— Нет, всё обошлось, — успокоив учителя, я вернула ему на лицо лукавую улыбочку. Он как будто ждал от меня какого-то продолжения. — Правда, всё в порядке.
— Хорошо, — как-то загадочно, чуть ли не нараспев вымолвил он. — Идём.
Мы спустились до становящегося обычным места разлуки. Навстречу шел один из адептов, которого я ещё не знала. Интересно, не этот ли Сандо? И не этот ли его вчера отвлёк?
— Учитель Хенсок, я к вам, — поклонился он, и по голосу я поняла, что вчера не он был в бане. Если бы кто-нибудь из них заговорил шепотом, с взволнованным придыханием! Вот тогда бы я заодно и попыталась угадать самое главное.
— Да-да, Ходжун, я помню. Сопроводи меня только сперва до наших милых козочек, — похлопав парня по плечу, сказал старик, и я пронаблюдала, как он, в сопровождении юноши, удаляется по своим хозяйственным делам. Солнце яркими всполохами кралось по отвесным склонам, пробуждая горы, и в тонкой трели какой-то птички разворачивался, подобно книге шепчущейся страницами, очередной сентябрьский день. Печка и плита ждали меня и, в отличие от вчера, когда приятно было встать первой и ходить здесь, в не нарушаемом покое, сегодня я частично ненавидела дрыхнущих учеников, из-за которых спала каких-то четыре часа! Для меня это не норма. Не норма!
Поклёвывая носом, я слушала мастера Ли, держа спину из предпоследних сил. Для подачи последних оставался Джеро по правую руку. Во что бы я ни была переодета, а упасть лицом в чернила при видном молодом человеке не хотелось. Завтрак прошёл в каком-то таком же сонном бреду, так что смущающие меня теперь до немоготы Шуга и Ви пронеслись где-то около незамеченными, пока я крепилась, дабы не спать. Удивительно, что еду приготовила правильно! Но так обычно и бывает, что толком не выспавшись, сразу после пробуждения, когда надо что-то делать, ты вроде бы полна бодрости какое-то время, но когда повод шевелиться заканчивается, рубит, как топором осину.
— … наблюдательность людей почти безгранична, — вещал мастер Ли. — С помощью неё и логики можно открыть совершенно любые вещи. Египетские жрецы, за несколько веков до христианской эры (я говорю так для вашего, дети мои, удобства, пока вы не освоились с храмовым порядком), даже до рождения принца Гаутамы, установили, что Земля круглая, просто наблюдая за тенью, отбрасываемой предметами ближе к экватору, и дальше от него. Никакой техники, никаких научных и космических аппаратов. Только разум и зрение. И вот — правда перед нами. Известный всему миру философ Кант (не надо удивленных взглядов — и мне тоже, представьте себе, известный) без современных телескопов и компьютеров с максимальной точностью рассчитывал объемы и размеры далёких планет, скорость их вращения, пользуясь наблюдениями и умозаключениями. Как вы уже поняли, сегодня я расскажу вам о том, насколько ценной является наблюдательность, и как правильно её использовать. Итак, с помощью неё мы узнали, что Земля шарообразна, чуть приплющена на полюсах под эллипс, а сутки на Сатурне длятся десять с половиной часов, а так же, к примеру, что на тело, погруженное в жидкость, действует выталкивающая сила, равная весу жидкости, вытесненной телом (Хансоль, Шуга, похихикаете потом)…
Я несколько отвлеклась от их смешков, неизвестно по какому поводу вызванных, и чуть не задумалась над этим самым законом Архимеда, пройденным давным-давно в школе. Нет, я думала не о нём, а о своих злоключениях в ванне. Щеки разгорались, и шею невольно обездвиживала мышечная свая, чтобы она не повернула голову на Ви и не вспомнила о том, чего нагляделась. Но мастер Ли продолжал:
— Что же мы получаем от всех этих знаний, полученных с помощью наблюдений? Какую пользу имеем, кто мне ответит? Ну, смелее! Шуга, ты, может быть, хочешь сказать?
— Эм… ну… — растерялся он, готовый городить что угодно, лишь бы не по делу. — Я думаю, что теперь мы знаем, что до краёв наливать нельзя, иначе расплескается, — половина юношей согнулись, сдерживая смех. Я улыбнулась, подставив к губам кулак. Неугомонный Сахарный! Кто о чем, как говорится… черт, а я, как вшивый, всё о бане думаю. Чем он там хотел похвалиться? А если бы он был вместо Ви?
— Я понял тебя, — весело подхватил мастер Ли. — Кто-нибудь ещё озвучит своё мнение? Пигун?
— Я думаю, что все эти знания привели к прогрессу и важным научным открытиям.
— А конкретнее? Биджу? — я оглянулась на кудреватого светловолосого парня, грызшего карандаш и убравшего его ото рта, когда назвали его имя.
— Ну… законы физики, геометрия, химия и всякое такое помогло человеку улететь в космос и клонировать овец.
— Есть ещё гипотезы? — руку поднял самый младший, как мне стало известно за завтраком в процессе спора между нашим и соседним столиком. — Да, Чонгук?
— Я считаю, что ничего это всё нам не дало и нафиг подобные знания не нужны, мастер Ли.
— Вот! — щелкнул он пальцами и широко заулыбался. — Молодец! Именно так считаю и я, так же думал мой учитель, и его учитель, наверное, тоже так рассуждал. Ни к чему нам вся эта ерунда в результате оказалась. Да, мы взмыли в космос на ракетах, разрывая озоновый слой и нарушая баланс планеты, портя экологию, тратя бесчисленные средства и усилия ради того, чтобы один космонавт посетил вакуум и, не редко, там сгорел. Мы научились клонировать овец и создавать зародыши в пробирках, выведя неведомые ранее вирусы, деградируя и разучаясь, в конце концов, как древние римляне, размножаться самостоятельно, создавая роботов и недочеловеков, вместо того, чтобы жить по законам природы, давшей нам жизнь. Мы пытаемся создать собственные законы, чтобы доказать, что хозяева — мы, люди. И опорой этому ставим логику и наблюдательность. Подводим итог: как же надо использовать наблюдательность правильно?
— Может, ну её? — негромко предположил Шуга, понадеявшись, что методика полного отрицания Чонгука "канает".
— Нет, не совсем, — мастер Ли скрепил руки перед собой и стал оглядывать каждого, по рядам, не упуская из вида никого. — Наблюдательность нужно использовать по делу, только так, чтобы это относилось исключительно к твоей собственной жизни, защищало её, спасало, оберегало, улучшало, без каких-либо последствий для других. В крайнем случае, с печальными последствиями для врага. Наблюдать надо, в первую очередь, за собой. Соотносить себя с этим миром и искать гармонию. Как? Наблюдать за очевидным, что уже сейчас как-то влияет на нашу жизнь, ведь, согласитесь, шарообразная форма Земли не поможет нам развести огонь и приготовить обед? Наблюдать нужно мало за чем, но очень внимательно. Особенно это касается воинов, которыми вы становитесь. Уверен, скоро мастер Хан продемонстрирует вам, до чего можно развить внимательность и, исходя из неё, реакцию. Любой обитатель Тигриного лога, получавший когда-либо первый дан, умел смотреть в глубину вещей, видеть суть, видеть всё, даже во мраке ночи, — заслушавшись его, парни притихли, кажется, загоревшись желанием получить этот самый первый дан.
