– Ничего страшного, – ответила я Мелинде, ощущая себя невестой, которой не терпится, чтобы ее внесли на руках через порог. – Давайте наконец войдем.
Мелинда открыла дверь.
Мы вошли на кухню, почти такой же величины, как и моя в Нью-Йорке, с похожей миниатюрной обстановкой, и проследовали в гостиную, где стояли довольно продавленная софа, кофейный столик из плавника и пара пуфов. Все это дополнял застеленный от стенки до стенки палас довольно паршивого цвета. Такой оттенок я называю «детской неожиданностью». Три окна за софой выходили на океан. И это более всего притягивало в гостиной. В маленькой спальне окна выходили на запад, на пролив, и я уже предвкушала, что увижу здесь не менее красивые закаты, чем восходы в гостиной. В коттедже были ванная комната, кабинет-склад и лоджия, проходящая по фасаду коттеджа, откуда открывался чудесный вид на океан, берег и пролив. Я сразу поняла, что большую часть времени мне предстоит проводить тут, читая, размышляя о будущем и предаваясь мечтам о мамином кардиологе.
– Как мы уже говорили, – сказала Мелинда, когда мы завершили обход, – вы будете нашим смотрителем, кастеляном, иными словами. Если возникнут проблемы с каким-либо из строений на территории, звоните Рэю Скалли, инспектору департамента Охраны зданий округа Мартин. А счета по завершении работ пусть он присылает мне. – Она протянула мне его визитку. – Если появятся проблемы с нарушителями, тогда, естественно, звоните 911.
– Нарушителями?
– Да. Злоумышленниками.
– Я знаю значение этого слова, Мелинда. Просто удивилась, что сюда может кто-то вломиться. Как вы справедливо заметили, это отнюдь не «Мара-Лаго».
– Ой, да я имею в виду вовсе не ваш маленький коттедж! Я говорю об остальных зданиях. Ключи от ворот есть у многих – уборщиц, добровольцев и так далее, и периодически кто-нибудь из них решает воспользоваться ими ночью. Шутки-ради, полагаю. Еще сюда изредка забредают пьяные, которым вдруг приходит в голову перелезть через забор и заглянуть внутрь зданий. Или бесящиеся от избытка гормонов подростки, желающие заняться сексом непременно в обзорной башне. Но бояться нечего, поверьте мне.
Мелинде я верила, но только что приехала из Нью-Йорка, где мою квартиру взломали и превратили в помойку. Я-то полагала, что сменила убийства и погромы на тишину и спокойствие.
– А теперь, если у вас нет вопросов, я уйду и предоставлю вам обустраиваться. – Протянув мне ключи от ворот и строений, Мелинда направилась к выходу из коттеджа. – Скоро прибудут добровольцы. Уверена, вы сочтете их весьма полезными и симпатичными.
Мы обменялись рукопожатием.
– Мне повезло, что подвернулась эта работа, – сказала я. – И очень вовремя.
– И мне тоже, – ответила она. – Как я уже говорила во время нашей предыдущей встречи, Историческое общество искало кого-то вроде вас, человека зрелого и ответственного.
– Очень постараюсь соответствовать высоким стандартам общества, – ответила я, ощущая себя так, словно только что вступила в ряды морской пехоты.
Разобрав барахло, я приступила к более внимательному исследованию коттеджа. Он нуждался в генеральной уборке и кое-где покраске, но мама снабдила меня бумажными полотенцами и необходимой бытовой химией, так что я была во всеоружии. Самое главное, мне нравился этот домик на берегу. Я почувствовала себя в нем как дома, едва ступив на порог.
«Так, – подумала я, – если газовая плита работает нормально, вода в туалете спускается, а окно в спальне открывается, я буду самой счастливой крошкой».
Достав врученную мне Мелиндой визитку, я набрала номер Рэя Скалли, инспектора департамента охраны зданий округа. Я надеялась, что он не такой хам, как комендант в Нью-Йорке.
Ответил мне автоответчик.
– Добрый день, – заговорила я. – Меня зовут Дебора Пельц, я – новый смотритель Убежища. Только что перебралась в Стюарт с Манхэттена. Мелинда Карр из Исторического общества порекомендовала мне связаться с мистером Скалли, если с каким-нибудь из местных зданий возникнут проблемы. Пожалуйста, перезвоните мне.
Я оставила свой номер телефона, даже повторила его дважды.
Дожидаясь звонка, я оттерла кухню, смахнула пыль, пропылесосила ковер, застелила кровать, съела собранный для меня мамой ленч и уселась на лоджии, глядя на океан. Рэй Скалли не счел необходимым срочно перезвонить мне. Вообще-то он не перезвонил вовсе. Скалли явился ко мне сам.
– Рэй Скалли. Как поживаете? – Он прошел мимо меня в коттедж. – Я был тут неподалеку, в музее Эллиота, когда проверил, кто мне звонил. Мне передали, что звонили вы. Что стряслось?
– Рада познакомиться с вами, – сухо сказала я. Ну, он, конечно, не был таким хамом, как комендант в Нью-Йорке, но мистером Очарование его тоже не назовешь. – Я Дебора Пельц.
– Ага. Из Нью-Йорка. Я понял это из вашего сообщения.
Скалли говорил с южным акцентом в отличие от коменданта, серба по происхождению. А еще он был моложе «Ивана Грозного», как я обычно величала коменданта. Я решила, что ему около сорока. Волосы рыжевато-каштановые, почти как у меня, прямые, довольно длинные, касались воротника светло-голубой рубашки на пуговицах, заправленной в изрядно потертые джинсы. Среднего роста и среднего телосложения, он отлично выглядел, если ваш идеал мужчины – ковбой «Мальборо». Нет, ковбойской шляпы Скалли не носил, но имел эдакий ковбойский вид: типичный обветренный ковбой-одиночка, да еще и со шрамом на подбородке под нижней губой.
– Я предложила бы вам выпить чего-нибудь прохладительного, но переехала сюда лишь несколько часов назад и до магазина еще не добралась.
– Сойдет и вода из-под крана, – ответил он. – Мы тут не боимся ее пить.
«А, все ясно, – подумала я. – Он ненавидит ньюйоркцев. Должно быть, абориген, отродясь не покидавший округа Мартин».
Я принесла ему стакан воды. Он поблагодарил меня.
– Ну а теперь покажите мне, что тут надо чинить, Диана, – сказал Скалли.
– Дебора, – поправила я. – А проблемы тут, в коттедже. Для начала, плита. Когда включаешь газ, ничего не получается. Вода в туалете течет непрерывно, если не подергаешь ручку. И окно в спальне не открывается. Оно присохло или что-то в этом роде.
Рэй Скалли вытаращился на меня так, будто у меня две головы:
– И вы из-за этого вызвали меня, Диана?
– Меня зовут Дебора. – Я начала злиться. – Должно быть, вы плохо запоминаете имена.
– Нет. Имена я запоминаю отлично. Только ваше не могу запомнить.
– Польщена. Насчет туалета…:
– Вызовите слесаря.
– А плита?
– Позвоните в газовую компанию.
– А с окном как быть? Или даже не стоит спрашивать?
По сравнению с этим малым мой бывший комендант казался душкой.
