Для верховой езды приветствовалась специальная одежда попроще, а для занятий в зале — нет. Маэстро Фалькари любил повторять, что в жизни тебе придется драться в том, в чем был. Разве что куртку сбросить успеешь. Привыкайте!
38
Порядок и тема урока заранее неизвестны, неизменна и одинакова для всех только разминка. Сдав в гардеробную возле зала оружие, лишнее из карманов, камзолы и пажеские курточки, избавившись от стягивающих поясов, галстуков и лишних украшений, мальчишки нетерпеливо толкались в зале, завидуя тому классу, который уже вышел на позицию. А те поскорее разувались, примериваясь к полосе препятствий. Учитель с секундомером стоял в сторонке, дожидаясь, когда можно дать сигнал.
— Вперед!
Огромный зал сильно вытянут в длину. Один простенок до окна по длинной стороне занимает шведская стенка под самый потолок. Став на белую черту, по знаку тренера все шеренгой бросаются вперед, с воплем, как при абордаже, штурмуют стену. Но до нее, ещё нужно прыгнуть через "коня", пролезть сквозь бочку, пробежать по брусу, перескочить "яму". Всё это, отвоевывая очередь у трех-четырех противников: препятствия стоят не так уж густо. Только лестницы на стене на всех хватает, но добравшись до метки своего класса, нужно спрыгнуть, точно приземлившись на пружинистый, но узкий матрац. Он не скользит, надежно закреплен, но можно промахнуться. Внизу с разгону сделать кувырок на твердом полу и во весь дух бежать обратно. Обычно это занимало не больше минуты. Тренер отмечал рекорд первого и последнего в классе. Обуться и уступить место другим — быстрая, но действенная разминка.
Когда одноклассники, думающие, что бегут первыми, уже вскочили на ноги и неслись к черте, обычно они видели, что Гиацинт стоит там так, словно никуда и не собирался. Но также они помнили его слетающим с самой верхней перекладины вне зависимости от того, в каком классе он тогда был. Так что рекорд школы сверяли по нему.
В забегах любой дальности граф не был самым быстрым. Но на разминке делал меньше лишних движений и за счет точности и длинных прыжков между препятствиями, когда он с "коня" сразу нырял в бочку, а слетал со стенки (плюс кувырок) чуть ли не сразу в паре метров от черты, у него получалось быстрее всех. И сапоги носил особой выделки, как вторая кожа[14], к которым не нужны чулки, ещё выгадывал секунды, снимая и натягивая обувь.
"Отстрелявшись", кто уходил на фехтовальную, кто на боксерскую разминку, по выбору учителя. Проведя пару проверочных атак, менялись, дожидаясь, пока освободятся все классы. На втором часу шла лекция о боевых искусствах. Недлинная, посвященная истории, теории, военным хитростям и занимательным случаям разных поединков. Как правило, что-нибудь из нее они вскоре пробовали на практике.
— Что ж, господа! Сегодня вы прилично справились с разминкой. Все классы уложились в двадцать минут. Могли бы и за восемнадцать, но… Итак, сегодня, как бы презрительно ни морщились поклонники дуэльного кодекса, у нас тема самооброны без оружия. Да-да, шпага — наша вернейшая подруга, но и она способна на подлую измену! В драке против дубин шпаги легко ломаются! Умейте же, господа, отстоять свою честь в кулачном поединке, даже против превосходящих сил противника. Конкретнее рассмотрим уличные драки. Чем они отличаются от трактирных?.. Верно, вокруг меньше предметов, которыми можно швырять друг в друга и при случае закрыться как щитом, но больше путей к отступлению. В городе проще скрыться от бандитов, чем в четырех стенах? Казалось бы, так, но…
Наставника спортивных занятий, кроме верховой езды, маэстро Фалькари за глаза чаще звали Резаком[15]. В учебном поединке он запросто оставлял ротозею и лентяю красные чувствительные полосы на руке или ноге. Тренировочное оружие затуплено, но, если свистнуть плашмя, мало не покажется. И тренер не считал это нарушением школьных правил или большой обидой для дворян. А многие, особенно младшие, очень боялись. И чем сильнее страх, тем больше ошибок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Давно, ещё в первый год учебы, Гиацинт однажды нарочно напросился на тренировку с маэстро и тоже резанул его по предплечью. Будто случайно. Извинился и смотрел абсолютно невинно, пока Резак сверлил его инквизиторским взглядом. Весь зал боялся вдохнуть, гадая, что сделает тренер. Выдержав жуткую паузу, Фалькари усмехнулся и одобрительно пожал руку ловкому противнику. Развернулся к залу и сказал краткую речь на тему: "Вот все бы так! Только не с вашим счастьем, растяпы! Кто желает попробовать, прошу!"
