Читаем без скачивания Мужчины на одну ночь - Светлана Алешина

— Я не хочу домой, — тихо проговорила Вика, уставившись на дорогу.

— Хорошо, тогда скажи, куда ты хочешь, я отвезу.

— Не знаю куда, но не домой. Может, на Волгу, то есть на набережную. Знаете, мы с Игорем там часто гуляли. Строили планы на будущее. Мы там впервые поссорились, и по такому глупому поводу, просто смешно, — Вика заулыбалась. — Мы никак не могли с ним определиться, как назовем своих детей. Игорь хотел, чтобы были Максим и Ирина, а я на Максима еще была согласна, но Ирина для меня уж слишком… Я всегда хотела, чтобы у меня дочку звали Мариной. Игорь был против. Вот мы и поругались тогда, потому что никак не могли договориться. Сейчас это кажется таким смешным и глупым.

— Вика, у тебя все еще впереди, все наладится, — попыталась успокоить ее Лариса.

— Может быть. Но я все думаю: вдруг наша «Эврика» кому-то насолила, поэтому нас и истребляют по одному? — Лариса испугалась: Толстая почти слово в слово повторила то, что сказал Ларисе Карташов буквально несколько минут назад.

— Вика, не надо думать о плохом, может, все обстоит совсем не так, как вы думаете.

— Может, вы и правы, — равнодушно согласилась Вика.

— Вика, расскажи подробнее, чем занимается «Эврика».

— Мы разрабатываем охранные системы и продаем их. Вообще-то база клиентов у нас уже наработана, поэтому покупателей мы не ищем, они сами к нам приходят. Некоторые из них даже советуют своим партнерам и знакомым обращаться к нам. «Эврика» на рынке уже пять лет, нас все знают и отзываются о нас как о компетентной организации.

— А конкуренты?

— Вы будете смеяться, но у нас их практически нет. Тарасов город маленький, ему не нужно большое количество подобных организаций. Наш основной конкурент — «Компьюноушен», но они в последнее время на рынке заняли немного другую нишу. Они тоже разрабатывают программы, но теперь они больше специализируются на компьютерных играх.

— То есть их вы тоже вытеснили, — заключила Лариса.

— Да, наверное, так.

— Вика, может, заедем куда-нибудь, перекусим немного?

— Давайте, только не в «Чайку». Вы меня, Лариса, извините, но я в ваш ресторан, наверное, больше никогда не приду.

— Это твое право, — с пониманием согласилась Лариса. — Я предлагаю посидеть где-нибудь на набережной, в летнем кафе. Если ты, конечно, не против.

— Нет, абсолютно не против. Я люблю смотреть на Волгу, мне становится спокойно и легко. Когда я в плохом настроении или меня одолевает депрессия, я всегда иду на набережную. Таким провинциальным городам, как Тарасов, очень повезло, что они стоят на берегу Волги.

— Согласна с тобой! Когда на улице стоит невозможная жара, от которой просто сходишь с ума, ты знаешь, что рядом есть Волга, которая поделится с тобой своей влагой и прохладой. Не факт, что ты всегда найдешь возможность воспользоваться этим, но от одного осознания, что река рядом, становится отраднее.

Лариса остановила машину недалеко от въезда на набережную.

— Вика, хочешь, мы немного прогуляемся пешком? Все-таки там пешеходная зона, много детишек бегает. Я, конечно, могу подъехать прямо к кафе, но это будет выглядеть как-то демонстративно. Не люблю, когда люди с деньгами пытаются показать, что они лучше простых смертных и им все дозволено, хотя на самом деле все обстоит совсем не так.

— Думаю, если мы немного прогуляемся, ничего страшного с нами не случится.

— Тогда пошли, — сказала Лариса, выходя из машины.

Котова поставила «Ауди» на сигнализацию, и они с Викой пошли искать кафе.

— Смотрите, Лариса Викторовна, какая красота! — Вика не отводила восхищенного взгляда от раскинувшейся перед ней Волги. — Какая мощь и спокойствие! Глядя на все это величие, понимаешь свое ничтожество и беспомощность перед этой стихией.

Лариса подошла к Вике и остановилась рядом с ней. Всю свою жизнь Котова прожила в Тарасове, ей не раз представлялась возможность перебраться куда-нибудь в другое место. Но Лариса никогда не хотела уезжать из Тарасова, ей нравилось жить здесь.

