Пауза. Тоже подозрительно. Кейла кашлянула:
– Дело в том, что Люка нет. Произошел несчастный случай. Упал один из новых светильников. Люк успел оттолкнуть стоявшую под ним покупательницу, но сам получил удар по голове. Тяжелый светильник…
– Люк ранен? Где он? Насколько тяжело?
Ветер бился в окна магазина, словно хотел ворваться внутрь.
Белла услышала, как к Кейле обратилась какая-то женщина. Кейла извинилась, коротко с ней переговорила и опять вернулась к Белле:
– Извините. Мне нужно идти. Только что вошла группа иностранных туристов. Как всегда, перед самим закрытием. Люк отправился в госпиталь, а потом домой. Надо полагать, все не так плохо, раз его отпустили.
– Спасибо.
Значит, Люк ранен и был в больнице. А она об этом даже не знала. Как он сейчас?
Белла включила сигнализацию, закрыла магазин и направилась на стоянку. По пути она позвонила Софии и предложила билеты в театр.
– Они на тумбочке возле кровати, под часами. И извини, что последнее время я постоянно беру машину.
– Не бери в голову. Я с удовольствием воспользуюсь случаем сходить в театр. Уложу волосы, надену красивое платье и буду шикарно выглядеть. А ты побереги себя. Я понимаю, ты за него волнуешься, но все-таки он тебя так обидел…
– Да, но я… Мы с Люком даже не…
– Извини. Джо уже у дверей. Он мне обещал сделать маникюр. Мне надо идти. Спасибо за билеты. – И София отключилась.
Ну и ладно! Сейчас София заговорит их бедного соседа до смерти, пока тот будет раскрашивать ей ногти. Что ж, его дело. Правда, София заметила ее интерес к Люку, но сейчас об этом думать некогда.
Быстро добравшись до дома Люка, она выскочила из машины и бросилась к входной двери. Нажала кнопку звонка. Ждала долго и уже собиралась позвонить снова, но тут в дверях появилась Хизер.
– Ох, Арабелла, нужно было вам сообщить, но мистер Люк возражал. Входите, уверена, ему сразу станет лучше.
Экономка явно захлопоталась и изнервничалась. У Беллы душа ушла в пятки:
– Он… так плох?
Хизер будто не расслышала:
– Посмотрю, не спит ли он. Мистер Люк глаз не сомкнул с тех пор, как вернулся. А я считаю, что не мешало бы отдохнуть. – Она проворно поднялась по лестнице и исчезла.
– Хизер, подождите… – Но было уже поздно.
– У папы разбита голова, но сейчас ему лучше, – раздался голосок слева от нее.
– Грейс, боже мой, извини, я не заметила, что и ты тут. Я знаю, что папа ранен в голову. Мне хотелось узнать, как он себя чувствует.
– С его головой все в порядке. – Малышка подошла к Белле и постучала по собственной головке. – У всех Монтичелли крепкие головы. Он лежит в постели просто потому, что ему до завтрашнего утра нужен покой. Я читала ему книжку, чтоб он лучше себя чувствовал. Помогло.
– Замечательно. – По блестящим глазам Грейс было понятно, что она счастлива.
Вернулась Хизер:
– Мистер Люк сейчас вас примет. Он отдыхает в своей комнате. Третья дверь слева.
У Беллы опять сдали нервы:
– Все в порядке, Хизер?
Женщина несколько мгновений колебалась, затем махнула рукой:
– Звонила моя сестра! Она упала дома. Вроде бы ничего не сломала.
– Хизер, вы должны немедленно ее навестить, – не долго думая, предложила Белла. – Я сама здесь со всем справлюсь, пока вы не вернетесь. Только скажите, что нужно делать для Грейс и Люка в ваше отсутствие.
Рядом тихо ахнула Грейс:
– Значит, вы сегодня будете моей няней? Вы поужинаете со мной? И уложите спать? И почитаете сказку?
– Д-да, конечно, – с чувством неотвратимости своей судьбы согласилась Белла.
Нельзя не помочь. И она как-нибудь справится.
Обрадованная Хизер вкратце изложила, что Белле нужно делать:
– Каждый час проверяйте его зрачки и ясность сознания. Это не обязательно, но лучше перестраховаться.
Как выяснилось, сестра Хизер жила на другом конце города. Белла быстро прикинула, сколько времени уйдет на то, чтобы туда добраться, проведать сестру и вернуться.
Грейс, явно довольная происходящим, произнесла:
– Пока Белла будет ухаживать за папой, я посмотрю телевизор. Мне разрешено смотреть детский канал.
– Ну и хорошо. – Белла почему-то сразу успокоилась и повернулась к няне: – Идите, Хизер. Я послежу за Люком, потом помою Грейс и уложу ее спать.
Внезапно сверху послышался приглушенный крик. Обе женщины вздрогнули. Первой пришла в себя Хизер:
– Мистер Люк, наверное, недоволен, что вы до сих пор не поднялись к нему. Он терпеть не может всякие ограничения, но доктор велел ему лежать до утра.
– Поезжайте к сестре и не думайте о времени. Я справлюсь.
Но когда она вошла в спальню Люка и увидела его полулежащим на подушках в огромных размеров кровати, ее уверенность тотчас улетучилась.
– Привет! – Белла остановилась в дверях.
Он был без рубашки, что вполне понятно, день-то жаркий, но мог бы хотя прикрыться простыней, недовольно подумала она. Впрочем, в его состоянии он вряд ли будет к ней приставать.
– Разве тебе можно сидеть?
– Сижу ли я, лежу ли, моей голове все равно. Меня шлепнуло светильником, голова немного болит, но я вполне могу встать и заняться делами…
Он еще несколько секунд ворчал по поводу излишне рьяных докторов, вечно стремящихся держать в постели здоровых людей.
Судя по глазам Люка и нормальному цвету лица, так оно и было.
– Мне сообщили, что случилось, – извиняющимся тоном произнесла Белла. – Вот я и пришла проверить, как ты себя чувствуешь.
– Ну и славно сделала. Как видишь, жив и здоров. И извини за театр, я потом куплю билеты на что-нибудь. Признаться, после этого удара мысль о театре полностью вылетела у меня из головы. Я вспомнил о билетах, только когда Хизер сказала, что пришла ты.
– Они уже у Софии. Как только поправишься, мы обязательно что-нибудь придумаем. – Она отважилась приблизиться к кровати.
Люк откинулся на подушки и запустил руку в растрепанные волосы, одна прядь упала на лоб, придав ему небрежный, немного мальчишеский вид.
Белла даже умилилась. Но сердце тут же заныло. Неужели все-таки она его любит?
Чтобы не думать об этом, Белла решила перейти к делу.
– Ты кое-что должен знать, – осторожно проговорила она.
– Что именно?
А если Люк не желает, чтобы она ухаживала за ним и Грейс? Может быть, следовало вначале спросить у него, а потом уже отпускать няню?
– У Хизер дома упала сестра, поэтому я ее отпустила и пообещала, что побуду вместо нее. Это ненадолго… пару часов, не больше.
Он опять прищурился, и ей показалось, что он видит ее насквозь:
– Ладно.
– Не сердишься?
– Сердиться на то, что ты будешь где-то рядом? – Он хохотнул и сразу замолк. Похоже, что голова у него все-таки болит. – Это, конечно, может стать сущей пыткой, но нет, я не возражаю.
