеваю я сделать и нескольких шагов, как чьи-то крепкие руки обхватывают меня сзади за талию, удерживая на месте.

– Стой, стой, стой… – шепчет мне на ухо Чейз.

Ну, конечно. Какая вечеринка без футболистов?

Господи, просто дай мне умереть.

Я крепко зажмуриваюсь, а когда открываю глаза, передо мной возникает рассерженное лицо Каннинга. Он приподнимает мой