Читаем без скачивания Секреты Бильдербергского клуба - Даниэль Эстулин

Постановление Верховного административного суда Мюнстера от 24 февраля 1999 года (ссылка Az: 14 А 3840/94, А)

«Убедительных доказательств создания сербами секретной программы, направленной на ликвидацию, изгнание или преследование албанского народа, не существует […]. Если сербское государство требует исполнения законов и оказывает при этом давление на этническую группу албанцев, которая их игнорирует и бойкотирует, то такие меры объективно не могут расцениваться как целенаправленное преследование данной группы […].

Даже если бы власти благосклонно согласились на то, чтобы часть населения, оказавшаяся в безвыходном положении либо в оппозиции к законам страны, вынуждена была эмигрировать, это нельзя было бы назвать программой преследования, направленной на все албанское меньшинство (в Косово).

Если, кроме того, [югославское] государство реагирует на усилия сепаратистов постоянным и строгим исполнением законов и антисепаратистскими мерами и если некоторые из втянутых в данный конфликт в результате решат уехать за границу, это еще не значит, что государственная [югославская] политика направлена на охлаждение остракизма и изгнание меньшинства; напротив, целью правительства является удержание этих людей в государственной федерации.

То, что происходило начиная с февраля-марта 1998 года, не свидетельствует о наличии плана преследования по отношению ко всему албанскому меньшинству. Меры, принятые Вооруженными силами Сербии, в первую очередь направлены против АОК и их предполагаемых сторонников».

Постановление Верховного административного суда Мюнстера от 11 марта 1999 года (ссылка Az: 13А 3894/94. А)

«Албанское меньшинство в Косово не было и тем более сейчас не является объектом преследования как региональная или национальная группа в составе Федеративной Республики Югославия».

В феврале 1999 года, чтобы избежать разрушительных бомбардировок НАТО, силы которой намного превышали их собственные, сербы были вынуждены участвовать в переговорах в замке Рамбуйе под Парижем. Эти переговоры вела Мадлен Олбрайт, государственный секретарь США, член Бильдербергского клуба и СМО. «У сербов не было другого выбора, кроме как принять текст соглашений без всяких условий или вступить в войну против НАТО. Форма проведения переговоров сделала практически невозможным отказ от последней альтернативы», – пишет журналист Бо Пельнес в швейцарской газете «Dagens Nyheter» от 8 февраля 2004 года.

Итак, Косово стало бы колонией НАТО. Однако, чтобы спровоцировать военные действия, делегация США в последний момент добавила секретное приложение В (как объясняет журналист Джон Лафлэнд в статье «Техника государственного переворота»), согласно которому «персонал НАТО получал право свободного и беспрепятственного доступа по всей территории Югославии вместе со своими автомобилями, судами, самолетами и оборудованием, включая прилегающее воздушное пространство и территориальные воды. Это касается также права обустройства лагерей, проведения маневров, расквартирования и использования любой территории или помещений, необходимых для поддержки, тренировок и операций». На самом деле не только Косово, но и вся Югославия должна была быть привязана к принципу экстерриториальности, равноценному полной колониальной оккупации. Журналист Джон Пилгер, в свою очередь, утверждал следующее: «Это было бы равносильно военной оккупации всей Югославии, страны с горькими воспоминаниями о фашистском порабощении. Как позже заявил министр иностранных дел Великобритании лорд Гилберт избранному Комитету по обороне палаты представителей, приложение В было включено, чтобы спровоцировать его неприятие». Суверенное государство Сербия, полностью осознавая все последствия своих действий, отвергло это унизительное предложение.

Двадцать третьего февраля 1998 года агентство France-Presse распространило заявление американского посла в Боснии Роберта Гелбарда: «Не вызывает никаких сомнений, что АОК является террористической организацией». Эти слова были произнесены еще до того, как АОК стала ключевой политической фигурой.

Как я уже говорил ранее, после заседания Бильдербергского клуба в 1996 году[54] буквально из ничего на свет появилась хорошо финансируемая Армия освобождения Косово, проявившая в балканской войне небывалую жестокость и бесчеловечное зверство. Мои предсказания, исполнившиеся как раз после того заседания в Кинг-Сити, полностью подкрепляются самыми уважаемыми американскими и европейскими средствами информации. Все они документально подтвердили, что Армия освобождения Косово и ее албанские покровители являются организованными преступными организациями, цель которых – установление контроля над трафиком героина с Ближнего Востока в Европу и США.

