Читаем без скачивания В самое сердце - Алекс Джиллиан

так.... И помню, как это может быть. И как ей нравилось именно так. Сзади. Член снова болезненно натянул джинсы, заставив меня сцепить зубы. Я чувствовал себя подростком в плену гормонов. Что происходит, черт возьми?

Я с трудом заставляю свой взгляд оторваться от ее задницы. Темные волосы смущают меня. Я не представлял ее брюнеткой. Но, как ни странно, именно в таком образе она заводит меня больше. Я не могу сопоставить эту девушку с той, что я знал и имел во всех ракурсах и позициях пять лет назад. Лили была тонкой, но нежной, мягкой. Никаких рельефов и мышц. И когда она смотрела на меня, в ее взгляде всегда читалась робость и покорность. А эта девушка бросала мне вызов. Ненавидела меня. Хотела убить. И пыталась. Совсем другая Лили. Могу ли я винить кого-то, кроме самого себя?

Кто и что с ней сделал? Кто превратил ее в гребаную миссис Смит с железным телом и холодным взглядом? Кто вложил оружие в ее не дрогнувшие пальцы?

Неужели я сам?

– Так и будешь пялиться на мой зад?

Я не сразу понял, кто произнес эту фразу. Вот почему я тогда не узнал Лили. Дело в голосе. Спокойные, уверенные, даже властные нотки. Превосходство и презрение. Целая гамма сильных эмоций в каждом слове.

Она выключила тренажер и обернулась. Зеленые глаза смотрели на меня с презрением, но и толикой любопытства. Как минуту назад я, она с не меньшей доскональностью изучила меня с головы до ног. Прищурившись, Лили остановилась на моем лице.

– Удивительный экземпляр, – фыркнула она. – Вижу – тебе лучше. Жаль.

Резким движением она стащила с волос резинку.... У меня во рту пересохло. Сначала я уставился на ее высокую полную грудь, натянувшую майку, когда она подняла руки, потом на роскошную копну черных волос, рассыпавшихся по загорелым плечам, и спрятавшим частично эту самую грудь, от которой невозможно отвести взгляд. Черт, тренажеры творят чудеса. Я помнил маленькие холмики, а сейчас....

Сглотнув, я снова посмотрел в глаза девушке. Исходящая от нее мощная сексуальная энергия сбивала меня с мысли. Я забыл все, что собирался сказать и спросить. Хорошо еще догадался трахнуть жену, а то бы черт знает, чем мы тут уже занялись. И ведь эта баба стреляла в меня. Где хренова защитная реакция организма? Мозги окончательно застряли в штанах.

– В прошлый раз ты был куда разговорчивее, – усмехнулась она, прочитав мои мысли и желания. – Может, расскажешь, зачем я здесь? И в качестве кого? Гостья или пленница? Наложница?

Воспользовавшись передышкой, я взял себя в руки. И спокойно улыбнулся, облокотившись на символично закрытую дверь комнаты.

– Все зависит от тебя, – произнес я ровным и уверенным голосом. – Ты все еще жаждешь меня убить? Я должен остерегаться? Обыскивать тебя перед каждым разговором?

– Бог с тобой, Гетти, – она расставила ноги на ширину плеч, развела руки в стороны. – Куда я могу спрятать оружие? А насчет убить… – она хищно прищурилась и шагнула ко мне. Я уставился на ее губы, пухлые, как у ребенка. Твою мать! Я просто свихнусь с этой штучкой.

Она остановилась в двух шагах от меня, небрежно повела плечами.

– Живи пока, – бросила она снисходительно. – Ты заработал немного времени. Зря, что ли вытаскивал меня из тюрьмы, и дом мне нравится. Кормят неплохо. Мальчики опять же… – она сложила губки бантиком, чем снова привлекла к ним внимание. – Добрые, но уж больно отстраненные. Сторожат, как зеницу ока. Только бежать мне, сам понимаешь… – Лили развела руками. Взгляд ее замер на моем лице. Холодный, полный скрытой ярости. – Документы мои у тебя. Ты же их просто так не отдашь. Заставишь отработать за выстрел, за взятку ментам, за новый паспорт, который, кстати, у тебя. И за все это, – она выразительно обвела глазами спортзал, имея в виду дом и ее содержание в нем. Глупая. Это мелочи жизни. На собаку Камиллы я трачу в месяц больше… Утрирую. Но все равно немало. Для собаки. Особенно лысой и уродливой. А эта цыпочка очень даже ничего. Я усмехнулся своим мыслям, но она поняла мою улыбку иначе.

– Вижу тебе смешно. Что? Брезгуешь? – с вызовом спросила она, вздернув свой симпатичный маленький носик. Я, молча изучал ее лицо, выискивая все новые и новые несоответствия с тем образом, что остался в моей памяти. Где робкая и тихая Лили? Где моя покорная хрупкая девочка? Потом мой взгляд медленно прошелся по всем частям ее тела. Задержавшись на груди. Конечно, на что же еще пялятся все мужики?

– Ты так рвешься потрахаться? – слегка охрипшим голосом спросил я. И с удивлением заметил, как ее щеки заливает румянец. Кое-что не изменилось. Мне не хотелось ее мучить. – Извини, детка. Разочарую. У меня есть ряд вопросов. И ты мне на них ответишь. Если тебе удастся убедить меня, то я отдам тебе документы и карточку с открытым счетом, сам куплю билет на самолет до Москвы и даже провожу в аэропорт. Договорились? Если да, то переодевайся и спускайся вниз. В гостиную. Будем ужинать. Я не успел… – насмешливый взгляд прошелся по невозмутимой, что достойно похвалы, Лили, – Исполнял супружеский долг. Так что прости, потрахаться не выйдет. Я уже.

Криво усмехнувшись, я повернулся и вышел из спортзала, чувствуя спиной ее тяжелый ледяной взгляд.

– А если я не стану отвечать на твои дебильные вопросы? – спросила она, когда я уже дошел до лестницы.

– Лучше тебе ответить, детка, – спокойно ответил я, не оборачиваясь и не беспокоясь о том, услышала она или нет.

Стафф ждал внизу, как и договаривались. Я раздраженно взглянул на него.

– Обычная девчонка. Как вы пропустили ее в офис? Не заметил я никакой изобретательности, – хмуро обратился к начальнику службы безопасности.

– Потому и пропустили. Баба и баба. Сколько таких к тебе ходит? Что я каждую до трусов раздевать буду?

– Бл*дь, я тебе плачу не за стриптиз халявный, – рявкнул я. – Ты должен видеть оружие сквозь одежду, как гребаный рентген. Это просчет, Стафф. Еще один в больнице. Какого хера? Вы, вообще,