Фары зажигать не стану, поеду так, еще все видно.
Вцепившись в руль, я мысленно нарисовал вокруг квадроцикла линию.
Да, шум меня может выдать, но это шанс, проехать скрытно.
Сосредоточившись, представив внутри круга пустоту, внезапно ощутил в себе энергию.
Очень странное, необычное чувство, какое-то новое. Подобного раньше не было.
Как будто тело чем-то наполнилось. Может, так было всегда, просто почувствовал только сейчас?
Не время искать ответы, главное, во мне что-то изменилось.
Сосредоточившись, произнес мысленно слова, что передал мне Беломир.
Похоже, получилось, так как энергия откликнулась, всколыхнулась, по-другому трудно определить, что произошло.
Не поднимая головы, смотря прямо перед собой, продолжая держать предельную концентрацию, я медленно поехал вперед.
Глава 8
Поле закончилось, начался поселок, я передвигался объездными путями, главное, ни с кем не столкнуться. Редкие прохожие, заслышав квадроцикл, хоть он и работает очень тихо, но все-таки шум издает, отходили в сторону, пропуская транспорт. Затем удивленно озирались по сторонам, не понимая, звук есть, но никого нет.
Отлично! Все работает! Даже слыша меня, никто, ничего не видит!
Так, не торопясь, добрался до своего дома.
Остановившись возле ворот, с трудом отцепил руки от руля, слишком сильно его сжимал от волнения, даже пальцы побелели. Облегченно выдохнув, расслабился.
Ну вот и все, я дома!
Нелегко далась такая концентрация сил, вымотался здорово.
Медленно слез с квадроцикла, открыв ворота, загнал его внутрь. Тут же во двор выскочил взъерошенный, взволнованный Павел.
— Никита! — Заорал он, увидев меня. Затем замер, увидев окровавленного деда, лежащего в кузове. Глаза в ужасе расширились, лицо побелело.
— Он жив, с ним все нормально, просто спит. — Быстро пояснил я. — Его надо в дом отнести.
— Да, да. — Закивал майор, пребывая в шоке.
— Никита, ты где был? Что произошло? — Он бросил на меня суровый взгляд.
— Все потом, потом, прости, очень сильно устал. — Я покачал головой, — завтра дед проснется, расскажет. Дядя Паша, мне очень хочется спать.
Внимательно посмотрев на меня, тот кивнул.
Мы вдвоем аккуратно вынули деда из кузова. Павел держал его под руки, я за ноги, так и занесли в дом, в его комнату, положив на кровать.
Уже направившись к себе, остановившись перед дверью, я повернулся.
— Дядь Паш, никому не говори, что мы дома, дед, когда проснется, объяснит почему, поверь, так надо.
— Понял. — Да, было видно, он едва сдерживает себя, чтобы не начать меня допрашивать, о том, что произошло. Но видя мой усталый вид, только кивнул.
Поднявшись к себе, скинув одежду, сходил умыться, вернувшись, завалился на кровать. Интересно, сегодня ничего практически ни ел, а почему не хочу? Но поразмыслить на эту тему не удалось, быстро погрузился в глубокий сон.
Утром, после того как принял душ, спустился на кухню. Сегодня будет непростой день, впереди тяжелый разговор.
Меня встретил хмурый дед, уже стоявший возле плиты.
Я молча уселся за стол, он поставил передо мной тарелку с едой, присев напротив, уставился на меня.
Дикий голод тут же дал о себе знать, вчера не радовал себя этим занятием.
— Никита, нам надо поговорить. — Не выдержал он.
— Кушать хочется. — Бросил я, начиная уплетать блины со сметаной.
— Никита! — Дед еще больше нахмурился. — Что там произошло, как я оказался дома? То, что ты меня вылечил, это понял, спасибо, спас старика от смерти, но объясни остальное.
Улыбнувшись, глянул на него. Понимаю, находился на зоне, истекая кровью, лежал возле камня, со связанными руками, а очнулся здесь, жив и здоров. Но Павел наверняка поведал, что я его привез.
— Дед, ты вначале скажи, как умудрился в плен попасть? Мне ведь потом из-за этого пришлось на зону идти, тебя спасать.
Всплеснув руками, он засопел. Затем, утихомирив эмоции, сник, покачав головой, тяжело вздохнул.