— Знаете, Лариса, — тихо проговорила Вика, — когда мне становится совсем плохо, как это было после нашего разрыва с Игорем, или когда усталость валит с ног, я бросаю все дела и выбираюсь к подруге, которая живет далеко за городом. Поездки к ней редки, но она — самое близкое мне существо. Я еду к ней электричкой, потом еще долго бреду пешком. И каждый раз, когда я выхожу из вагона, со мной происходит одно и то же: на мгновение я теряю слух, немею и замираю — так оглушает меня тишина, на плотную стену которой я натыкаюсь почти физически, так меня поражает безлюдье. Но в следующий миг в этой тишине оживают звуки — теньканье синиц, свист ветра, поскрипывание стволов сосен, а потом эти звуки обрушиваются на меня лавиной, волна за волной. Я становлюсь свободной и легкой. Мне кажется, что у меня вырастают крылья и я могу летать. Представляете, Лариса, однажды я даже расставила руки, и мне показалось, что я вот-вот полечу, как птица, оторвавшись от земли и поднявшись над житейскими проблемами… А еще знаете, там, в лесу воздух обретает прозрачность, я вдыхаю его полной грудью и боюсь задохнуться от переизбытка едва уловимых лесных ароматов… Вы считаете меня сумасшедшей? — Вика посмотрела на Ларису.

— Нет, почему же. Мне кажется, это прекрасно, когда человек способен чувствовать природу, когда он ощущает себя ее частицей. На этом построены все восточные философии. А йоги годами бьются над тем, чтобы воссоединиться с природой, снять с себя пелену и увидеть пустоту. Но не ту пустоту, о которой мы привыкли думать, а совсем иную, не разрушающую, а, наоборот, созидающую. Люди так все время куда-то торопятся, что им некогда остановиться на мгновение, чтобы насладиться им в полной мере, некогда заглянуть внутрь себя, чтобы подумать.

— А вы замечали, Лариса, что в лесу время замедляет и даже останавливает свой бег, словно в сказке? Там оно к тебе не враждебно, как в городе, оно течет не для того, чтобы состарить тебя, а чтобы ты смогла насладиться каждой минутой жизни, понять, как она прекрасна и бесценна. Ой, — спохватилась Вика, — что-то я заболталась, мы сюда вроде поесть пришли, а не философствовать.

— Ничего страшного, этот наш разговор позволил мне лучше тебя понять. А что касается философии, то она заставляет человека размышлять, а это неплохая зарядка для мозгов. Нельзя же все время думать только о своей физической оболочке. Однако поесть все же не помешает.

Лариса с Викой выбрали тихое кафе с живописным видом на Волгу, сели за самый дальний столик.

— Что будете заказывать? — к ним подошла молоденькая девочка-официантка, на бейдже которой было написано «Анна».

— А вы нам меню не предложите? — спросила Лариса.

— Минуточку, сейчас принесу, только я хочу вас сразу предупредить, что сейчас утро, поэтому у нас не все блюда готовы.

— Тогда скажите, что у вас есть, — попросила Котова.

— У нас есть три вида салатов: крабовый, оливье и весенний, — бойко начала Анна. — Из горячего только курица-гриль, шашлык из курицы, филе курицы под майонезом и отбивная.

— Тоже из курицы? — поинтересовалась Вика.

— Нет, отбивная у нас из свинины, — не поняла шутки Аня.

— А кофе есть? — спросила Лариса.

— Есть, а еще только что привезли свежие круассаны.

«Про круассаны они, конечно, загнули, — подумала про себя Лариса, — скорее всего это обычные булочки, но главное, чтобы они были свежими».

— Мне чашку кофе с булочкой и крабовый салат, — попросила Лариса.

— А я бы съела отбивную. У вас есть пиво?

Аня молча кивнула.

— Тогда мне отбивную и легкое пиво, — заказала Вика.

— Хорошо, будет выполнено, — улыбнулась Аня и упорхнула.

— Лариса, вы не будете против, если я закурю?

— Нет, курите.

Вика достала сигареты.

— Я думала над вашим вопросом по поводу того, что Крылов и Кудасов могли что-то не поделить с конкурентами, или что-то еще в том же духе, — начала разговор Вика. — Но, если честно, я ничего об этом не слышала. И потом, я думаю, что Игорь мне обязательно об этом сказал бы, у нас не было друг от друга секретов. Я понимаю, что это звучит, может быть, и наивно, но все так и было.

— Ты хочешь сказать, что Игорь не мог утаить от тебя такое?

— Да, — уверенно кивнула Вика. — Примерно полгода назад Игорь разработал новую программу. Это был настоящий прорыв. Я веду к тому, что Крылов ничего не знал о разработках Кудасова, но от меня Игорь утаить этого не мог.

— Он не доверял Крылову?

— Здесь дело не в доверии. Скорее Игорь просто не хотел разочаровывать друга и шефа в случае неудачи. Когда программа заработала, Игорь первым делом посвятил в это Крылова. Я пыталась уговорить его продать программу где-нибудь в Москве, потому что это сулило огромные деньги, но Игорь назвал такой поступок предательством, на которое он не способен. Вы только не подумайте, что я такая меркантильная. Здесь дело немного в другом. Понимаете, «Эврика» — достаточно известная фирма в России. Но нас знают как организацию, знают, что Крылов директор. Но никто не знает, что генератором идей был Игорь. Если бы он оформил патент и заявился самостоятельно, то его бы узнали. Он имел бы возможность выйти со своей программой на мировой уровень, а это, как вы понимаете, дает большие возможности.