«The Christian Science Monitor» от 20 октября 1994 года сообщила, что, как утверждают ООН и различные специалисты, занимающиеся наркотиками, «нарушенный югославским конфликтом наркотрафик через Балканы восстанавливается благодаря албанским наркобаронам, которые налаживают новую сеть контрабанды в Западную Европу, не проходящую через регионы полуострова, страдающие от войны. Например, в 1990 году венгерской полицией было задержано только шесть килограммов сильнодействующих наркотиков, а к августу этого года [1994] ежегодная цифра достигала уже 600 килограммов». В свою очередь «Jane's Intelligence Review» (британский журнал, занимающийся расследованиями) от 1 февраля 1995 года в одной из самых пугающих статей «Балканский Медельин» предсказал грядущий кризис:

«На долю Западной Македонии, контролируемой Албанией, приходится огромная часть все более сокращающегося ВВП Македонии. Данная ситуация усилила антиалбанские настроения среди македонского этнического меньшинства, особенно с учетом того, что значительная часть этих доходов, как предполагается, поступает от албанского наркотерроризма, а также от торговли оружием и контрабанды из Албании, Болгарии, Косово и в эти страны. Эта с каждым разом все более усиливающаяся экономическая власть албанцев превращает Балканы в центр организованной преступности.

Традиционно маршруты перевозки героина в Западную Европу через Югославию, Турцию, Кавказ и более восточные регионы все сильнее смещаются в сторону Италии, пролегая через Черное море, Албанию, Болгарию и Македонию. Это изменение укрепило албанскую мафию, которая, как сейчас считается, контролирует 70 процентов нелегального рынка героина в Германии и Швейцарии. Она действует в союзе с могущественной сицилийской мафией и опирается на многочисленную диаспору в западных странах; только в Швейцарии проживает более ста тысяч албанских резидентов. Кроме того что эта диаспора служит отличным прикрытием албанским криминальным элементам, она также является важным источником дохода для мафиози.

Если ничего не предпринимать, то могущественный албанский наркотерроризм может создать синдром Колумбии на юге Балкан либо привести к росту могущества албанской мафии, что даст ей возможность контролировать одно или более государство в регионе. Практически речь может идти об Албании и Македонии либо о двух странах сразу. Уже сейчас прибыль в иностранной валюте от наркотерроризма поступает правительствам и местным политическим партиям. В Албании правая Демократическая партия под руководством президента Сали Бериши подозревается в том, что закрывает глаза на наркотрафик и даже напрямую пользуется им в таких политико-экономических целях, как, например, финансирование политических партий и других сепаратистских групп Косово и Македонии».

Согласно докладу, квалифицированному как документ «строжайшей секретности», который я получил благодаря офицеру ЦРУ, в 1996 году члены Бильдербергского клуба использовали ЦРУ и Федеральную разведывательную службу Германии, чтобы завербовать, вооружить и подготовить Армию освобождения Косово через ряд в основном немецких предприятий, служащих прикрытием. Эти организации использовались для переправления денег на счета в Швейцарию, владельцы которых симпатизировали албанцам, подготовленным для запланированной ими балканской войны. Решение использовать Германию для дестабилизации ситуации в Сербии, поставок оружия и подготовки АОК берет свои истоки в германо-сербской вражде, возникшей еще во время двух мировых войн, и требует дополнительного объяснения.

Согласно данным Министерства обороны США от 15 июля 1998 года, «первый контакт» между АОК и НАТО произошел в середине 1998 года, в начале правления генерала Кларка как главнокомандующего НАТО: «Некоторые лица [в НАТО] отдавали себе отчет в том, что мы [НАТО под руководством Уэсли Кларка] должны втянуть АОК в этот процесс, потому что они способны отвергнуть любое соглашение, которое можно было бы обсуждать с меньшинствами, проживающими в Косово. Каким-то образом АОК должна вступить в игру, поэтому мы сохранили некоторые первоначальные контакты с подходящими людьми из ее состава, чтобы попытаться втянуть их в процесс переговоров»[55].