— Нужно проявить терпение. — Аэций Лентилл говорил не торопясь и внушительно, очевидно, в попытке осадить горячие головы. — Торопиться нельзя, только напугаем сенаторов и сделаем хуже. Сейчас ваша задача — признать право невесты адмирала отдавать приказы. Тогда, пока Люций Аурелий жив, никто другой не сможет распоряжаться флотом.
— Аэций, неужели наша задача — посадить себе на шею гражданское лицо — простите, домина — а не добиться немедленного освобождения адмирала?
Теперь говорили все.
— В конце концов, веса флота должно хватить на то, чтобы его хотя бы перевели под домашний арест и дали связь!
— Флот специально вернули в Солнечную, чтобы арестовать его!
Сенат разберется, не спешить, нет поторопиться, политическое дело — и так по кругу. Про нее, похоже, забыли, можно вернуться в кабинет к чтению файлов, никто не заметит. Или не забыли?
— Невеста — это не компетенция. Скажите, почему мы должны проголосовать за ваше право приказывать здесь? Почему он назначил вас? — Молодой легат интегра в первом ряду перестал рыдать и обратил внимание на происходящее.
— Адмирал назначил меня не потому, что я его невеста. — Она сосредоточенно подвернула губы. Нужно было прямо сейчас найти ответ на этот вопрос, он мучил ее саму. И, видимо, найти его где-то внутри. — Он назначил меня, потому что я никак не смогу оставить себе управление флотом, понимаете?
Она сказала это вслух и внезапно испытала огромное облегчение. Ну конечно! Она будет драться за него и его флот до конца, а потом отдаст драгоценное имущество обратно, как всегда отдавала все его сокровища.
— Я верну его на мостик этого корабля и я верну ему штурвал. — Она отпустила взгляд молоденького офицера и повысила голос. — И для этого мне потребуется инструмент. Скажите, Аэций, как быстро можно привести флот в движение?
Аэций что-то говорил безопаснику и не обратил внимания на ее вопрос.
— Сколько часов нам отсюда до Луны?
И снова ее то ли не услышали, то ли не сочли нужным ответить. Как же я ненавижу это все, проще со скалы прыгать, подумала она, подключаясь к динамикам громкой связи у себя над головой.
— Как хорошо защищена Лунная крепость?
Получилось громче, чем она рассчитывала. Голос ее звонко раскатился, отражаясь от стен зала, как от стен ледника, холодный, неужели такой холодный. Вот как он слышится, ее голос.
— Сумеете ли вы взять ее без потерь?
Вот теперь в зале стало тихо.
— Вот вы, Ливий Северин, сумеете? — Она нашла взглядом нетерпеливого легата.
— «Кронос» укомплектован всем необходимым для такой операции, — медленно произнес он, не отпуская ее взгляд. Она кивнула.
— Вы с ума сошли? — участливо спросил Лентилл. — Это мятеж.
— Вы что же, возьмете на себя ответственность за захват государственного объекта? — недоверчиво обратилась к ней Елена Метелла.
— Да. Я беру на себя эту ответственность.
— Такого не простят ни вам, ни флоту. Вы не представляете себе, как дорого мы за это заплатим. — Аэций пытался сказать что-то еще, но Электра уже не слушала.
— А справитесь? — Ливий Северин подошел вплотную к возвышению.
— Справитесь — вы. Вы хотите, чтобы адмирал вернулся на свой флагман? Тогда флот должен начать незамедлительное движение к Луне. А вы, Северин, представите мне план бескровного захвата и эвакуации тюремного блока.
Она перехватила оценивающий взгляд Квинта и добавила:
— Выполняйте.
Глава 4
В огромном иллюминаторе на фоне черноты с немыслимой четкостью сияли расставленные фигурки — корабли. Недвижная черно-белая картина, статичные острые тени антенн и орудийных башен на корпусах, полная тишина. Флот мчался к Земле с запрещенной внутри Cолнечной системы скоростью, за счет своей массы многократно превышая возможности отдельных гражданских и транспортных судов и даже торговых флотилий.