Несколько желающих из старших классов попытали счастья и недовольно вернулись в ряды зрителей украшенные "орденскими лентами" за дерзость. Гиацинта фехтовальщик запомнил как одаренного мальчика и, подбирая ему индивидуальную программу занятий, завысить сложность не боялся. Порой не отказывал себе в удовольствии размяться с учеником по-настоящему, вне общих занятий, без зрителей.
За дополнительные уроки Гиацинт не платил. Это была дружеская услуга между поэтами клинка. Но злые языки упорно утверждали, что славу первой шпаги Парижа граф получил "по блату". Он ведь любимчик Резака! Ещё бы! Знает все тайные приёмы, которым других не учат! Кто же с ним сравнится! Ни десятки, ни сотни честных поединков их не убеждали. Гиацинта слухи только смешили. Он всегда мог сказать так же, как учитель: "Кто смелый, сам проверь!"
39
Маэстро Фалькари считал огромным одолжением со своей стороны согласие преподавать в Оранжерее. Маркиз Бораго уговорил его, больше взывая к престижу королевского двора, чем к кошельку, хотя платили приглашенным учителям немало. Кроме дрессировки будущей элиты, Фалькари держал собственную школу фехтования в городе. Его семья владеет такими школами в десятке столиц Европы, имя Фалькари как мастеров своего дела известно и уважаемо, какие деньги стоят этого престижа?
Хотя их род долгое время жил во Франции и Германии, итальянские корни давали себя знать. В том числе, Фалькари предпочитал, чтобы его всё-таки называли "маэстро", а не "мэтром".
Внезапно оборвав фразу, Резак хищно уставился поверх голов первого ряда, высматривая соколиным взглядом нарушителя тишины.
— Акантолимон! Возможно, вы проведете урок лучше? Не претендуете? Тогда будьте любезны заткнуться и не отвлекать своих товарищей! Им ещё есть чему учиться, в отличие от вас… Впрочем, сейчас проверим. Прошу сюда.
Маэстро Фалькари всех учеников принципиально называл по именам, мол, нечего приплетать к своему разгильдяйству славных предков! Отвечайте за себя! Только когда сердился и собирался вкатать выговор, начинал зловещим свистящим шепотом: "ш-ш-шевалье де…" На два десятка титулованных шипеть не получалось. Но с ними Резак тоже не церемонился.
Самоуверенно усмехаясь, на ходу разминая суставы, Толик шествовал на середину зала, как чемпион и любимец публики. Кого бы ни поставил против него учитель, бояться нечего! Единственная опасность, если Фалькари сам проведет пару атак, чтобы сбить спесь с ученика, но это тоже не настолько страшно, чтобы терять лицо. Не первый раз! Учитель не взял оружие, кривая ухмылка де Бейля стала более явной. Уж голыми руками с его реакцией и подготовкой блестящий ученик свалит кого угодно!
— Гиацинт! — резко вызвал учитель. — Похоже, вам так скучно с нами, не ровен час заснете! Понимаю, у вас мог быть тяжелый вечер, бурная ночь и утро — не легче! Но просто присутствовать на моем уроке недостаточно! Это не философия и не этикет, на которых можете спать, сколько угодно! Прошу сюда, — Фалькари пальцем указал точку, где встать. Напротив Толика.
Неохотно оторвавшись от созерцания весны за окном, Гиацинт вышел в центр зала. Окинув его подозрительным взглядом, отметив необычную бледность и апатию, Резак нахмурился. Если уж граф Ориенталь соизволял посетить спортивные занятия, то выглядел на них менее отсутствующим.
