плакать".
Отставив в сторону упаднические настроения, пошёл к молчаливой толпе паломников.
— Ну и чего же ваш бог не помог вам?!
С весёлой злостью прокричал я подходя к странникам.
Деликтор уже пришёл в себя от испуга вызванным моим эффектным появлением,
мягко улыбнувшись ответил.
— Он помог. В нужный момент он прислал героя.
Сердито сплюнув под ноги святому отцу, отвернулся.
— Долбаные фанатики.
Через сутки наши пути разошлись, я свернул на второстепенный тракт забирающий на восток, а странники пошли дальше.
Последнее двадцать четыре часа, меня терзал вопрос, что делать с паломниками, оставлять живыми было рискованно и недальновидно, а убивать было просто жаль, после того как они делились со мной своей последней пищей и были так добры мне было просто стыдно лишать их жизней. Не выдержав мук выбора, просто подошёл с этим вопросом к Деликтору. Старик узнав, что меня гнетёт, нисколько не испугался, эти психи, как настоящие самураи, в любую секунду были готовы принять смерть.
Мало того, он не стал меня уверять, что сохранят мою тайну, этот гад оставил выбор за мной.
— Если ты считаешь, что наша смерть принесёт тебе пользу, то убей.
В итоге у меня рука на них не поднялась, хотя я понимал, всю опасность, оставляя их в живых.
"Что-то я совсем расклеился, не иначе съел кого-то не того. Раньше бы изрубил не задумываясь или нет"?
В итоге потребовал от них поклясться именем своего Бога, что они будут молчать.
— В любом случае, твоя тайна была бы в безопасности.
Грустно произнёс Деликтор.
— Предательство один из тяжелейших грехов.
В последний раз погладив меня по голове, старик улыбнулся своей мягкой улыбкой и пошёл дальше. Шаркая ногами по дороге и постукивая посохами за ним потянулись паломники.
***
"Не так уж и редко на моём пути попадаются хорошие люди".
На этой позитивной ноте я и продолжил путешествие.
Чтобы не терять времени зря опять взялся за тренировки телекинеза, в котором уже неплохо продвинулся, уже без особого напряжения мог одновременно поднять несколько камней, с кулак взрослого мужчины, или один размером с футбольный мяч.
"Ещё каких-нибудь лет сто и я смогу поднять гору".
С иронией подумал я о своих успехах, хотя по меркам простого мага, мой прогресс был чём-то невероятным.
Неожиданно телекинезом заинтересовалось Элька и хотя она ещё не развилась, что бы понятно выражать свои мысли, но уже имела свои желания и предпочтения. Например ей нравились души огненных магов и демонов, от остальных она конечно тоже не отказывалась, но такого восторга как первые они не вызывали. Даже сейчас "грызя" души разбойников, моя напарница мечтала о "вкусном" демоне или маге огня с "горячей остринкой".
От безделья принялся учить Эльку заклинанию телекинеза, что было сравнимо по сложности, объяснению слепому от рождения концепцию цвета. Я же был уверен, что даже несмотря на уровень умственного развития Эльки научить её одному несложному заклинанию возможно. Я помнил, что в Лесу мне попадались животные, которые могли применять магию и уж если даже звери смогли научиться, то и у Элины получиться.
На третий день пути, когда мой сидор, грязной тряпкой печально болтался на спине, а желудок настойчиво требовал пищи, я почуял знакомый запах. Остановившись несколько мгновений принюхивался.
— Нет, не ошибся, так или почти так, пахнут "поделки" некромантов.
Пожалев, что выбросил секиру, побежал на запах, надеясь найти там некроманта, как не крути, но души магов куда как питательнее душ простых людей.
Пришлось свернуть с тракта и отмахать пяток километров, прежде чем с небольшого холма я заметил разгромленный лагерь. Судя по телегами и разбросанному скарбу передо мной был крестьянский караван переселенцев.
"И судя по запаху крови их всех съели, включая животных".
Не особенно рассчитывая на трофеи, понимал, что взять с голожопых крестьян нечего, порысил к стоянке, втайне надеясь найти чего нибудь их съестного.
Лагерь встретил меня перевёрнутыми повозками, лужами крови и костями, которыми земля была буквально усеяна.
"Судя по запаху, это случилось сегодня ночью".
Обыск телег и повозок принёс мне пару десятков медяков, дрянной медный нож и почти подходящее по размеру платье. Сразу же стащил своё пропитанное непростиранной кровью и надел чистое. Рядом с одной из повозок нашёл сломанный меч и обрывки брони легионера.
"А это похоже из сопровождение каравана, а где тогда остальные"?
Остальные нашлись у следующей повозки, точнее их кости и фрагменты снаряжения.
В соседнем фургоне меня ждал приятный сюрприз, фургон оказался продовольственным складом, пусть и полупустым. Не обращая внимания на мешки с крупой и мукой, бросился к пирамиде из огромных головок ароматного сыра, тут же в бочонках нашлось и солёное сало.
Больше не на что не отвлекаясь принялся с жадностью набивать желудок. За несколько часов, я умудрился съесть пятую часть всех запасов сыра и сала, обожравшись до такого состояния, что не смог выбраться из фургона.
На следующий день после плотного обеда, когда я уже подумывал, продолжить свой поход, ветер донёс до меня запахи большого каравана. Почти минуту, я как собака дёргал носом принюхиваясь, пока не разобрался со всеми запахами.
— Ещё один переселенческий караван, идут в мою сторону, будут здесь не раньше чем через час.
Набивая свой мешок продуктами, мне в голову неожиданно пришла идея.
"А что если прикинуться крестьянским ребёнком, единственным выжившим, скорее всего меня возьмут с собой. Это же идеальная маскировка, да ещё и по пути, если не ошибаюсь крестьян переселяют в провинцию Керенаика, а от туда до урочища Уэл-Тэнгри копьём докинуть".
Ещё раз всё продумал, вытряхнул из мешка сложенные продукты, с печальным вздохом снял трусы. Крестьяне не носили нижнего белья, от запасных пар, тоже пришлось избавиться. Для достоверности измазал лицо и платье в грязи, никто не поверит, что ребёнок переживший бойню, а потом сутки выживавший на пепелище, остался после этого чистым.
Первыми появились полдесятка конных легионеров. Но в лагерь заезжать не спешили, сначало долго кружили, пытаясь определить засаду, пока один из солдат не заметил меня с куском сала в руках. После чего, "зоркий глаз" был послан на разведку, настороженно озираясь легионер въехал на стоянку. Я же сделав вид, что только сейчас его заметил, пронзительно взвизгнув бросился бежать, пришпорив коня всадник погнался за мной.
Через мгновение крепкая рука схватила меня за шиворот и уложила на живот поперёк седла. Развернув коня легионер поскакал к соратникам, ждущим его на холме неподалёку.
Довольно бесцеремонно солдат столкнул меня на землю, в последний момент придержав за шиворот.
Не успел я утвердиться на