Надеюсь, мы никого не смели по дороге, подумала Электра, заставляя себя отвернуться от окна и подключить чип к бортовому компьютеру. Чуть раньше она утвердила план захвата — всего лишь тюремного корпуса, а не всей Лунной базы, как сгоряча заявила на встрече с капитанами три часа назад, — спешно разработанный Ливием Северином и примкнувшими горячими головами, и сбежала в адмиральский кабинет. Силы кончились и пришлось спрятаться, чтобы не показывать всем вокруг, как же ей чертовски страшно. Только бы удалось вернуть сюда Люция! И пусть он сам думает, что делать с сенатом, Гаем Тарквинием и своим запертым в Солнечной флотом: пока Второй Объединенный ждал адмирала Аурелия на высокой орбите Юпитера, сенат призвал в систему Первый Космический, традиционно базирующийся поблизости, в исконном пространстве человечества. На всякий случай. Уж Тарквинии-то этот случай ни за что не упустят!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Электра в очередной раз сбросила вызов Антония Флавия, блестящего юриста. Зачем ей адвокат! Лучше б он был капитаном, помог бы вникнуть в происходящее. Следующий вызов был от Аэция Лентилла.
— Капитан легат максимус Ливий Северин запрашивает добро на начало операции. Подтверждаете? — с неудовольствием спросил он.
— Подтверждаю. Приступайте.
Данные поступали в чип со скоростью и напором весеннего половодья. Бесконечные сложноструктурированные колонки цифр загружали мозг так, что Электре показалось — ее сейчас снесет. Как, как Люций мог бесконечно справляться с таким обилием информации. Она прикрыла глаза и нырнула в этот поток, испытав мгновенный страх, но одновременно и наслаждение. В попытке зацепиться хоть за что-то отыскала позывные основных кораблей. Все на месте. Она подумала, что происходит сейчас на их палубах — при желании можно подключиться к камерам и посмотреть своими глазами: десантные когорты грузятся в свои бронированные транспорты, экипажи кораблей занимают места согласно боевому расписанию. Боевому.
В пространстве Рима много сотен лет не было видно и тени раскола — и теперь она… что? Подняла восстание против народа и сената. Бросила людей против людей. Посягнула на священный щит Минервы — Луну.
Закономерно было бы ожидать сопротивления капитанов и экипажей, может быть бунта — но нет. Во Втором Объединенном Люций был чем-то вроде божества. И сейчас, отправляясь за ним в самоубийственный и наверняка губительный для карьер и репутаций поход, они собирались вернуть своего бога — себе.
Да, подумала Электра. Это и мое. Верните мне — мое!
Она задумалась о том, как все это выглядит со стороны. Обманчиво-неподвижные громады кораблей в цепочках бортовых и сигнальных огней, а в их трюмах зреет и наливается алым какое-то новое будущее, которому она, сама того не желая, дала жизнь. И неизвестно еще, что вырвется на свет — вдруг чудовище.
От точности математического расчета зависело все отчаянное предприятие: прикрывшись тенью Юпитера, флот единым роем стартовал в сторону Земли, сразу набрав такую скорость, что сенат не успел бы подготовиться. Ливий Северин предложил подойти с обратной стороны Луны и накрыть оба полушария с кораблей планетарного подавления — заглушить любую связь между лунными базами, после чего с низких орбит точечно высадить десант. Крепость и ее страшные орудия сейчас запечатаны, а звеньям интерцепторов и штурмовиков, которые могут поднять с малых лунных площадок, нечего противопоставить огромным кораблям. От земных же оборонных систем флот будет надежно укрыт самой Луной. Десантники высадятся в тюремном блоке, облетев спутник, перехватят управление силовыми установками, заблокируют здания администрации и гарнизон — и спокойно вскроют нужный купол. План, конечно, безумный, но у него были два преимущества: возможность обойтись без жертв и быстрота. Ни за что нельзя было допустить, чтобы римляне убивали римлян.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Электра надеялась, что потом Люций сразу же вернет себе управление Вторым Объединенным и она сложит с себя эту проклятую горестную поклажу. И с Первым Космическим, который вот-вот обнаружит, что противник в полном составе улизнул, будет разбираться он, он и только он! А с нее хватит.