— Я же просил, никуда не ходить.
— Ну да. — Я кивнул, — и остаться без деда? — Не, — я покачал головой, — как мог позволить такому случиться?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Надо было сообщить обо всем Павлу. — Он кивнул в сторону.
— И что? — Я пожал плечами. — Поднял бы сталкеров, пошли тебя спасать, только бандиты следили за домом. Все кончилось бы плохо. Кстати, где он?
Матвей Егорович тяжело вздохнул.
— Занимается поимкой оставшихся сообщников, вместе с полицией и Беломиром. Пока я лежал раненый на зоне, еще в сознании, они ничего не скрывали, о многом друг с другом говорили, думали, не выживу.
— С Беломиром? — Я вскинул голову.
— Да. Еще вчера Павел ему сообщил, что ты пропал. Он тут весь поселок построил, администрацию с полицией до икоты довел. Он же за тебя в ответе перед орденом. Грозил всем сталкерам смертной казнью! Одного даже посохом своим огрел по голове, когда тот решил его послать подальше. Не смертельно, но парень сейчас на больничке. Стращал, что вызовет людей из ордена, они камня на камне не оставят, если ты не найдешься живой и здоровый. А сейчас носится с полицией, одного уже поймали, но второй где-то спрятался, вот его и ищет. Таким Беломира я еще никогда не видел. — Дед покачал головой.
Понимаю, если бы со мной что-нибудь случилось, ему не поздоровится. Но и тому, кто под его горячую руку попадет, не завидую, он все-таки во втором круге ордена состоит, имеет большую власть.
— Так, как ты в плен попал? — Улыбнувшись, я глянул на него.
— Никита! — Вырвался у деда возмущенный возглас. Но видя, что я спокойно продолжил есть, ожидая его пояснений, покачав головой, тяжело вздохнул.
— Расслабился на гражданке, не ожидал подобного. Мы же здесь не на войне, вот и подставился. В центре приняли сигнал бедствия, передали мне. Дорогу знаю, поехал выручать сталкеров, на свою голову. Подъезжая, заметил, что один лежит возле камней, второй стоит рядом с ним, рукой машет. Когда приблизился, схлопотал пулю в грудь. Двое в засаде были. Вот собственно и все. — Он тяжело вздохнул.
— Ну, я примерно так и предполагал. — Кивнув, откинулся на спинку стула.
Наелся, хорошо стало. Расслабился, приятное тепло побежало по телу.
— Предполагал он. — Буркнул дед, посмотрев в сторону. Затем вновь глянул на меня.
— Сам-то чего молчишь, рассказывай, что произошло.
Вздохнув, я задумался. Стоит ли обо всем говорить? Нет, кое-что пока утаю.
— Позвонили мне, дали указание, предупредили, что следят. Въехал на зону, там встретили, посадили на квадроцикл, довезли до места. Увидел тебя, лежащего без сознания, всего в крови. — Я пожал плечами.
— Где бандиты? Ушли? Куда? Направление помнишь? Как ты освободился? Как меня привез? Никита, что там произошло? — Дед взволнованно смотрел на меня. Понимаю, ему очень хочется об этом узнать.
Я опустил голову.
— Нет их, никуда они не ушли.
— Как это? — Ничего не понимая, он нахмурился.
Я пожал плечами.
— Так получилось.
Матвей Егорович, не сдержавшись, ударил ладошкой по столу.
— Никита, прекрати употреблять свое «так получилось», говори внятно, что там произошло.
Насупившись, выпятив обиженно губы, я продолжал молчать.
— Никита, чтобы там не случилось, я пойму. — Уже более ласково и спокойно добавил он.
Я покачал головой.
— Это вряд ли.
— Не хочешь рассказывать? Почему? — Дед откинулся на спинку стула.
— Скажу. — Я поднял голову, — но ты должен пообещать, что никто, никогда об этом не узнает. Понимаешь, никто! Это слишком серьезная тайна.
— Моему слову можешь верить, я обещаю, как офицер и как твой дед, ни при каких обстоятельствах не выдам секрета, я и так слишком много знаю, мог бы не предупреждать об этом. — Он вновь нахмурился.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я вздохнул.
— Ты обещал!
— Ты их убил? — Осторожно поинтересовался дед.
Я отрицательно помотал головой.
— Нет, не я.
